Ручной Привод - Вадим Панов

– Открой мне неведомое! Открой истину! Дай знак!

Огромную кровать передвинули в угол, всю остальную мебель вынесли, и поэтому вызванный Пандорой ветер без помех загулял по комнате. Холодный ветер, пробирающий до костей.

– Имя! О, боги! Имя!

На кончиках пальцев женщины затрепетали языки пламени.

– Дай нам имя!

И резко выбросила руки в сторону Мартина.

Обжигающий холод ветра сменился жарким дыханием пламени, но Издерас даже не вздрогнул: Пандора предупредила Мартина о своих действиях.

– Имя!!

На белых обоях комнаты начали медленно проявляться тени. Много теней.

– Вглядывайся!

Издерас послушно сосредоточился, пристально всматриваясь в темные силуэты.

– Ты должен увидеть лицо!

«Я помню!»

Пандора трижды повторила Мартину его задачу: «Тебя окружат тени, черные силуэты людей. Это потенциальные доноры, образы которых я вызову своим усилием. А ты должен отыскать главного. Того, кто сможет передать тебе свои способности. Вглядывайся в каждого и кричи, когда различишь лицо».

– Я вижу!!

Как и говорила Пандора: под пристальным взглядом Издераса очередная черная тень внезапно превратилась в человека. Не в плоский рисунок на стене, а в трепещущую, сотканную из капелек разноцветного огня фигуру.

– Где?!

– Вот! – Мартин ткнул пальцем перед собой. – Вот!!

– Я поняла! – Пандора оказалась рядом, точнее, за спиной. Мягко сдавила ладонями виски Издераса. – Закрой глаза! Быстрее!

– Уже!

Но перед закрытыми веками по-прежнему сверкала призрачная фигура незнакомой девушки. Пока незнакомой.

– Читай ее!

«Как?!»

А в следующий миг в мозг ворвалась информация. Словно сложенная из огоньков фигурка превратилась в поток байтов.

– Читай!

– Юля…

Больно, больно, больно!

– Читай!!

– Юля Соболева! – Мартин упал на колени. – Юля Соболева! Она живет…

Из закрытых глаз текли слезы, из носа – сопли, а из глотки рвались слова адреса.

* * *

– Поворачиваем, проходим, поворачиваем…

Если у тебя есть время и ты не боишься умереть от голода и жажды, то можно найти выход из любого лабиринта. При условии, что у него есть выход, разумеется. Для этого следует просто приложить руку к стене и вести ее, не отрывая, совершая все повороты и выходя из всех тупиков. Тогда рано или поздно ты пройдешь лабиринт полностью и наткнешься на заветную дверь.

Юля не верила, что из ее лабиринта есть выход, однако понимание того, что она блуждает не просто так, а борется, придавало сил.

– Так, а что у нас здесь? – пробормотала девушка, аккуратно надавливая на подавшуюся ручку.

Открытые двери попадались в четвертый раз, однако после Куриного Бункера Юля стала значительно осторожнее. Она медленно открывала двери, долго всматривалась в щелочку, стараясь понять, не таится ли внутри угроза, и лишь затем входила. Три предыдущие комнаты оказались пустыми и темными. В двух валялись обломки мебели и мусор, предыдущая оказалась до самого потолка забита рулонами рубероида. А эта…

– Примерочная?

Стоило девушке щелкнуть включателем, как помещение залил яркий свет. Мебели и мусора не было. Рубероида – тем более. Чистый, только что покрытый лаком, паркетный пол, станки вдоль стен и зеркала. Множество тщательно вымытых зеркал, сверкающих в ослепительном свете ламп и уносящих бесчисленные копии девушки в калейдоскоп отраженных лабиринтов.

– Господи, это же танцевальный класс! – Юля вышла на середину комнаты и осмотрелась. – Танцевальный класс в подвале больничного корпуса!

Впрочем, после всего пережитого особого удивления она не испытала. Ну, танцевальный, ну, класс… Хорошо, что бешеных кур нет.

Девушка подошла к зеркалу, провела рукой по металлу станка, улыбнулась – когда-то родители водили ее на бальные танцы, – перевела взгляд на свое отражение и замерла.

– Та-ак…

Нигде: ни на лице, ни на шее, ни на руках – ни следа царапин. Одежда порвана? Да, порвана. Джинсы и блузка хранили на себе последствия куриной атаки, а вот царапины исчезли.

– Не может быть!

Может. Точнее – есть. Раны затянулись. Нет – раны испарились. Исцелились.

Юля выключила свет, медленно вышла из класса и, не забыв приложить руку к стене, отправилась дальше.

«Что мы имеем? Меняющие направление коридоры. Странная машина в подвале. Сумасшедшие куры. Танцевальный класс. Подожди, подожди… Не танцевальный класс, а зеркала! Отсутствие царапин! Мне показали, что у меня исчезли царапины. А что с курицами? Зачем были нужны они?»

Девушка остановилась.

«Хотели напугать? У них это прекрасно получалось и без насилия. Тогда зачем?»

Ей казалось, что разгадка совсем рядом, стоит только протянуть руку, но…

– Осторожнее!

– Назад подавай!

– Не могу назад! Надрываюсь!

– Надо пить меньше!

Парень поставил ящик на пол, вытер пот и прохрипел:

– Лучше иметь большой живот от пива, чем маленький горбик от тяжелой работы. – После чего сплюнул на пол и осведомился: – Какого черта мы тележку не взяли?

– Ясень запретил. Сказал, что таким кретинам, как вы, полезны физические упражнения.

– Мы ведь не со зла!

«Люди!»

Позабыв обо всем, Юля бросилась вперед, пробежала пару десятков метров, наткнулась на закрытый турникет, машинально перепрыгнула его и выскочила…

«Станция метро?»

«Станция секретного метро?»

«Станция?»

Высокое и обширное помещение, бетонные стены. Слева и справа от не очень длинной, метров пятьдесят, платформы, чернели зевы тоннелей. В глубине левого приветливо горел зеленый глазок семафора, над правым был приколочен дорожный «кирпич». А напротив платформы висела белая металлическая табличка, по которой шла черная надпись: «Передаточная».

«Все-таки – станция?»

Платформа освещалась двумя уличными фонарями. Чуть левее коридора, через который прошла девушка, находилось зарешеченное окошко кассы, дальше – щит с расписанием, поперек него чернело граффити: «Crash and f..ck!» Еще дальше – скамья и металлическая урна, в которой сосредоточенно копошился упитанный енот.

«Мне это снится?»

«Конечно, нет! Могла бы уже привыкнуть к местным фокусам!»

– Ну, вот скажи, зачем все это барахло на дальний склад перетаскивать? Разве непонятно, что если дадут приказ на Апокалипсис, мы его начнем с задержкой.