(Не) пара для короля - Елена Малиновская

«А-а-а», — растерянно протянула было я.

Но Дарриэль сразу же окутал себя непроницаемым ментальным щитом, не дав мне сформулировать даже первой фразы.

И вот теперь я злилась. Смотрела на себя в зеркале и потихоньку начинала сомневаться в собственном решении.

Уже и не знаю, хочу ли я замуж. Ну, то есть, я люблю Дарриэля. Скорее всего, и он любит меня. Но… Демоны, я же ничего о нем не знаю! А вдруг он так и продолжит пропадать в самый неожиданный момент? Вдруг…

На этом месте мои встревоженные раздумья прервало деликатное покашливание за спиной. А затем дружный возмущенный взвизг служанок, моментально окруживших меня плотной толпой.

— Лорд Тиррольд! — обеспокоенно воскликнула Ребекка. — Вам сюда нельзя! Это плохая примета — до свадьбы жениху видеть невесту!

— Да я знаю, — кисло раздалось в ответ. — Но леди Ивори Квинси не привыкать нарушать традиции, не правда ли? — И уже грознее: — Кыш отсюда!

В отражении я видела, как девушки гурьбой ринулись к дверям. Дарриэль посторонился, иначе его наверняка снесли бы с ног. Сложил на груди руки, глядя на меня со снисходительной ухмылкой.

Я нехотя обернулась к нему. Стыдливо потупилась, почему-то чувствуя себя напроказничавшей девчонкой.

— Иви.

Моего подбородка коснулась теплая ладонь верховного мага. Он преодолел разделяющее нас расстояние быстро и бесшумно. Как и всегда, впрочем.

Я подняла голову. Растерянно заморгала, глядя в его спокойные синие глаза.

— Ты мое невыносимое счастье, — пожаловался он, хотя на дне его зрачков запрыгали озорные искорки. — Я же сказал тебе, что хочу соблюсти хоть парочку традиций, раз уж основные были нарушены. Но стоило оставить тебя всего на несколько часов — и я всерьез обеспокоился, что ты сбежишь прямо из-под венца.

— Я не собиралась… — запротестовала было я. Дарриэль насмешливо вскинул бровь, и я жалобно залепетала: — Это же правда. Я ничего о тебе не знаю, тогда как ты знаешь обо мне все. Как-то это… Несправедливо, что ли.

— Я ведь сказал тебе вчера, что у тебя будет целая жизнь, чтобы все выяснить, — напомнил мне Дарриэль. — А впрочем — ладно. Все равно я тебя уже увидел. Так что спрашивай, не стесняйся. Какую страшную тайну о моем прошлом тебе поведать?

— Хотя бы расскажи о своей семье, — несмело попросила я.

— А что о ней рассказывать? — Дарриэль невесело хмыкнул. — Мои родители мертвы, Иви, как и твои. Мать умерла при родах. Отец — когда мне было четыре. Я почти не помню его. Мое воспитание взяла на себя королевская чета. Собственно, потому мы с Эйганом так близки. Мы росли друг с другом, как два брата, пусть не родных по крови, но по духу.

— А Этель? — все-таки спросила я о сестре. — Что с ней будет?

— Нашла, о ком переживать. — Дарриэль презрительно фыркнул. — Твоя милая сестренка вчера битый час пыталась меня соблазнить. Поняла, поди, что жареным запахло теперь лично для нее.

Я округлила рот в беззвучном удивлении. Этель пыталась соблазнить Дарриэля?

В памяти само собой всплыло воспоминание о внешности моей младшей сестры. Стройная, гибкая, с роскошной гривой темных волос и почти черными глазами…

— Но выбрал-то я тебя, — весело напомнил мне Дарриэль. Вздохнул и добавил: — Вообще-то, все с твоей сестрой в порядке. Хотел я, конечно, отправить ее на пару лет в заключение. Чтобы посидела, подумала хорошенько о том, как надлежит вести себя сестрам. Но потом решил, что это как-то не по-родственному будет. Да к тому же Этель и впрямь ничего не знала о договоре между твоей матерью и Филиппом. Догадывалась, конечно, что твой визит на бал невест ничем хорошим для тебя не закончится. Но у Кейтлин хватило ума держать свою любимую дочь подальше от заговора. Знала, что в случае неудачи это спасет той жизнь. Поэтому сейчас твоя сестра тихо-мирно трясется в карете обратно в родовой замок. И наверняка посылает на твою голову все проклятия мира.

— Ты просто отослал ее прочь? — недоверчиво переспросила я.

— Иногда сам поражаюсь своему милосердию. — Дарриэль ухмыльнулся. — Я был уверен, что ты не жаждешь видеть ее на нашей свадьбе. И потом, полагаю, эта участь мало чем отличается от участи быть заключенной. В тюрьме хотя бы о пропитании думать не надо. А в Родбург отныне Этель Квинси путь заказан.

— И что же с ней будет?

— Да что же ты о ней так печешься? — Дарриэль укоризненно покачал головой. — Совсем не в духе темной ведьмы. Она-то не особо горевала о тебе, хотя прекрасно понимала, что, скорее всего, ты из столицы не вернешься.

— Да, но…

Дарриэль мученически закатил глаза к потолку. Затем устало посмотрел на меня.

— Ивори, через пару часов, даже меньше, ты станешь моей женой, — зачем-то напомнил он. — Для всех знатных семейств это будет значить одно: опала с твоего рода снята. Я готов поклясться, что стоит твоей сестре только доехать до замка — как там ее будет ожидать целая толпа богатеев, готовых щедро золотом заплатить за призрачное родство с самим верховным магом. Так что от голода твоя милейшая сестренка точно не умрет. Поди, еще и замок отремонтирует. — Наклонился ко мне и вкрадчиво поинтересовался: — Или ты хочешь забрать его себе? Вообще-то, имеешь полное право. Только намекни — и я все устрою.

Я невольно содрогнулась от этой мысли. О нет. Ни за что на свете! Замок рода Квинси стал для меня самым кошмарным местом в мире. Олицетворением материнской нелюбви и жестокости. Боюсь, если я когда-нибудь там появлюсь — то немедля столкнусь со злобным духом Кейтлин Квинси, которая будет донимать меня так же, как несчастную Вейду Торн донимал призрак ее матери.

— Я так и думал.

Дарриэль улыбнулся одними краешками рта. Наклонился и легонько поцеловал меня в губы.

— Ну а теперь-то я могу идти? — спросил, тут же отстранившись. — Вообще-то, моя драгоценная, мне еще и одеться подобающим образом перед церемонией надо.

Только сейчас я заметила, что Дарриэль был лишь в шелковой рубашке. Видимо, он так спешил в мои покои, что даже не накинул камзол.

— Иди, — разрешила я.

— Точно не сбежишь? — на всякий случай уточнил Дарриэль.

— Точно, — с тяжелым вздохом подтвердила я. Подумала немного и добавила: — Как будто от тебя можно сбежать.

Дарриэль негромко рассмеялся. Поцеловал меня еще раз, теперь крепче и дольше. Лукаво шепнул:

— Просто не хотелось бы тащить тебя к алтарю, перекинув через плечо. Гости очень удивятся такому зрелищу.

Я немо приоткрыла рот от возмущения. Воспользовавшись этим, тиран и деспот поторопился улизнуть, пока я искала слова, чтобы выразить свое негодование столь наглым попранием свободы выбора.

Вот наглец!

Я обернулась к зеркалу и опять посмотрела на себя. Но на этот раз я улыбалась.

Да уж. Пары для короля из меня не получилось. Но это даже к лучшему.