Главное задание - Андрей Львович Астахов

У меня начала кружиться голова. Рот наполнился слюной, а желудок сжал такой голодной спазм, что я невольно зарычал. Но тут краем глаза я глянул на перстень: камень полыхал багрянцем, как глаза Марики.

- Прекрати! – взвыл я, стараясь отвести взгляд от шеи извивающейся на полу девушки.

- Не сдерживай себя, милый. Твои желания естественны, в них нет ничего нехорошего. Ты вампир. Это так же нормально, как быть мужчиной, женщиной, ребенком. Красный нектар сделает тебя могучим и отважным. Ты убьешь графа и получишь все то, чего желаешь.

- Марика, нет!

- Да, милый, да! Ну, давай же! Портал уже открывается…

Сквозь багровую мглу, заволакивающую мне глаза, я увидел, как в глубине склепа засветилось нечто, напоминающее топку огромной печи. Оттуда слышались крики, вопли, стоны. Я мог чувствовать идущий из этого адского провала испепеляющий жар. Казалось – стоит мне войти внутрь, и я вспыхну и сгорю, как сухой лист.

- Причастие кровью защитит тебя, - звучал откуда-то издалека вкрадчивый голос Марики. – Торопись!

- Нет! - выкрикнул я и, сам не понимая, что делаю, шагнул в огненный провал.

*******************

Вокруг была темнота. Я был один и стоял по пояс в какой-то жиже. Впереди виднелось черное пространство под низкими полукруглыми кирпичными сводами. В воздухе стоял густой запах смерти и бойни. Марика, связанная девушка, склеп – все исчезло.

Где я? Куда, мать его, меня закинуло?

Хоть я и видел в темноте, но отсутствие цветов раздражало. Активированный «Светляк» вспыхнул, освещая таинственное место. Меня затошнило. Я стоял в буро-красном поблескивающем месиве, на поверхности которого плавали куски мертвых тел.

Значит, это и есть Кровавый туннель.

- Какая мерзость! – всхлипнул Говорящий камень.

Когда я в игре пытался убить графа Радулеску, я тоже проникал в замок Чоп через канализацию. Но не через ТАКУЮ. Казалось, в этой чудовищной клоаке собралась вся кровь мира, пролитая за всю его историю, что сюда сброшены все останки жертв человеческого злодейства.

Уж лучше бы я оказался по пояс в дерьме.

Трудно себе представить что-нибудь более страшное и омерзительное, чем путешествие в кровавом море, полном изувеченных трупов, рук, ног и голов. Но, оказывается, адским силам не чужда любовь к излишествам. Стоило мне сделать несколько шагов, как на покрытой шапками розовой пены поверхности жуткого потока забурлили пузыри. Из месива вынырнула безглазая кольчатая тварь, напоминающая гигантскую жирную пиявку.

Я вытянул меч из ножен и приготовился к нападению. Но чудище не спешило меня атаковать. То ли было сыто, то ли не захотело тратить на меня время. Покрутив своей тупой мордой, оно нырнуло обратно в адскую пучину. Постояв немного, я пошел вперед. Точнее, поплыл. Временами я ощущал под ногами дно, временами нет. Было жутко неприятно сознавать, что где-то рядом плавают чудовищные пиявки, вроде уже виденной мной.

К счастью, я довольно скоро выбрался из кровавой каши на ступени полуразрушенной лестницы, ведущей вглубь нового туннеля. Вход в туннель был заперт ржавой железной решеткой: после недолгих поисков я нашел отпирающий решетку рычаг. Путешествуя по вырубленным в скале коридорам, я, в конце концов, попал внутрь циклопической круглой башни. На полу в центре башни пылал огромный костер, вокруг костра были установлены колья с насаженными на них головами и частями человеческих тел. А рядом с костром сидел здоровенный аануб, намного больше того, которого я убил в пещере у Мартенека.

Аануб увидел меня и хрипло залаял, распуская перепончатые крылья. Переваливаясь на изломанных лапах, двинулся на меня. Но я не стал дожидаться его на месте. Вытянув к аанубу левую руку, я выкрикнул:

- Игнис магнус!

С моих пальцев сорвался оранжевый фаерболл и ударил аануба прямо в грудь. Зверь отшатнулся, взвыл и замотал головой. Я повторил атаку огнем, но на этот раз не попал – аануб оказался проворнее, чем я думал вначале. Он подскочил ко мне, обдав меня волной зловония, и попытался ударить лапой, вооруженной когтями величиной с лезвия кухонного ножа. Но я увернулся и, коснувшись крыла аануба, крикнул:

- Криос!

Аануб замер и в мгновение ока будто покрылся изморозью. Что-то подсказывало мне, что эффект такой заморозки будет совсем недолгим, поэтому я начал молотить застывшегомонстра мечом. От аануба летели куски разной величины, а потом мне удалось отрубить и голову – она со звоном упала на каменный пол и раскололась пополам.

- Интересно, и как это у меня получилось? – спросил я самого себя, глядя на оставшиеся от аануба клочья.

- Какой же ты тупой! – подал голос камень. – Тебе же сказали, что ты можешь использовать боевые заклинания 3-его уровня эффективности.

Ого, а я, оказывается, владею боевой магией! Надо думать, этот нежданный подарок достался мне вместе с вампиризмом. Правда, я чувствовал, что проведенные мной магические атаки сильно меня измотали. Нужно восстановить силы, а заодно разобраться, куда идти дальше.

Ничего похожего на выход на первом этаже башни не было. Сплошная каменная кладка, которую ни разбить, ни выломать. Я поднял голову и увидел зияющий пролом на высоте примерно двадцати метров. Естественно, что обычному человеку нечего и мечтать подняться по вертикальной стене без трещин и выбоин – разве только какой-нибудь человек-паук, чемпион мира по скалолазанию такое сумеет. Но я не человек. Я вампир. И я умею делать то, что могут все вампиры – карабкаться по отвесным стенам.

В несколько секунд я забрался по отвесной стене к пролому. Он оказался входом в новый туннель, прорубленный в скалах. Здесь было горячо и дымно, пахло серой и горелым мясом. Зато здесь меня ждала неожиданная и очень ценная находка.

У самого выхода из туннеля я нашел человеческие останки. Обугленный скелет был полузавален камнями и щебнем: по всей видимости, беднягу просто заживо похоронил нежданный обвал. Я разгреб щебень – в свете моего магического «Светляка» что-то блеснуло. Несколько мгновений спустя у меня дыхание перехватило от восторга: я увидел торчащую из щебня рукоять великолепной катаны.

- Ого! – вырвалось у меня. – Не зря я сюда зарулил.

Откопать оружие было делом пары минут, и очень скоро катана была у меня в руках. Она показалась мне настоящим произведением искусства. Безупречно полированный клинок был покрыт сложной гравировкой. Ни следа ржавчины, ни одной зазубрины. Рукоять