И полцарства в придачу... - Катерина Полянская

Ясное дело, Крейр не горел желанием откровенничать. Его гордость и без того находилась на предпоследнем издыхании. Как же, столько конфузов на глазах у невесты! А она еще помощь свою предлагать смеет!

Посему приходилось Лизке глотать гневные слова и делать вид, что так оно и было задумано, когда темный в очередной раз оступался и отдавливал ногу выходящей из лавки женщине или вдруг обнаруживал, что оставил кошель в месте последнего ночлега. Хорошо хоть за забытыми деньгами всегда можно было послать одного из потусторонних духов. Правда, эти паршивцы вечно норовили облапошить и умыкнуть пару монет, но это уже мелочи…

С раннего утра и до позднего вечера приходилось трястись в седле. Ладно, трястись — это громко сказано, змеюки двигались настолько плавно, что ни одной ямки Лизкина филейная часть не ощутила. Только все равно приятного немного — так легко ведь не забудешь, кто тебе транспортом служит.

Но делать нечего, приходилось терпеть.

— Слезай, приехали, — вклинился в плавное течение Лизаветиных мыслей колдун и первый соскочил на мостовую.

Девушка с недоверием покосилась на него. Что, совсем? Или эта остановка нужна только для того, чтобы пополнить запасы в попавшейся на пути таверне?

Но несмотря на то что солнце стояло еще довольно высоко, колдун был решительно настроен на отдых. Помог спешиться невесте и увлек ее внутрь шумной таверны. За своим удивлением Лиза не успела разглядеть вывески, но внутри оказалось довольно миленько. Чисто, никаких липких столов и засаленных занавесок. Повсюду расставлены цветы в вазах, за стойкой дежурит улыбчивый белобрысый парень в переднике, а на узкой сцене соловьем заливается бард. Судя по тому, что народ реагирует на него довольно спокойно, не заезжий и не слишком популярный.

— Чего желают уважаемые господа? — Игнорируя белобрысого, бросился к посетителям хозяин заведения — толстоватый краснощекий мужичок лет сорока с небольшим.

Судя по тому, как нервно он косил глазом на маячащих за спинами Лизы и Крейра наемников, уважаемыми господа стали только по причине присутствия рядом убийц. В конце концов, мало кто может позволить себе такую охрану…

— Две комнаты и ужин, — озвучил список своих насущных желаний правитель Угодий и принялся рыться по карманам в поисках кошеля. Носить кожаный мешочек на поясе он в последнее время остерегался.

Нашел. Вместе с внушительных размеров дырой в кармане. Чудо, как еще не вывалился!

Комнаты сдавались на верхнем этаже. Хозяин с сожалением оглядел вторую пару постояльцев, решил, что таких врагов ему не надо, и быстро припомнил, что свободные еще остались. И вообще, если надо, он всегда готов потесниться.

Пока поднимались по добротной деревянной лестнице, Крейр выглядел особенно напряженным и старался двигаться как можно более осторожно. Не помогло. Всего одна ступенька оставалась до заветной цели, когда послышался треск.

— Вот… — не стесняясь в выражениях, царевна высказала все, что должен был подумать сейчас ее жених. Никогда не была поклонницей нецензурщины, а тут прорвало. Сил больше нет терпеть упрямство темного и насмешливые выверты удачи!

Даже убийцы глаза повытаращили.

— Лизанда! — попытался притормозить нареченную колдун. И действительно, если не он, то кто?

— Ты в порядке? — Ну вот что с ним поделаешь, а?

— В полном, — оценил свое состояние мужчина, вытаскивая ногу из образовавшейся в деревянной поверхности дыры. — Даже не оцарапался. Ущерб я оплачу. — Последние слова были адресованы хозяину таверны, едва в обморок не грохнувшемуся от вида «огромного ущерба», нанесенного его заведению.

Комнатка оказалась вполне приличной. Небольшая — только кровать, сундук и стол с двумя креслами и умещались, — зато чистая и не лишенная уюта. Не дворец, конечно, но для того, кто две предыдущие ночи проспал на жестких лавках в селянских домах, и это за счастье. По крайней мере, Лизавета рассуждала именно так.

Добрый час царевна валялась поверх застеленного покрывала, бездумно вглядываясь в потолок. Усталость, оставленная бурными событиями в ее доселе простой и не слишком веселой жизни и несколькими часами пути, делала тело тяжелым, а мысли вязкими. Еще и колдун этот! Зла на него не хватает.

Объект ее негодования все это время напряженно шуршал своими книгами, будто что-то важное в них искал. И если верить окончательно посмурневшему лицу — не нашел.

— Может, все же снизойдешь до объяснений? — спросила с деланым равнодушием, лениво обводя кончиком пальца цветок на покрывале.

Темный упрямо мотнул головой.

— Позже. Не пришло еще время.

Лизка прикрыла глаза и медленно сосчитала до десяти. Сейчас главное — спокойствие. А то ведь и до членовредительства дойти может…

От слов колдуна на душе необъяснимо полегчало. Появилось ощущение, будто он знает что делает. Что же, хорошо, если и вправду так. Тогда остается только подождать.

Примерно с такими мыслями Лизавета спускалась к ужину.

В этот раз Крейр миновал лестницу без приключений, и стул и стол остались целы, даже в принесенном жарком ничего криминального не обнаружилось. Лизка перевела дыхание. Кажись, пронесло.

Бард все еще отрабатывал гонорар. Высокий, худощавый мужчина с копной огненно-рыжих волос умостился на высоком стуле у самого края сцены и ласково перебирал пальцами струны старенькой гитары. Голос у него был приятным, бархатистым, с едва уловимой хрипотцой, а в полумраке зала и вовсе настраивал на романтический лад. Лиза невольно загрустила. О нормальных свиданиях им с колдуном даже мечтать не приходится…

Словно в подтверждение этого прискорбного факта, Крис развернул карту и задумчиво прочертил по ней пальцем невидимую линию.

— Даже если будем на брюхе ползти, доберемся до моря уже завтра.

Правитель Угодий благосклонно кивнул. Скорость передвижения его полностью устраивала. Даже роскошь в виде короткого отдыха не слишком повлияла на положение дел.

— Слишком уж ты спокойна, — позволила себе удивиться Тенфьяль. — А ведь уже завтра с матерью встретишься. Я бы на твоем месте металась по залу в поисках, кого бы убить!

Лизавета повела плечами и сделала большой глоток красного вина, поданного к ужину. Терпкая жидкость немного пощипала горло и успокаивающим теплом скользнула куда-то в область живота.

— А с чего мне трястись? — Царевна прямо посмотрела в холодные голубые глаза наемницы. — Константина я уже знаю, он хороший человек. К тому же Алиссу действительно любит. Итого — ундина дорога уже двум близким мне людям. Не вижу повода для волнения.

Но главное — теперь Лиза точно знала, что родители ее не бросали. Она была желанным и любимым ребенком, а в случившемся виновата Ниадора. Хорошо хоть не убила!

Бантик, свернувшийся у ног девушки и с треском грызущий кость, одобрительно лизнул Лизке ногу.