Мрак. Сотня смертей - Степан Кайманов

Не знаю, внял ли Юи моему разумному наставлению, но лично я намеревался прямо сейчас пойти и выбить все дерьмо из Слепого Стража, который стоял между мной и свободой.

— Одо, я готов предстать перед судьей, — решительно сказал я. — Веди меня к нему.

Советник поднялся и молча побрел в сторону поля за поваленными колоннами. В сторону зеленого и волнистого, как море, поля, где меня когда-то раздавил огромный ком, слепленный из мелких вучи-вучи. С тех пор многое изменилось, лишь боль осталась болью — жестокой, бесчеловечной, сводящей с ума и оставляющей глубокие шрамы в душе. Сейчас мне точно хватило бы стойкости, чтобы удрать от скопища вучи-вучи. Да только нужно ли было теперь от них удирать? Когда в одной руке острое лезвие Аиолор, а в другой жезл, способный призывать черепа со стальными челюстями.

Трава тихо шелестела, щекотала обнаженные ноги, забиралась под юбку. Одо остановился у статуи Аиолор, низко поклонился ей, опустив свою бороду почти до земли, и торжественно произнес:

— Грешник Dark555_XXL пришел сюда, чтобы пройти испытание. Впусти его, о прекрасная богиня Аиолор, покровительница всех рукодельниц, дабы он мог продолжить свой путь во имя искупления.

Слова были произнесены, и статуя с шорохом поехала назад, освобождая проход.

— Богиня согласилась тебя впустить. Ты можешь идти.

Я глянул вниз. О нет, только не очередное подземелье.

— А ты разве не пойдешь со мной?

— Этот путь ты должен пройти один. Когда завершишь испытание, мы продолжим поход вместе.

— Скажи мне, что это не новое подземелье.

— Это не новое подземелье, — успокоил меня Одо. — Кроме Слепого Стража, там больше никого нет.

— Надеюсь, ты прав.

Я раздвинул шторки на фонаре и начал осторожно спускаться. Где-то через минуту лестница закончились. Я остановился, обернулся, посмотрел на квадрат света надо мной, в котором стоял Борода, и двинулся вперед.

Это был просто тоннель, широкий, прямой, темный, выложенный черными камнями, без секретов, добычи, монстров и Слепого Стража. Ему просто негде было здесь затаиться. Некоторое время я шел не спеша, опасаясь ловушек, глядел под ноги, по привычке замирал, прислушивался, нервно покручивая рукояти лезвия и жезла. Но затем махнул рукой, понадеявшись на слова Одо, и ускорил шаг.

Идти пришлось долго. Долго и нудно. Ни одного ништяка по дороге. Бессмысленная трата времени. Когда в свете фонаря наконец-то показались ступени, ведущие вверх, я буквально взбежал по ним, несмотря на то, что знал, куда ведет меня этот унылый, казавшийся бесконечным тоннель.

Лестница вывела меня к высоким деревянным воротам, по которым вязкими струями текла тьма, надежно забивая щели. Поглядеть, что находится по ту сторону ворот, мне не удалось. Тогда я прислушался, но услыхал лишь тихий шепот ветра.

Делать было нечего. Я толкнул врата и под их пронзительный скрип вышел на… огромную круглую арену. Много колонн повсюду, высокие стены с торчащими кольями, бледно-желтый песок под ногами. Высоко в небе летали крикливые вороны, а далеко впереди стоял железный трон, на котором скучающе, подперев подбородок кулаком, восседал воин в серебристых латах. Меч его, похожий на огромный тесак и почти в человеческий рост, находился рядом и сиял, словно снег под звездами. Над шлемом… плыли красные буквы. Забрало было опущено, его перетягивала широкая повязка.

Если Страж и вправду слеп, то мне нечего опасаться, подумал я. И пошел, пытаясь прочесть ник. Увидел, как воин тяжело встал, взял меч обеими руками и положил его на плечо, словно винтовку. И тут мне наконец-то удалось прочесть имя противника: «Sven_White».

При виде ника меня одномоментно охватила и ликующая радость, и холодный ужас. Я бросил жезл и лезвие в песок. Широко раскинул руки, показывая, что не желаю драться, и направился навстречу старому другу. А он — ко мне.

Когда между нами осталось шагов пятнадцать, я во всю глотку прокричал:

— Свэн, это я — Адам! Адам Найт! Юи и Док. Они тоже здесь. Мы искали только тебя. Опусти оружие! Я понимаю, что виноват! Я все объясню! Остановись!

Я затаил дыхание и едва уловил движение воина, когда он сорвался с места и метнулся ко мне, проскользив по песку, как по льду. Перед глазами словно блеснула молния, рассекая пространство наискось. Но это была вовсе не молния, а разящий меч, сверкнувший на солнце.

Самая быстрая смерть.

Почти безболезненная смерть.

Наверное, та самая смерть, которая приходит к человеку, если его разрубают пополам.

Глава 28. Горизонт событий

Я крутил граненый пузырек с зельем мертвой плоти, думая принимать его или сберечь на самый черный день. Да куда уж чернее? Пошли третьи сутки, а Слепой Страж живее всех живых. Хожу на арену как на работу, исполняя роль тренировочной туши. Меня рубят и вдоль, и поперек (чаще все-таки поперек). Меня насаживают на меч, слово мясо на вертел. Меня бросают на колья, торчащие из стены. Надо мной издеваются, позволяя истекать кровью. Иногда со мной играют, как… кошка с мышкой.

Адам Найт, ты — салат. Я истерически рассмеялся, когда в воспаленный от бесконечных мук и смертей разум пролезла эта безумная мысль. Ну, это и правда звучит смешно. Разве нет? Мне уже приходилось ощущать себя раскатанным кусом теста для пиццы. Теперь вот салат. М-м, аппетитный салатик из моих кровавых ошметков, политый сверху оливковым маслом и присыпанный свежемолотым перцем. Наверное, пальчики оближешь.

Я опять засмеялся, привлекая внимание советника. Он заглянул в книгу и, покачивая головой, с сочувствие пробормотал:

— Девяносто девять смертей.

— Через одну будем отмечать юбилей, — со злой ухмылкой произнес я, с трудом сдерживая истерику. — Отведешь меня в вашу таверну. Напьемся до полусмерти. А-а, — я махнул рукой, — там все равно выпивка ненастоящая. Как и все в этом мире. Даже я ненастоящий. Ведь это… — Я положил указательный палец поперек губ… — только т-с-с! Ведь это на самом деле мое сознание, мой аватар, моя цифровая оболочка. А я, реальный я, не призыватель в юбке, а я, космический дальнобойщик, лежу в стеклянному гробу, окутанный проводами, словно бедная муха паутиной. И всем насрать!

— Тебя опять тянет прошлое, — резюмировал Одо, словно дипломированный психолог. — Оставь его и сосредоточься на бое. На арене. На том, кто ты есть здесь и сейчас, а не кем ты был в своей прежней жизни. Только это важно.

На арене… Свэн на ней больше так и не появился. Каждый раз, когда я возвращался на арену, меня там ждал новый игрок в образе Слепого Стража. Грешник,