Страж Империи - Андрей Буревой

– Мне нужен пергамент, – повторил я, когда торговец открыл большой шкаф, все полочки которого были заполнены аккуратными стопочками чистых листов бумаги.

– А зачем? – удивился тьер Гудрим. – Вот возьмите отличной мелованной бумаги. На ней не в пример лучше писать, чем на пергаменте. Да и цена у нее существенно ниже…

– Денег мне не жалко, – успокоил я торговца. – Главное, дайте то, что я прошу.

– Ну хорошо, – пожав плечами, сказал тьер Гудрим. Он открыл другой шкаф, поменьше первого. И заполнен он был не только пергаментом. Еще на полках лежало несколько стопок линованных учетных книг в крепких кожаных переплетах.

– И чернила, – сказал я, взяв пару пергаментных листов удивительно тонкой выделки.

– Может, лучше тарвинскую тушь? – предложил тьер Гудрим и пожевал губами. – Она, конечно, дорога. Но все благородные… – Прервавшись, торговец хмыкнул и продолжил: – И считающие себя таковыми… Предпочитают именно тавринскую тушь за ее исключительно черный цвет и стойкость к воздействию влаги.

– Давайте, – решил я. – И перо.

– Это будет стоить шесть серебряных, – предупредил торговец, добыв все потребное.

Я молча отсчитал нужную сумму и отдал за покупки. Хотя в другое время развернулся бы и ушел. Крохотная баночка туши, которой хватит от силы на пару страничек послания, стоит шесть серебряных ролдо! Ладно, я знал, что пергамент дорог и платить за него придется серебром. Но тушь!

– Позвольте, я займу ваш стол на несколько минут, – уняв свое возмущение, попросил я торговца и сунул ему еще один серебряный.

– Если хотите, я могу написать ваше послание под диктовку, – предложил тьер Гудрим. – У меня рука набита, так что не будет ни помарок, ни клякс. А то тарвинская тушь умения требует.

– Спасибо, я сам справлюсь, – отклонил я предложение тьера Гудрима.

Торговец, оставив на столе светильник, отошел к стеллажу с книгами, а я, усевшись, придвинул к себе пергамент и воззвал к нечисти поганой: «Бес, ты где?»

«Туточки я! – мгновенно возникнув передо мной, ответствовал рогатый, довольно скалясь. И забегал по столу. Пергамент в лапах помял, пятак свой любопытный в баночку с тушью засунул и снисходительно высказался по поводу моих приобретений: – Сойдет».

«Ну тогда давай диктуй, – велел я. – Только не самый идиотский ритуал призыва выбери! И пустое место в какой-нибудь фразе предусмотри, чтобы все выглядело так, будто там должно быть упомянуто истинное имя демона».

«Сделаем», – деловито проговорил бес и потер лапки.

Но ничего путного у меня не вышло. Тушь эта треклятая в сто раз хуже чернил. Растекается так, что невозможно и буквы нормально вывести.

«Вот же еще напасть!» – обозлился я.

«Давай лучше я все, что нужно, напишу, – тут же предложил бес. – А то так и не дождется нас золото».

Я недолго думая согласился. И бес не подвел. Пару слов вывел небрежно на испорченном мной листе, видимо, приноравливаясь, и, придвинув чистый пергамент, начал строчить с поразительной скоростью. Да не абы как, не какой-нибудь неряшливой обиходной прописью, а очень сложным в освоении полным старомирным шрифтом, каллиграфически точным и выверенным. И ни одного хвостика или завитушки не упустил. Меня даже зависть взяла.

У тавринской туши есть еще одно несомненное достоинство. Сохнет она моментально. Похоже, жидкая основа в ней – какое-то быстро испаряющееся вещество, тот же спиритус.

Исписанный пергамент я скрутил в трубку и забрал с собой. Испорченный оставил на столе. Может, торговец очистит и перепродаст кому-нибудь подешевле. Или выкинет. Поблагодарив напоследок тьера Гудрима, я поспешил к дому Муркоса. Хотя идти тут всего ничего, от силы триста ярдов.

