Принцип невмешательства - Руслан Ароматов

Но перед лифтами ничего не происходило. Неужели Шон передумал? Или у него другой план? Но какой? Не мог же я настолько ошибиться!

Все-таки не ошибся. Шон начал действовать, когда двери лифта поползли в стороны.

Собственно, действовал он примерно секунды полторы-две, и, пока я сообразил, что экшен начался, оба охранника синхронно начали падать на пол. Надо будет потом пересмотреть в замедленном режиме. Профессор, уже почти зашедший в лифт, недоуменно обернулся.

— Что… — начал было он, но Шон перебил:

— Все в порядке, док. Поворачивайте, нам в лифт не надо.

Анвил же в момент короткой стычки успела обернуться и вжаться спиной в стену, но удивленной или испуганной не выглядела.

Шон за шкирку вытащил потерявшего дар речи профессора из лифта и подтолкнул в направлении вагона подземки, сам же подхватил оба тела и поволок туда же.

— Док, нам по-прежнему требуется ваше сопровождение, — «обрадовал» он Зильбермана, затаскивая тела в вагон. — Буквально на десять минут. Потом я вас отпущу, честное слово.

— А если я откажусь?! — вспыхнул доктор, немного придя в себя.

— В этом случае мне придется применить все доступные способы убеждения. Мне всего лишь нужно, чтобы вы подтвердили наш допуск. — Он набрал код назначения на консоли вагона.

— Шон Борски, уровень допуска недостаточен. Требуется подтверждение уровня допуска, — сказал комп вагона и замолк, ожидая.

— Ну же, доктор, — тихо подбодрил Шон.

— Доступ подтверждаю, — сквозь зубы буркнул Зильберман, прикладывая к считывателю личный комм, после чего вагончик бодро тронулся.

За это время я успешно отыграл небольшой спектакль для охраны комплекса. Чтобы они не пялились в мониторы камер слежения, когда я буду подменять картинку обратно, мои тараканы-разведчики перекусили парочку силовых кабелей и устроили красивый фейерверк прямо перед дверями шлюза, вырубив в коридоре целый ряд световых панелей. Пока охранники смотрели шоу, люди из холла незаметно успели сесть в лифт и уехать.

— Надо полагать, это похищение? — иронично спросил пришедший в себя Зильберман. Он уже понял, что его и пальцем не тронут.

— Ничего подобного, никакого интереса вы для меня не представляете. Посидите на станции в компании этой парочки полчасика и возвращайтесь обратно.

— А как же девушка? — Кажется, доктора уязвило такое пренебрежительное отношение к своей персоне.

— А ее никто не похищал. Согласитесь, спасение и похищение — разные вещи. Скажите, насколько далеко вы готовы зайти в своих экспериментах?

— Ей ничто не грозило! Несколько неприятных моментов не в счет! А теперь шанс на благополучное возвращение пропал.

— Док, вам, наверно, нечасто приходится врать, — хмыкнул Шон. — В любом случае вы выполните приказ руководства, каким бы он ни был. — Не было смысла выпытывать все подробности экспериментов, от этого знания ничего не изменится.

— Это уж не вам судить! — запальчиво выкрикнул обиженный профессор.

— Да успокойтесь вы, — отмахнулся Шон. — Ваше мнение меня не волнует.

Он прекратил бесполезный разговор и занялся охранниками. Снял лишние средства связи, два игломета с запасными обоймами, пару ножей и наручники. Порывшись по карманам, забрал все наличные деньги и кое-какую мелочовку — сейчас все может оказаться полезным. Форменные куртки тоже пригодятся — в шахтах нежарко. Когда вагон прибыл, он был готов.

Как только двери открылись, Шон не стал мешкать: быстро выволок так и не пришедших в себя охранников на платформу, подтащил их к массивной трубе, идущей вдоль стены, и приковал к ней наручниками. За это время профессор даже не попробовал сбежать.

— Посидите некоторое время тут. — Шон защелкнул браслет наручников на руке Зильбермана. — Когда бойцы придут в себя, освободитесь. Они должны уметь.

— Но вы сказали…

— Именно так я и сказал, — оборвал возражения капрал, отворачиваясь от доктора. — Анвил, уходим.

И он бегом направился прочь со станции. Анвил не отставала. За все время она не произнесла ни слова.

Повернув из технологического тоннеля в полную темноту, Шон остановился.

— Фонарей у меня нет, но тут все линейно — не заблудимся. Темнота скоро закончится. — Он на ощупь нашел руку девушки. — Сейчас мы уходим в старые горные выработки — это километры шахт и штреков, где власти колонии нас не достанут. — В его голосе послышалась неуверенность, которую Анвил уловила.

— Ты так не думаешь.

— Не совсем. Достать нас, конечно, попытаются, но шанс, что у них ничего не выйдет, велик.

— Тебе следует подробнее рассказать мне об этих подземельях. — В ее голосе послышался неподдельный интерес. — Потому что сейчас твоя уверенность мне не очень понятна.

— Конечно.

Они быстрым шагом шли во тьме штрека; одновременно Шон рассказывал ей то, что знал о шахтах.

Вскоре вдалеке показалось слабое пятно света, и буквально через минуту они вышли в освещенный желтоватым светом лишайников зал.

— Шон, ты пунктуален. — От стены отделилась фигура, в которой капрал узнал Сержа. — Лен, выходи.

— Твоя осторожность оказалась лишней, — фыркнула появившаяся из-за здорового обломка породы девушка.

— Он прав, — сказал Шон. — Серж, выдай нам снарягу — и пошли. Ах да, знакомьтесь — это Анвил. А это Серж — проводник, и Лена — гм… просто Лена, в общем.

— Туристка, — хихикнула Лена, видя его замешательство.

— Мне стоит знать, к чему такая спешка? — деловым тоном спросил проводник, когда они двинулись.

— Необязательно, просто как можно быстрее отведи нас к рынку. Позже расскажу подробности.

— Будут искать?

— Будут.

Они вошли во владения Грибника — местного наркобарона. Перед шлагбаумом остановились.

— Мужики, кончайте смотреть порнуху! — приветственно заорал Серж в штрек.

— Зачастил ты к нам, Серж, ох зачастил. — На шум вышел все тот же охранник, которого Шон уже видел в прошлый раз. — Не поднять ли специально для тебя плату за проход?

— А ты все тут прохлаждаешься, Керосин? Вам и так больше перепадет, со мной сегодня трое.

— А я вас помню, — обрадовался бандит. — Особенно эту несговорчивую девчонку, которая не продается, — почти интеллигентно пошутил он, потом перевел взгляд на Анвил. — Серж, что за хрень?! Мы тут сидим охраняем, а ты каждый раз с новой девкой ходишь?! — В его голосе сквозила неприкрытая, почти детская обида.

— Бросай службу, иди в проводники — делов-то! — отмахнулся Серж, отсчитывая деньги. — Вот, держи, все по тарифу, плюс специально от меня — моральная компенсация, — хохотнул он. — Как раз хватит на девчонку из «Дохлой лошади». — Неужели Серж нервничает?