Зов огня - Нина Трамунтани

Путь закончился слишком быстро.

Меня ждала маленькая худенькая девочка, которой едва ли было лет десять. У нее были две светло-русые косы, и она находилась в мрачной хижине. В одном углу стоял пошарпанный диван, в другом – маленькая кухонная ниша с плитой. Только сейчас я заметила двух людей перед ней на полу.

– Киана, не…

Я рефлекторно подалась вперед, когда раздался мужской голос. Он был моложе, значительно моложе, чем сейчас, но старше моего последнего видения, имевшего место в далеком прошлом. Кай. Это был Кай. А рядом с ним Агния.

– Я хочу выбраться отсюда! – закричала девочка высоким голосом.

От потрясения у меня перехватило дыхание. У нее был глубокий порез на лбу, на полу перед ней лежали большие осколки стекла. На них застыла кровь.

– Я знаю, мое сокровище, мы тоже этого хотим, но…

Почему они так боялись? Почему они разговаривали с девочкой так, как будто она стояла на карнизе окна и им нужно было как можно незаметнее отвлечь ее, чтобы схватить ее и не дать упасть в глубину?

– НЕ ДВИГАЙТЕСЬ!

Я сопротивлялась необходимости заткнуть уши. Произнесенные слова эхом отдавались в моей голове. Острая боль пронзила меня насквозь.

Я оказалась в своем прошлом. В одной из версий прошлого, где я росла с родителями. В котором им удалось сбежать вместе со мной.

Только для того, чтобы я…

– Вы должны делать то, что я говорю, – прошипела девочка. Это была я.

Я, которая приказывала своим родителям, что они должны были делать.

– Мы сделаем то, что ты скажешь, – заверила ее Агния задыхающимся голосом.

Прежде чем я успела подойти поближе и понять, как это произошло, девочка продолжила говорить, но я уже не слышала ее, время как будто мчалось вперед, как видение с Софией. Хижина исчезла, а вместо нее появился интерьер современной, залитой светом квартиры. Уличный шум просачивался через открытое окно. Вместо ветхого дивана теперь посреди комнаты возвышались шикарные винтажные кресла. Я сделала шаг к ним и через секунду пожалела об этом.

Кай и Агния были прикованы к креслам. Между ними стояла моя более взрослая версия, и осколков стекла не было видно, но вместо них был окровавленный нож, лежавший на паркете всего в нескольких сантиметрах от родителей. Мне должно было быть примерно столько же лет, сколько сейчас, и все же у меня не было никакого сходства с тем человеком, которого я видела, глядя в зеркало. Дело было не только в том, что мои волосы были пепельно-русыми. Это было из-за тьмы в моих глазах. И из-за ненавистного взгляда, которым я смотрела на своих родителей.

– Вы думали, что сможете меня перехитрить. Вы думали, что если никогда не расскажете мне правду о моем происхождении, то я никогда не узнаю и мы все сможем жить в мире друг с другом, не так ли?

Я отшатнулась от своего голоса. Он был ледяным, и каждое слово ударяло меня, как пощечина.

– Киана, – умолял Кай.

– Заткнись! – закричала она. Закричала я. – Я хочу, чтобы ты заткнулся!

С этими словами она схватила нож и бросилась к ним.

– Назовите мне хоть одну причину, по которой я должна оставить вас в живых, а не сделать это прямо здесь и сейчас…

Я отвела взгляд. Достаточно. Этого было достаточно. Я закрыла глаза, чувствуя, как слезы текут у меня по щекам, а затем почувствовала тянущее чувство в животе.

Простите меня, – хотелось мне закричать, – пожалуйста, простите меня! Я никогда этого не хотела. Я никогда не хотела быть этим человеком. Возможно, она права. Возможно, у нас нет выбора. Не тогда, когда мы носим в себе это проклятие.

Ни слова не слетело с моих губ.

Меня поглотила чернота, и я больше ничего не могла видеть. Ни испуганных лиц моих родителей. Ни моего собственного. Темнота успокаивающе накрыла меня.

Все кончено, – казалось, прошептала она. – Все кончено.

* * *

Сначала я услышала всхлипывания. Не свои собственные. Затем удар. Рев.

Я лежала на чем-то мягком. Запах дыма все еще витал в воздухе, но жара уже не чувствовалось. Пульсирующая боль в голове. Тошнота.

– Я здесь, – прозвучал самый прекрасный голос в мире. – Киа, я здесь, – пальцы у меня на висках. – Я с тобой.

И тут я услышала другой голос, более далекий, но, по крайней мере, такой же отчаянный.

– Если ты будешь дальше удерживать меня, сюда ворвется армия одаренных и убьет любого, кто встанет у них на пути! Я их запрограммировала. Эвелин, возможно, уже сбежала, но ты не можешь защитить всех. Отпусти меня! Отпусти меня, и никто не пострадает.

Прошла целая вечность, прежде чем мне удалось открыть веки. Огонь исчез. Моя голова лежала на коленях Уилла. Его покрасневшие глаза были первым, что я увидела. Снова и снова он гладил меня по волосам, извинялся, бормотал слова, которые не имели никакого смысла. Мне не удалось ни покачать головой, ни сказать ему, что он ни в чем не виноват. Что он был сильным и сумел противостоять ей. Снова.

Несмотря на то что окружающее снова и снова становилось размытым передо мной, и это стоило мне последних сил, я вцепилась в его руки и со стоном потянулась к нему.

Начался проливной дождь, и большие градины застучали по оконным стеклам.

Я повернула голову. Моргнула. Весь пол был мокрым. Еще одно моргание. Нерон. Это была работа Нерона. Он потушил огонь.

– Все кончено, – прозвучал его усталый голос. – Фос мертв.

Он стоял у одного из окон, метрах в пяти от нас. Его руки крепко сжимали плечи Марсии.

– Ты лжешь! – закричала она на него. – Это никогда не закончится!

– Мне очень жаль. Мне так жаль, что с тобой все это случилось. Но я не могу допустить, чтобы еще большему количеству людей причиняли боль.

Прежде чем она смогла ответить что-либо еще, прежде чем кто-либо из нас смог что-либо сделать, бесчисленные капли воды поднялись с земли, взвились в воздух сначала в миллиметрах, затем в сантиметрах над ней, собрались, смешались, прежде чем двинуться к Нерону и Марсии. Медленно. Опасно.

– Ты не можешь ничего сделать мне! – кричала она. – Ты ничего не можешь противопоставить моей силе… – Она остановилась, отчаянно хватая ртом воздух, огляделась, широко раскрыв глаза. Я впервые увидела страх на ее лице.

– Уильям! – Она уставилась на моего инвента. Нашего инвента. – Помоги мне!

Уилл напрягся. Все его тело стало жестким. А потом он задрожал. Но он не смотрел на нее. Его взгляд был упрямо устремлен на меня. Он держался за меня.

– Оставайся со мной, – выдавил он. – Пожалуйста, оставайся со мной.

Я открыла рот, пытаясь понять, снова посмотрела на Нерона, на парящую в воздухе воду.

Марсия выкрикнула имя Уилла, его дрожь стала сильнее, его пальцы впились в мою кожу, его дыхательные пути, казалось, были заблокированы, но он не двигался с места.