Шумерские ночи - Александр Рудазов

– Кто вы, отроки? – сухо спросил маг.

– Мир тебе, добрый человек, – слегка поклонился юноша. – Мы просто путники, идем в Митанни.

– Откуда идете?

– Из Нимруда, почтенный. Мы можем тебе чем-то помочь?

– Вы не видели на этой дороге ничего необычного?

– Необычного? – с некоторым подозрением переспросил юноша. – Как что, например?

– Как что-нибудь необычное, – рассеянно ответил Креол. – Странные существа, подозрительные люди, какое-нибудь марево в воздухе… что угодно, что может показаться необычным.

– Нет, почтенный, мы ничего такого не видели.

Креол вяло покивал. Он мог бы уже хлестнуть поводьями и пустить онагров дальше, но пока что медлил. За несколько часов пути эти двое стали первыми, кого он встретил. Вполне может быть, что больше он сегодня не встретит никого.

– А зачем вы идете в Митанни? – поинтересовался маг.

– Мы идем навестить родных, добрый человек, – поклонился юноша.

– Ты лжешь, – сузились глаза Креола. – Зачем ты лжешь, червь?

Девушка тихо ойкнула. Лицо юноши стало жестким, он метнулся вперед, выхватывая кинжал… и замер неподвижно, болезненно морщась. Маг медленно повернул кисть, заставив юношу издать сдавленный хрип.

– Только дернись, и я раздавлю тебе сердце, – зловеще произнес Креол. – Ты очень большой дурак, если набрасываешься на мага Гильдии с дурацким ножичком.

Девушка в ужасе вскрикнула. Ее глаза округлились, пальцы мелко дрожали, она переводила взгляд с Креола на своего спутника, не зная, что делать.

– Пощади… – прохрипел юноша, роняя кинжал. – Пощади… ее…

– Ее?.. – недоверчиво переспросил маг. – Я ей ничего не делал. О себе ты не хочешь подумать?

– Она ни в чем не виновата… отпусти… ее… прошу…

Креол презрительно фыркнул и раскрыл ладонь, выпуская сердце юноши. Тот повалился на колени, тяжело дыша. Девушка бросилась к нему, обнимая так, словно желала прикрыть собой от ужасного мага.

Тот смотрел на это, задумчиво сдвинув брови. Безусловно, эти двое – самые обыкновенные люди. Не нежить, не духи, не демоны, не маги. Воин из парнишки тоже никакой – любой из стражников Аханида одолеет его голыми руками.

Но они точно что-то скрывают. Не помешает узнать, что именно.

Креол сошел с колесницы, сложил руки на груди и потребовал:

– Рассказывайте мне все. И на сей раз не вздумайте лгать – я сразу почувствую.

Юноша и девушка долго мялись, колебались, но в конце концов Креол на них рявкнул, и они неохотно принялись рассказывать.

Оказалось, что этих двоих зовут Энмент и Муллиссу, и оба они принадлежат к древним аристократическим родам Нимруда. Их семьи уже несколько поколений живут бок о бок – вот только отношения между ними не самые лучшие. Не то чтобы вражда, не то чтобы ненависть – просто очень сильная неприязнь. С чего это пошло, никто толком и не помнит, но отцы Энмента и Муллиссу лишь морщатся при упоминании имени другого.

Ничего особенного в этом не было бы, если бы Энмент и Муллиссу однажды не влюбились друг в друга. Некоторое время они встречались тайком, а потом набрались храбрости и попросили у своих отцов позволения пожениться.

Им обоим отказали сразу же и бесповоротно. Запретили даже думать о том, чтобы породниться с этими… с этими… отцы просто не могли подобрать слов, чтобы передать свои чувства.

На какое-то время Энмент и Муллиссу смирились с отцовской волей. Но потом поняли, что жить друг без друга не могут и не хотят. Через несколько дней они снова тайком встретились, а потом решили так же тайком пожениться. Они отправились в ближайший храм и обратились с просьбой к первой же встреченной жрице.

Увы, их ожидало разочарование – жрица потребовала согласия отцов. Узнав, что его нет и не будет, старуха молча покачала головой. Проводить обряд она отказалась наотрез. Точно так же ответили и все прочие нимрудские жрецы. Отцы Энмента и Муллиссу богаты и знатны – их влияние в Нимруде весьма велико.

Тогда Энмент и Муллиссу решили отправиться куда-нибудь еще. Уйти туда, где их никто не знает – лучше всего в другую страну, – и пожениться там, ни у кого не спрашивая согласия.

Креол слушал их и сдавленно похрюкивал – история показалась ему смешной, а все ее участники – полными идиотами. В конце рассказа Муллиссу попросила у него прощения за несдержанность своего жениха и предложила разделить с ними трапезу. Креол, разумеется, не отказался. Он переставил колесницу в тень, предоставив онаграм пастись на сочной траве, и достал из-за пояса ритуальный нож.

Немного сушеного мяса, сладкая тыквенная лепешка и мех с вином привели мага в благодушное настроение. Он развалился на траве, подложив под голову свернутый плащ, широко зевнул и предложил:

– А хотите, я вас сам поженю?

– Что?.. – не веря своим ушам, спросил Энмент.

– А что? Я полноправный маг-подмастерье. Член Гильдии. Обладаю всеми полномочиями жреца Мардука и властен проводить любые обряды и ритуалы. В том числе венчать. Зачем вам куда-то еще идти?

Энмент и Муллиссу переглянулись. В их глазах забрезжил восторг. Не сговариваясь, они одновременно встали на колени и уперли головы в землю.

– Мы будем очень признательны тебе, благородный абгаль, – произнесла Муллиссу.

– У меня не так много денег… но я отдам тебе все до последнего сикля! – добавил Энмент.

Креол лениво отмахнулся. Он уже успел оценить снизку монет на поясе парня. С полсотни медных сиклей и два грустных серебряных. Трудно сказать, на что эти двое рассчитывали, отправляясь в далекий путь с таким жалким капиталом. В самом лучшем случае его хватит на полмесяца.

– Вставайте, – приказал маг. – Сейчас я вас поженю.

– Прямо здесь? – все еще не верила Муллиссу. – Прямо сейчас?

– А чего тянуть-то? Прямо здесь и сейчас. У вас есть маска быка?

– Нету…

– Ладно, обойдемся без нее. Пойди сломай пару веток. А ты собери цветов и травы. И поймайте мне птицу.

Через некоторое время перед Креолом стояли, держась за руки, сияющие жених и невеста. К голове Энмента были привязаны ветки, символизирующие бычьи рога. На шее Муллиссу висело ожерелье из цветов и стеблей.

Маг принес в жертву голубя, окропил брачующихся свежей кровью и принялся читать ритуальный гимн Инанне. К счастью, в магической книге нашелся нужный текст – наизусть Креол его не помнил.

Через несколько минут он закончил и распорядился:

– Теперь я отвернусь, а вы совершайте обряд вхождения. Когда совершите – подойдете ко мне.

Энмент и Муллиссу поклонились и торопливо опустились на траву. Креол, уже не обращая на них внимания, отошел в сторону и принялся поджаривать жертвенного голубя. Вместо очага он использовал заклятие Огненного Меча.