Кровь Дракона - Валерий Старский

Черноцвет, полагая, что вроде как все пока идет неплохо, продолжил:

— За что с вами так поступили, как я понимаю, не скажешь? И спросишь, конечно, как у вас принято, кто мой господин?

От таких выводов темный поперхнулся пивом, но сказал:

— Непременно спрошу, очень хочется узнать, кому служат вольные Недзебе.

«Да уж, — раздумывал Тиль, смотря на эльфа. — Очень-очень непростой ночной стрелок, а он ведь почти угадал, надо идти на риск, а то и так задерживаюсь здесь больше, чем положено».

— Мой господин Ву Вей Виго глава клана «Багровые вороны», — сказал Черноцвет, на всякий случай, уже готовясь к отступлению. Но случилось непредвиденное и редкое, темный эльф широко и как-то лучезарно улыбнулся и очень странно ответил:

— Я согласен, на любых условиях, пусть только за пропитание нас и наших зубатых красоток. Можете теперь считать, что в вашем распоряжении двенадцать ночных стрелков и пять ночных бестий, отвечаю, эти милашки одни из лучших на этом континенте.

Сказав это, темный эльф протянул руку для пожатия и назвался для закрепления сделки.

— Чёт Сломана стрела.

— Тиль Черноцвет, — представился бывший гончий СойТэ и крепко пожал руку темному эльфу.

Глава 19. Оракул гибельных путей

Саромэ, Империя Морамар, территория леса «ночных крикунов» семь тысяч метров до крепостных стен столицы Эрэны.

Черный-черный лес, мокрый от дождя, смуро, даже ночных крикунов не слышно, две почти незаметные тени отделились от неприглядности и вышли на небольшую скрытую в пелене мелкой мороси поляну.

— Пора, — уверенно сказала одна из теней.

Тут же раздался резкий вопль ночного крикуна, и только специалист по этим странным насекомым смог бы определить — что-то не так в этом звуке. И правда, будто по сигналу по всей кромке леса словно из земли проросли черные силуэты, подсвеченные вдруг вспыхнувшим костром, выложенным крестом по центру поляны.

— Чер, они уже здесь, летят с юго-востока, — и говоривший показал рукой направление.

— Спасибо, Тирк, мы не ошиблись, темные не подвели, и убирай лесное ухо, такая следящая магия может спровоцировать Нуху, мы пока для них просто мясо, — ответил Черноцвет.

А уже через несколько секунд без всяких там пристрелочных кругов на поляну спикировали черные, как смоль, Нуху с наездниками.

«И правда лучшие», — подумал Тиль.

Обучаясь в Соккерто, ему приходилось видеть этих крылатых перепончатых бестий, больше всего похожих на летучих мышей, правда, комплекцией с хорошего племенного быка, клыками саблезубого тигра и режущими наростами по краям крыльев. Так вот, такого мягкого и тихого приземления он никогда не видывал, ни тебе раздраженного свиста, ни прыжков, ни комьев земли в разные стороны.

— Умопомрачительно, даже при такой видимости, — прошептал Черноцвет, находясь под сильным впечатлением от посадки Нуху. — А где же пятая бестия?

И почти сразу спиной почувствовал подвох, обернулся и увидел бесшумно планирующую бестию метрах в четырех над землей.

— Хитрец, — улыбнулся Черноцвет и махнул рукой.

Черная Мохнатая Нуху приближалась с ужасающей скоростью — сто, восемьдесят, пятьдесят метров. Когда казалось, лобового столкновения не избежать, и уже очень-очень хотелось камнем упасть и вжаться в землю, метров за двадцать виртуозная бестия резко вертикально взмыла вверх, а к ним уже бежал темный эльф, характерно придерживая рукой мощный лук за спиной.

— Привет, Тиль, твоих непросто увидеть даже для моих ночных стрелков, великолепная выучка, — сказал улыбчивый темный эльф, разрушая шаблоны, олицетворяя несусветную редкость.

— Здоров, Чёт, у меня тут почти двести килограммов хорошего мяса для твоих милашек, и я впервые видел такое блестящее приземление. А что с этой, глаз не оторвать, красоткой? — и Черноцвет большим пальцем указал в темную высоту, имея в виду Нуху, темного эльфа.

Воины, не сдержавшись, обнялись, как старые побратимы, причем неожиданно для каждого они еще с первой встречи почувствовали обоюдную симпатию.

Темный эльф отстранился и осклабился, он с детства обожал свою питомицу, и хорошие слова человека-союзника упали на благодатную почву. Темного под этим свинцовым небом словно осенило предвидением, он вдруг отчетливо осознал, что они с этим отрядом Багрового навсегда, плечом к плечу, клинок к клинку.

Эльф глянул вверх, где скрылась его питомица, и ответил Черноцвету:

— Темная пчелка, великолепный наблюдатель, пусть поработает, если что, она предупредит нас, или того лучше, притащит парочку излишне любопытствующих.

Тиль тихо и очень по-доброму засмеялся, вытерев лицо от влаги.

— Вот это я понимаю, пчелка, и мед у нее своеобразный, излишне любопытствующих приносит своему хозяину. Ну да ладно, теперь к делу. Чёт, это Тирк Осока. Тирк, это Чёт Сломанная стрела, — представил воинов друг другу Черноцвет.

Затем, как и планировалось, случилось занимательное кормление Нуху, переполненное тихим с некой безуминкой весельем, крепкими словами вполголоса, потом и литрами адреналина. Обычная процедура, если предполагается воевать рядом с этими красотками, дабы не сожрали случайно, а воспринимали как своего из одной темной стаи.

Между тем дождь и ветер заметно усилились, и эта наступающая ночная вакханалия стихий только радовала темных воинов, собравшихся на непроглядной полянке в чащобе леса.

Засим по прошествии небольшого времени Чет Сломанная стрела, Тиль Черноцвет и Тирк Осока удалились в лес на раннее намеченную прогалину.

— Что, «Тихий Склеп»? — спросил Тирк Осока, посмотрев на темного эльфа и Черноцвета.

— Давай, — согласился Тиль, а темный эльф коротко кивнул.

Пара ударов сердца — и они очутились в небольшом темном пространстве, отгороженным от реальности, в полной безопасности от любых внешних воздействий.