Костры на алтарях - Вадим Панов

– Ждите.

Михаэль вернулся через пять минут. Молча передал Макуле «балалайку» и подождал, пока тот просмотрит ее содержимое. Действовал мулат быстро: скачал запись о последних сорока восьми часах девушки в полицейский сканер, прогнал изображение в режиме ускоренного просмотра, пару раз остановил, разглядывая появляющиеся на экране мужские лица, а на третий раз удовлетворенно кивнул:

– Попался!

– Теперь все?

– Проследи за тем, чтобы девчонка никому не звонила в течение часа.

– Уже проследил, – ровно ответил Михаэль. – Я отправил ее к клиенту.

– Молодец! – Бритва вернул начальнику охраны чип Офелии и бросил на стол несколько крупных купюр, значительно больше, чем был должен за три виски. – Прощай, Михаэль!

* * *

анклав: Франкфурт

территория: Zwielichtsviertel

отель «Венеция»

хотите кому-нибудь запомниться – удивите его

Перво-наперво они обыскали номер, однако не нашли ни одной личной вещи Фалини. Ни зубной щетки, ни забытых носков, ни клочка бумаги – ничего. Человек провел в «Венеции» два дня и, судя по всему, намеревался жить еще несколько, а комната выглядела так, словно в нее никто не заселялся.

– Он был готов уйти в любую минуту, – пробормотала Пэт. – Профессиональный беглец.

– Просто дело слишком серьезное, – ответил Слоновски. – Вот Фалини и принял все меры предосторожности.

Девушка покачала головой:

– Как ты думаешь, у него есть дом?

– Дом? – Грег пожал плечами. – Сейчас мы не можем это узнать, а значит – все равно.

Он был настоящим профессионалом и не позволял себе отвлекаться от дела. Был ли у Фалини дом? Была ли семья? Как это вычислить через фальшивую «балалайку»? Никак. Значит – отставить, оперировать только известными фактами.

Пэт положила ладонь на подушку, прикрыла глаза…

– Он плохо спит.

– Кто?

– Фалини.

– Болен? Ранен?

– Нет… Его что-то мучает… – Девушка словно очнулась, отдернула руку, удивленно посмотрела на нее, затем – на Слоновски. – Почему я это сказала?

– Может, тебе надо отдохнуть?

– Может быть.

Грег почесал в затылке, послушал донесение машиниста и сообщил:

– Лесоруб перепроверил охранную систему отеля и нашел следы активности. Записи изменили изнутри, кто-то из своих, поэтому Лесоруб и не разобрался сначала.

– Получается, Фалини нас вычислил? Или засек?

Пэт была готова услышать обвинения в свой адрес, она понимала, что если кто-нибудь из них и напортачил во время слежки, то с вероятностью девяносто девять процентов это была она. Но, к ее удивлению, Грег решил не валить грехи на неопытную напарницу.

– Вспомни, как мы его засекли.

– Он выскочил из «Королевского осьминога» как ошпаренный…

– Так торопился, что натянул наномаску уже на улице. И только поэтому попал под видеокамеру.

– Что это значит?

– Фалини узнал нечто такое, что вывело его из равновесия, заставило на несколько мгновений забыть об осторожности. Я думаю, Фалини спугнули там, в «Королевском осьминоге». Он побежал, а мы не успели его взять.

И ни слова о том, что предлагал брать объект без подготовки, сразу же, едва Фалини вошел в отель. Впрочем, Пэт поняла, что план Слоновски тоже бы не сработал: судя по всему, Фалини провел в «Венеции» меньше двух минут.

– Что нам делать теперь?

Вопрос прозвучал не жалко, не растерянная маленькая девочка просила о помощи, а неопытная и понимающая свою неопытность Пэт обращалась за советом к профессионалу.

– Будем исходить из того, что Фалини покинул Франкфурт. – Грег плюхнулся в кресло и почесал нос. – Точнее, собирается покинуть. – И вызвал через «балалайку» расписание Аденауэра. – Дирижабли отметаем – слишком медленные, в самолетах и «стратах» идет тщательная проверка чипов, а он, скорее всего, воспользуется фальшивым…

– Необязательно.

– Зависит от того, насколько сильно его спугнули. Но я знаю, как мыслят преступники: до тех пор пока есть возможность использовать фальшивку, они будут ею пользоваться. С настоящей «балалайкой», если, конечно, она не засвечена, нужно ложиться на дно. С ней Фалини уйдет, завершив операцию, после того как избавится от книги и получит деньги.

– А если он выехал из Анклава на мобиле?

– В Баварский султанат? Вряд ли он пойдет на такой риск. Арабы ищут Дорадо, но кто даст гарантию, что они не докопаются до Фалини? Нет, только не султанат.

– То есть остаются «суперсобаки» на Анклавы?

– Ближайший поезд уходит на Москву, отправляется примерно через два часа. Мы можем сесть в него и попытаться вычислить Фалини среди пассажиров. Вероятность этого мала – он наверняка не будет покидать купе, но она есть.

– Торопиться не будем, – после короткого раздумья произнесла Пэт. – Свяжись с Москвой, пусть займутся пассажирами «суперсобаки»…

– Спугнем.

– Я не договорила. Пусть они арестуют и тщательно проверят всех мужчин, похожих на Фалини.

– СБА не имеет права устраивать подобные проверки без серьезного повода. Цюрих начнет задавать неудобные вопросы, а наш филиал сейчас не в том положении, чтобы отвечать на них.

– Пусть найдут повод.

– Ладно, – сдался Грег, – я свяжусь с Москвой, повод они найдут. А мы…

– А мы пока останемся здесь.

– В «Венеции»?! – Этого Слоновски не ожидал.

– Если Фалини действительно спугнули, я хочу знать, кто за ним придет.

– Неоправданный риск.

– Оправданный. Мы должны знать, против кого играем. И должны показать им кое-что.

Он вспомнил, какой она вышла из московского подземелья: перепуганной, перепачканной, заплаканной. Сейчас перед ним стояла совсем другая Пэт: не бесшабашная, но уверенная, агрессивная, готовая к атаке.

– Кому ты хочешь отомстить?

– Тот человек уже умер. Но впереди будут другие битвы. И я должна знать – с кем?

«И должна знать – смогу ли?»

Пэт приняла решение. Теперь она поняла, для чего Кирилл послал ее во Франкфурт: посмотреть – да, поучиться – да, но и проверить себя. Ей предстоит драться, и если это ей не по зубам, то лучше узнать об этом сейчас, сдохнуть в дешевом франкфуртском отеле и не подвергать опасности тех, кто ей верит и на нее полагается.

– Будем исходить из того, что они придут. – Усевшаяся на кровать девушка скопировала не только построение фразы Грега, но и интонацию, и даже позу. – Давай подумаем, как мы их встретим.