Сбежать от судьбы - Анастасия Левковская

Перед родной дверью я остановилась и ласково провела по дереву, знакомому до последнего природного узора. Я дома! Решительно нажала на ручку и вошла.

В гостиной обнаружилась Димара. Она лежала на диване в любимой позе Мэя – закинув ноги на спинку – и с тоской смотрела на стол, который ломился от яств. Хм, надеюсь, они не мои поминки справлять удумали? А то я им сейчас весь праздник обломаю.

– Что за повод для гулянки? – спросила как можно беспечнее.

Зря амазонка попыталась одновременно развернуться и подняться. Запуталась в ногах и с диким воплем свалилась с дивана. Я не выдержала и расхохоталась в голос.

– Вики! – взвыла подруга дурным голосом, подскочила, чуть не опрокинув стол, и буквально впечатала меня в стенку. Ну и придушила немного – видимо, для надежности. – Ты жива? Здорова? Куда тебя засунули? Мы чуть с ума не сошли от беспокойства!

– Пусти, – просипела я, пытаясь отодвинуться, чтобы глотнуть хоть немного воздуха.

– Ой, прости, – смутилась Димара и все-таки разжала медвежьи объятия.

– А теперь по порядку, – лукаво усмехнулась. – Нет, не жива, пришла к Виру по его второй – или все же третьей? – специальности, – не удержалась и показала опешившей блондинке язык.

– Да ну тебя. – Она пришла в себя и рассмеялась. – Сейчас придут наши – ты все расскажешь! – и серьезно на меня посмотрела. – Мы действительно очень переживали. Даже учебу забросили, мотались по Шестому миру, пытаясь отыскать хоть какие-то следы.

Резко распахнулась дверь, чуть не саданув меня по лбу, и в гостиной появился Мэйлис Вести собственной персоной. На его плече сидела мрачная нахохлившаяся кошка. Хм, а чего это Ева не в человечьем обличье?..

На этом мысли закончились, потому что ее рыжее великолепие возопила:

– Вики нашлась!

А потом в прыжке превратилась и попросту сбила с ног. Как же я звезданулась головой об пол, кто бы знал…

– Ева, слезь! – Маленькая, маленькая, а тяжелая! – Или ты решила, раз меня в плену не прихлопнули, стоит исправить несправедливость?

Так, судя по блаженному личику нашей кейли, меня попросту не слышат. Впрочем, Мэй осторожно снял свою обнаженную и ни капли этого не стесняющуюся девушку с моего распластанного тела, потом помог мне подняться и молча стиснул в таких объятиях, что глаза чуть не покинули предназначенных для них орбит.

Кое-как выбралась из этого удушающего захвата и ворчливо заметила:

– Нет, ну вы точно меня добить решили. Боюсь, Вираэля я попросту не переживу.

Впрочем, в Сумеречном, который тоже не замедлил появиться, я ошиблась. Нет, он тоже несказанно обрадовался и тоже первым делом меня обнял. Но – без членовредительства. А потом, как истинный целитель, скрупулезно проверил мое состояние и подлечил то, что посчитал нужным. Ну я не стала спорить и вырываться.

Потом мы все расселись на диванах и просто молчали, сияя блаженными улыбками. Мне хотелось многое им сказать. О том, как скучала. Как счастлива просто вот так сидеть рядом. Что они для меня – как семья. Да много чего еще… Но слова казались неуклюжими и не раскрывающими истинной сути. А потому я просто гладила по животу опять перекинувшуюся Еву и по нашей связи с остальными транслировала все свои эмоции. И друзья отвечали мне тем же.

Через некоторое время я вспомнила, что вообще-то у меня есть незаконченное дело.

– А где Фэлиса?

– Понесла последнюю партию своих вещей к кавалеру, – со смешком поведала Димара. – Она от нас съезжает. Вот мы и отвлеклись на вечер от твоих поисков. Решили ей прощальный вечер устроить.

– Вы решили, – гордо задрала нос кошка. – Я в этом мероприятии не участвую.

Ох, Ева… Знала бы ты, насколько была права, когда с первого взгляда невзлюбила знахарку. И знала бы я… Ладно, толку жалеть о том, чего не вернуть. Надо решать проблемы в настоящем.

– Съезжает – это хорошо, – протянула я и хищно улыбнулась. – А вот прощальный вечер у нее будет немного другим, чем она рассчитывает.

От меня по нашей связи пошла сильная злость, и друзья вскинулись и посмотрели на меня растерянными взглядами.

– Вы же не думаете, что я сама подставилась под ошейник? – иронично вздернула бровь, а потом с наслаждением наблюдала, как меняется выражение лиц моей компании – от изумления до злой решимости.

Ох, милая моя знахарка, ты сегодня огребешь столько, что тебе даже не снится.

– Я так и знала! – торжественно произнесла Ева. – Я вам, между прочим, всегда говорила, что она – дрянь!

– Рассказывай, – потребовал Вир.

Воскресила в памяти злосчастный вечер и неторопливо поведала историю о самом гадком предательстве в моей жизни.

– Ну и змею же мы на груди пригрели, – мрачно констатировала Димара, когда я замолчала. – А с виду и не скажешь… Что ты будешь с ней делать?

– Если что – мы поможем разобраться с трупом, – вполне серьезно проговорил Вираэль.

Я даже умилилась. Повезло же мне с ними!

– Думаю, до таких радикальных методов не дойдет. – Действительно, убить – слишком просто. Пусть живет и мучается, тварь. – Сначала я ей в глаза посмотрю, – почувствовала, как меня опять затапливает ярость, – а там уже решу…

Именно в этот момент Фэлиса и вернулась.

Я сразу же пригнулась, а Мэйлис, который сидел рядом, без подсказок выпрямился и расправил плечи, таким образом закрывая меня от обзора.

– Все, с вещами разобралась, – утомленно произнесла знахарка и пошла к столу.

Ну что ж. Мой выход.

Резко встала и уставилась на нее немигающим взглядом.

– Ну здравствуй, Фэлиса.

Ева резко скатилась с дивана, в два прыжка оказалась у двери и, перекинувшись в человека, закрыла собой выход. Друзья медленно поднялись, и теперь знахарку сверлило уже пять недобрых взглядов.

– У меня не было выбора! – пискнула она, отступая к стене.

– Я тебя внимательно слушаю, – сложила я руки на груди и вскинула голову. – Очень внимательно.

– Он мне угрожал! – срывающимся голосом заговорила Фэлиса, нервно ломая пальцы. – Грозился убить! Уверял, что тебе ничто не грозит и ты недолго с ошейником будешь! У меня не было выбора! Не было!

Мой проклятый дар не то от злости, не то от сильного желания работал сейчас как часы. Я впитывала эмоции и мысли знахарки, видела картинки ее встреч с Кайлом, ее страх и обреченную покорность. Просто Фэлиса оказалась слабой. Такой, которую достаточно лишь пальцем толкнуть, чтобы сломать. Но и это было еще не все. Была в ней гнильца, которую, видимо, и чуяла Ева. Знахарка не испытывала ни малейших угрызений совести по поводу своего предательства, а еще… кое о чем умолчала.

– А вот врать, дорогая моя, нехорошо. – Я хищно оскалилась и перемахнула через диван. Подошла к Фэлисе, которая уже уперлась лопатками в стенку, и легонько взяла за горло. – Ну а врать эмпату – еще и глупо. Сколько там тебе Кайл заплатил? Двести золотых? Да, дешево нынче ценятся такие, как я.