Правильно я сделал, что отправил Роальда вперед. Десятник только-только уломал Муркоса открыть оружейную лавку. В общем-то повезло. Тьер Фронст – мужик упертый, если заупрямится – замучаешься убеждать. И угрозы тут не помогут. В свои неполные полсотни лет он здоровущий, как медведь. И до сих пор кого хочешь может побить в кулачном веселье, что на осенней ярмарке случается. Да и страха в нем нет, так что угрожать просто бессмысленно. Видимо, отбоялся свое за два года в одном из штурм-подразделений Алых Вымпелов. Те состоят сплошь из штрафников, которым дарована милость кровью искупить свои проступки. Да и восемь лет в императорской гвардии отпечаток на характер накладывают.

– А, Кэрридан, – признал меня Муркос. – И ты тоже на ночную охоту со своим десятником собрался? – И спохватился: – Ах да, чуть не запамятовал! Ты ж у нас сам теперь десятник!

– Ага, – без особой радости отозвался я и спросил о главном: – Что с оружием, тьер Фронст?

– Да берите что хотите, – отмахнулся оружейник, впустив нас в лавку. – Но если что сломаете, так и знайте – возьму полную цену!

– Да мы сразу расплатимся, – заверил я Муркоса.

– Неужто вам стали такое большое жалованье давать? – ухмыльнулся в бороду Муркос. – Надо будет поднять этот вопрос на совете.

Это, собственно, ему совсем несложно было бы сделать. Он входит в городской совет как представитель интересов независимых торговцев. На самом деле, конечно, до такого не дойдет – оружейник нас просто подначивает.

– Муркос, давай ближе к делу, – поторопил его Роальд. – Мы ж не от великого желания досадить тебе приперлись среди ночи. Нужда есть в оружии.

– Ну что ж, к делу так к делу, – пригладив аккуратно подстриженную бороду, пробасил оружейник. – Что надобно?

– Пару облегченных стрелометов под имперский стандарт, таких, как нам на службе выдают, – начал я перечислять, – штук восемь увеличенных обойм к ним, по два десятка бронебойных и разрывных стрелок… – Прервавшись на мгновение, я достал из кармана состряпанное сотником разрешение и, протянув его тьеру Фронсту, продолжил: – Также нужны стрелки с магической составляющей… – И снова умолк, соображая, что же выбрать из богатого ассортимента лавки.

– Это на кого ж вы собрались поохотиться? – деловито осведомился Муркос. – Уж не на нелюдь ли какую? – И резко махнул рукой, словно заранее отметая наши еще не прозвучавшие уклончивые ответы: – Я не из любопытства интересуюсь. Может, подскажу что путное из своего опыта, да и с выбором оружия подсоблю, если буду знать, на кого идете. А не хотите – не говорите. Ваше дело.

– На оборотней мы идем, – сказал я, решив, что Муркоса можно посвятить в некоторые детали предстоящего дела.

– Я так и подумал, – удовлетворенно проговорил Муркос. – Как о разрывных стрелках услышал, так сразу и подумал – или оборотни, или вампиры. – И деловито продолжил: – Так что вы хотите взять из магического вооружения?

– Ну как минимум десяток стрелок с «Воздушным тараном» нам просто необходимы, – решил я воспользоваться благоприятной ситуацией и набрать всего с запасом. – Еще столько же – с «Ударной сферой Воздуха»…

Роальд одобрительно кивнул, услышав о моих запросах. Все согласно наставлению о боестолкновениях в городских условиях. Окна-двери выносятся «Воздушными таранами», затем все злоумышленники из штурмуемого помещения попадают под раздачу. «Ударная сфера Воздуха» – это не шутки. Мгновенно расширяющаяся в стороны прослойка сжатого воздуха не всегда останавливается даже стенами. Особенно если кладка плохая или помещение много меньше оптимального периметра действия объемного заклинания. В общем, худо придется бедолагам, попавшим под удар: в лучшем случае отделаются переломами ребер и конечностей.