Забвение - Бекка Фицпатрик

Я остановилась в дверях:

– Что это вы делаете?

– Твоя мама хотела бы, чтобы я присматривал за тобой сегодня вечером.

– Вы что, собираетесь остаться здесь на ночь?!

Руки у меня опять задрожали, и даже своими напрочь забитыми ватой мозгами я понимала, что надо найти способ выставить его. Позволить ему ночевать здесь – не самая лучшая идея. Но как заставить его убраться? Он сильнее. И даже если я смогу вытолкать его, мама недавно дала ему ключи от дома, и он спокойно может вернуться в любой момент.

– Ты выстудишь весь дом, – сказал Хэнк и мягко убрал мои руки от двери. – Позволь мне помочь.

«Все правильно». У меня на лице даже появилась дурацкая улыбка. Он хочет помочь.

Хэнк бросил ключи на стол и опустился на диван, забросив ноги на пуфик, и кивнул на подушки рядом с собой:

– Не хочешь расслабиться под какое-нибудь шоу?

– Я устала, – произнесла я, обхватывая себя руками и пытаясь таким образом остановить дрожь.

– У тебя был длинный день. Сон – лучшее лекарство. То, что доктор прописал.

Я все брела в этом вязком, давящем облаке, которое душило меня и не давало работать моему мозгу, – казалось, этой тягучей тьме не будет конца.

– Хэнк, – я все-таки смогла придать голосу язвительность, – а на самом деле, зачем вам сегодня оставаться здесь?

– У тебя определенно испуганный вид, Нора, – хмыкнул он. – Будь хорошей девочкой и иди спать. Я не собираюсь душить тебя во сне подушкой.

В своей комнате я быстро подтащила к двери комод, надежно заблокировав дверь. Понятия не имею, зачем я это сделала – у меня ведь не было причин бояться Хэнка. Он всего лишь пытается сдержать обещание, данное моей маме. Он всего лишь хочет помочь мне. Если он постучит, я оттащу комод в сторону и открою дверь.

И все же…

Я забралась в постель и закрыла глаза. Теперь я чувствовала, насколько устала, и все еще дрожала. Уж не простудилась ли я. Чувствуя, что соскальзываю в сон, я не сопротивлялась. Краски и силуэты расплывались перед глазами. Я все глубже соскальзывала в собственное подсознание. Хэнк прав – это был долгий день. Мне нужно поспать.

Только оказавшись на пороге студии Патча, я начала осознавать, что что-то со мной было не так. Сейчас туман в мозгу рассеялся, и я наконец-то поняла, что это Хэнк воздействовал на меня и подчинял своей воле. Распахнув входную дверь, я ворвалась в студию Патча, выкрикивая его имя.

Он сидел, ссутулившись, на кухне на стуле у барной стойки. Один взгляд на меня, и он сорвался с места и бросился навстречу.

– Нора?! Как ты сюда попала? Ты у меня в голове! – удивленно воскликнул он. – Ты спишь? – Он внимательно изучал мое лицо в поисках ответа.

– Я не знаю. Наверное. Я легла спать, чувствуя, что мне очень нужно поговорить с тобой… и вот я здесь. А ты спишь?

Он покачал головой:

– Нет, я бодрствую, но ты каким-то образом заслоняешь мне реальность. Я не знаю, как ты это делаешь, только очень сильные нефилимы и падшие ангелы способны на такое.

– Случилось ужасное! – я бросилась к нему в объятия, все еще безуспешно пытаясь справиться с дрожью. – Сначала моя мама упала с лестницы, а потом мы ехали с Хэнком к ней в больницу и попали в аварию. И перед тем, как я потеряла сознание, мне показалось, будто Хэнк сказал, что в той, другой, машине было полно падших ангелов. Хэнк привез меня из больницы домой, я просила его уйти, но он не собирается уходить!

В глазах Патча блеснула тревога.

– Постой. Хэнк сейчас в вашем доме? Один на один с тобой?

Я кивнула.

– Просыпайся. Я сейчас приду к тебе.

* * *

Через пятнадцать минут в дверь моей комнаты тихо постучали.

Я оттащила комод в сторону, освобождая проход, и увидела за дверью Патча. Схватив его за руку, я втащила его внутрь.

– Хэнк внизу, он смотрит телевизор.

Хэнк не ошибся: сон и правда пошел мне на пользу. Теперь ко мне вернулась способность нормально мыслить, и я отчетливо видела то, чего не могла увидеть раньше: Хэнк совершенно точно манипулировал моим сознанием, заставляя меня повиноваться ему. Я позволила ему отвезти меня домой без возражений, позволила ему войти в дом и хозяйничать здесь, и при этом искренне считала, что он хочет защитить меня! А ведь это не имело ничего общего с действительностью.

Патч осторожно прикрыл дверь.

– Я зашел через крышу. – Он оглядел меня с головы до ног. – Ты в порядке?

Он провел пальцем по повязке, которая закрывала рваную рану вдоль линии роста моих волос, и его глаза вспыхнули гневом и тревогой.

– Хэнк весь вечер фокусничал с моим сознанием.

– Постарайся вспомнить все с самого начала, начиная с падения твоей мамы.

Я глубоко вздохнула, а потом начала рассказывать.

– Как выглядела та машина с падшими? – спросил Патч.

– «Эль камино». Коричневый. Или, скорее, бронзовый.

Патч задумчиво потер подбородок:

– Ты думаешь, это был Гейб? Вообще-то обычно он ездит на другой машине… но это, разумеется, еще ничего не значит.

– Их было трое в машине. Лиц я не разглядела. Но возможно, что это были Гейб, Джеремайя и Доминик.

– Или кто угодно из падших ангелов, которые охотятся за Хэнком. Риксона больше нет, а за голову Хэнка назначена награда. Он – Черная Рука, он – самый сильный из оставшихся нефилимов, и сейчас многие из падших хотят сделать его своим вассалом и безраздельно владеть его телом. Как ты думаешь, долго ты была без сознания, до того как Хэнк отвез тебя в больницу?

– Насколько я могу судить, всего несколько минут. Когда я пришла в себя, Хэнк был весь в крови и выглядел ужасно. У него едва хватило сил, чтобы затащить меня в машину. И я не думаю, что эти раны и синяки у него появились из-за аварии. То, что его пытались заставить принести клятву, звучит гораздо более правдоподобно.

Лицо Патча стало очень суровым.

– Так, все, хватит. Я хочу, чтобы ты вышла из игры. Я знаю, что ты хочешь уничтожить Хэнка самолично, но я не могу потерять тебя! – Он вскочил и прошелся по комнате, явно встревоженный. – Позволь мне сделать это за тебя. Позволь мне заставить его расплатиться.

– Это не твоя война, Патч, – произнесла я тихо.

Глаза его вспыхнули так ярко, как я никогда прежде не видела.

– Ты моя, Ангел, не забывай об этом. Твоя война – это моя война. А вдруг сегодня случилось бы непоправимое? Мне стало так страшно, когда ты пришла ко мне, я подумал, что это твой призрак! А если бы ты погибла на самом деле, не думаю, что смог бы с этим справиться.

Я подошла к нему сзади и обняла его.

– Да, плохое могло случиться, но не случилось, – сказала я мягко. – И если это был Гейб, он все равно не получил того, что хотел.