Мой огненный мужчина - Ольга Шерстобитова

– Касс, у тебя и после меня никого не было, да? – вдруг шепотом спросил он, так и не выпуская из своих рук, нависая надо мной, поглаживая.

Я понятия не имею, почему ему так важно это знать.

– Нет. Ты единственный, – ответила честно.

Запустила пальцы в его волосы, перебирая красноватые пряди, улыбнулась, смотря как Шарх расслабляется.

– У меня опыта маловато, да? – уточнила, решив прояснить этот вопрос.

Его глаза моментально вспыхнули звездами.

– Ну что ты такое говоришь, Касс? – прохрипел мой огненный мужчина. – Какое это вообще имеет значение?

– Учитывая твой первый вопрос, вывод напрашивается сам собой.

– Касс, я просто не хочу, чтобы между нами оставались секреты. И признаться, катастрофически не умею строить отношения, поэтому… переживаю, что могу тебя чем-то обидеть.

Сдается, это признание далось ему совсем нелегко. И действительно, как и сказал, переживает, иначе бы оставил эти чувства при себе. Но Шархат открыт и честен, отчего безумно теплеет на сердце.

Я ласково коснулась пальцами его плеча, провела рукой по сильным мышцам, совершенно бесстыдно любуясь своим мужчиной.

– Дразнишься? – выдохнул он, заставив меня в очередной раз улыбнуться. Шально и счастливо. – Касс, почему не было? – вдруг снова вернулся он к тому вопросу.

– Кажется, ты уже получил ответ.

Мое прикосновение стало совсем за гранью всех существующих приличий. И наблюдать, как в зрачках Шархата расплывается алое пламя, было наслаждением.

– Касс… – прохрипел Шархат. – Несносная моя девчонка! – он короткими поцелуями покрыл мое лицо.

От каждого прикосновения во мне вспыхивали искры. Но гасить их я даже не думала.

– Мне просто были не нужны другие. Только ты. Один ты. Всегда ты.

Шархат остановился и посмотрел в глаза.

– Взаимно, – отозвался тихо.

Я выдохнула. И это его «взаимно» означает не просто, что после встречи с мной у него никого не было, оно равно моему признанию. Пусть Шархат пока и не готов произнести «люблю». Не привык к этому чувству, не распробовал его на вкус и наверняка не нашел ему точное определение. Я подожду. Знаю, как это непросто… решиться.

– Касс, хочу тебя. Снова. Всю, – выдохнул мой огненный мужчина. – Сейчас.

– А разве кто-то против? – поразилась я, и он накрыл меня собой.

Горячий. Сильный. Такой настоящий и желанный.

– Люблю тебя. Люблю… – прошептала я, срываясь в звездную бездну и увлекая его за собой.

Когда у меня не осталось сил даже пошевелиться, Шархат вдруг вспомнил, что я почти ничего не ела и отправился разогревать еду.

Едва он скрылся за дверью, я потянулась, счастливо улыбаясь. По спине вдруг пробежала волна тепла, лопатки отчаянно зачесались, и я села, пытаясь избавиться от странных ощущений.

Шархат в этот момент вошел в комнату с подносом в руках и так и замер. Глаза у него округлились, будто он увидел… Звездная бездна, только не это!

– О! Да у нас, оказывается, есть крылышки?

И как я могла настолько забыться! Зато теперь точно знаю, отчего они тогда проявились. Близость с желанным мужчиной, сдается, спровоцировала сильный энергетический всплеск.

Я встрепенулась, потянула на себя простынь и закуталась в нее. Смешно, конечно. Крылья прорываются сквозь любую ткань, скрыть их уже не получится.

Тревожно уставилась на мужчину, готовая в любой момент сорваться…

– Вот даже не думай, – заявил Шархат, чуть сощурившись.

– Что?

– Сбежать. Хватит уже, Касс.

– Да я и не собиралась, – солгала безбожно.

– Так и поверил. А взгляд твой говорил совсем о другом. Ты, наверное, и в лесу на Тирун-на-таре не собиралась, да? – абсолютно невозмутимо поинтересовался Шархат, рассматривая меня.

– На самом деле, нет, не собиралась. Разве что самую малость, – выпалила под его пронзительным взглядом. – Но когда между нами случилась близость…

Тут я замерла и покачала головой, не зная, как все объяснить. А в том, что это придется сделать, сомнений никаких.

– По крайней мере, я теперь точно знаю, как ты это сделала, а то у меня за этот год закончились даже самые нелепые предположения.

Шархат поставил на стол неподалеку от кровати поднос с едой и присел рядом. Я не пошевелилась, хотя желание избежать его взгляда так и жгло. Предоставляю, как я сейчас выгляжу. Испуганной, спрятанной в простыню, словно в кокон, с огромными крыльями.

– Касс…

– Я случайно… – выпалила, понимая, что Шархат ждет от меня хоть каких-то слов, а они все терялись и исчезали. – Бах – и уже тогда оказалась на другом берегу реки.

Звездочки ясные, как же нелепо это все звучит…

– Получается, у тебя проснулись крылья, и одновременно скакнул уровень способностей, – сделал вывод Шархат, и я несмело подняла на него глаза.

Он не сердится, что не рассказала? Серьезно?

– Когда впервые проявляется мгновенное перемещение, сложно не столкнуться с какой-то преградой вроде дерева или скалы и не разбить нос. А уж переместиться через реку… Однозначно, ты в этот же момент задействовала крылья.

– Сильно сомневаюсь, что именно я. Они это… сами, – выпалила в ответ.

– И мне ты, я так полагаю, о своих крыльях рассказывать не собиралась, – опять же абсолютно спокойно заметил Шархат.

Я испуганно уставилась на мужчину. Не хочу его терять из-за своего страха и не сказанных вовремя словах. Слишком он мне дорог.

– Как рассказать о таком? Вот как, Шархат? Они ведь не мутация, как я выяснила, а расовая особенность. Я, пусть и ничего не помню о своем прошлом, но точно знаю о рантарцах. Агрессивные, недружелюбные, замкнутые… Был бы у меня шанс, не скрывая этого, вообще выжить? Маркус, сдается, знай, что я – рантарка, и на работу бы даже не подумал взять. Кому нужны лишние проблемы?

Рывок – и я вдруг оказалась сидящей на коленях у Шархата.

– Посмотри на меня, Касс. Я – термокинетик с третьим уровнем способностей. Я опасен и непредсказуем. Если захочу, я могу выжечь любую планету.

– Сколько раз повторять, что ты – не чудовище, Шархат? – вспыхнула я.

– Я не чудовище, как ты сказала, потому что меня определяет не мой дар и способности, а мой выбор. Почему же ты считаешь, что если ты с Рантара, то обязательно должна быть агрессивной, замкнутой и недружелюбной? Да я не знаю никого сильнее, смелее и добрее тебя, Касс!

– Так считаешь ты, Шархат, а что скажут другие? Мне среди них жить! А я отчетливо помню, каково это… быть изгоем! И ты… ты точно должен меня понять, потому что проходил через тоже самое.