Убить Ланселота - Андрей Басирин

– Наддай! – покрикивал десятник на коньке. – Брус дуром пошел. Куды ж ты лепишь, соплист! Задом сдай!

Тяжелые зимние облака плыли над Урболком. Дело двигалось к снегопаду, и меж сосен было сумрачно и тоскливо. Не слышалось веселого «холарио» турольских пастухов, не плясали пастушки.

В небе толкались тучи, но на строительной площадке было светло. Тяжелое багровое сияние разливалось над снегом. Сила двенадцати чудовищ наполняла воздух.

Плотники чувствовали себя не в своей тарелке. Да, они привычно покрикивали и переругивались, прилаживая балки, наличники и дранку, но на душе у них было пасмурно. Даже малец-подручный, уж на что резвун и весельчак – и тот притих.

На Терроксе менялся уклад жизни. Раньше после каждого собрания дюжинцы возвращались по домам тайными тропами. Путь занимал неделю, месяц – никого это не волновало. Дома оставались звери великие, и несчастные случаи были редки. Претенденты на трон понимали, что без чудищ их притязания не имеют веса. А заручиться поддержкой зверя удавалось далеко не каждому самозванцу.

Возвращение Ланселота многое изменило. Время неспешных путешествий кануло в Лету. Никто больше не чувствовал себя в безопасности. Вернувшись домой, любой из монархов мог обнаружить, что Ланселот убил его зверя. С предложением его преосвященства строить обратные порталы согласились все.

Вот на конек полез строительный маг низшего посвящения. Выглядел он попредставительнее плотника, а кричал на подмастерьев точно так же:

– Роторы своди! Эм-поле посошком техни! Эк, стрикулист, куды ж ты загибаешь?

Наконец возня подошла к концу. Черные провалы порталов оделись искрящимся флером магических полей.

– Ну, значица, так. – Десятник стянул шапку и вытер мокрый лоб. – С богом, значица. Готово, судари-господа, ваши величества.

– Готово? – Шарлатан достал из рукава тисовую палочку. Вокруг нее кружил хоровод едва заметных золотых искорок.

– Сами убедитесь, господин-король хороший. Вот рукоять. Направо – туды, а влево уже на месте будет. И фьють.

– Что еще за «фьють», хам?

– Фьють – это обратно, – пояснил словоохотливый десятник. – Вы где проживаете, король-сударик?

– Я шарлатан Тримегистии, смерд.

– Тогда вот эта рукояточка в аккурат ваша будет.

Фью вздернул подбородок. Подошел к тримегистийскому входу и повернул обитую синим шелком рукоять. Арку затянуло радужной пленкой наподобие мыльного пузыря. По выгнувшейся поверхности побежали золотистые, алые и сапфировые разводы. Резные балки едва ощутимо вздрогнули.

Шаг. Пленка паутиной облепила лицо. Нефтяные разводы перелились и сплелись в арбузное нутро пещеры.

– Король эф-два, – донеслось из-за камня.

– Ты жухаешь, жухаешь! – закричали сразу два детских голоса. – Короли не ходят через всю доску!

«Теперь ходят, родной мой Бахамот, – подумал Фероче. – Теперь ходят. Не поменять ли шахматные правила по этому поводу?»

Он повернулся к искрящемуся провалу и шагнул обратно в Урболк.

– Работает. Все в порядке, господа.

– Воистину то добрые вести.

Сперва нерешительно, потом с охоткой дюжинцы начали испытывать портал. Новая конструкция оказалась не в пример удобнее старой. Единственная беда: входы в портал располагались не в секретных кабинетах дворцов, как раньше, а в пещерах чудищ. Но, если вдуматься, это очень даже неплохо: в Урболк не попадет человек чужого круга.

– Кхм, господа-сударики, – вновь заявил о себе десятник. – Расплатиться бы за работку, так сказать… господа-короли-сударики.

Фероче повелительно махнул рукой. Король Лир притащил тяжеленный мешок и уложил к ногам плотников.

– Вот ваша плата, смерды. Забирайте.

– Но, позвольте! – Десятник растерянно зачерпнул из мешка. – Это же орехи.

Тисовая палочка перечертила воздух. Багровый полумрак рассеяли жирные белые искры.

– Бурундукам ни к чему деньги. Брысь отсюда!

Плотники постояли немного, не до конца понимая, что произошло, а затем ринулись врассыпную.

Забытый мешок с орехами валялся на снегу. В разные стороны уходили цепочки бурундучьих следов. Строители портала сидели в ветвях сосен, испуганно наблюдая за людьми.

Скоро шок от превращения пройдет, и они вернутся, чтобы забрать свою плату.

– Помогай! Давай же!

Лиза изо всех сил навалилась на колонну. Рядом трещали крылышки Маггары; где-то у ног пыхтела Инцери.

– Еще немного, если не ошибаюсь.

Кусок мрамора отъехал в сторону. Открылся черный лаз, ведущий в глубины скалы, на которой располагался портик.

– Ух ты-ы! – Элементаль запрыгала на одной ножке. – Какая прелесть. Подземелье! Настоящее! С сокровищами!

Фуоко заглянула вниз. Из дыры несло затхлым погребом и сыростью.

– Нам обязательно туда спускаться? Мне как-то не хочется.

Квинтэссенций пожал плечиками:

– Я могу быть не прав… но, насколько помню, там не очень глубоко. И не очень далеко идти.

– Лиза, я посвечу, – пискнула элементаль. – Ты что, не хочешь найти сокровища?

– Это же подземный ход! – поддержала Маггара. – Он выведет нас из храма.

Девушка покачала головой. Блуждания по пещерам чудищ пробудили в ней страх перед темнотой. Она до сих пор не могла от него избавиться.

– Да, хорошо… – Лиза облизала пересохшие губы, – Чтобы сбежать.

Квинтэссенций подкатился к краю хода и тоже заглянул вниз:

– Вот это вряд ли… Бежать этим ходом невозможно, это скорее тупик, насколько я знаю.

– Тогда зачем мы туда полезем?

– Разве вы не хотите узнать побольше об истории Террокса?

– Нет.

– Об Эре Чудовищ? О Ланселоте?

– О Ланселоте? Идем.

Лиза решительно шагнула в черный провал.

– Не упадите! Там ступенька!… Но я могу быть неправ.

Квинтэссенций не солгал: спускаться в храмовый тапник оказалось легко и удобно. Света Инцери хватило, чтобы различать мох на стенах и копоть от факелов на потолке. Фуоко пробежала по каменным ступеням и остановилась посреди тайника, осматриваясь.

Маленькую комнатку загромождали шкафы с книгами, ящики, сундуки. На стенах висели маски, с которыми не хотелось встречаться взглядом. Пустынные боги, бесы и духи джунглей. Тварь возле вешалки походила на глумливую собаку в ожерелье из языков пламени. Рядом висела синекожая щекастая морда с выпученными глазами. В короне из крохотных человеческих черепов.

– Казначей Пыли, – уважительно прошептал камень. – Осторожно. Здесь плащи, не пораньтесь о рога.