Испытание ядом - Мария Снайдер

Меня начала бить дрожь. Рубаха окончательно пропиталась кровью, руки тоже были измазаны ею, и я обтерла их о порванные штаны. Я отыскала свой плащ и уже собиралась накинуть его себе на плечи, когда Валекс заметил:

– Я бы советовал тебе раздеться и оставить свои вещи здесь. Если ты появишься к ужину в таком виде, это вызовет нездоровый ажиотаж.

Я достала из-за дерева свою сумку. Валекс отвернулся, и я переоделась в чистое. Заворачиваясь в плащ, я начала гадать, а не осталось ли в лесу еще каких-нибудь шпионов Валекса.

Мы двинулись в сторону лагеря.

– Между прочим, неплохо сработано, – промолвил Валекс, когда мы проходили мимо второго трупа. – Я видел вашу схватку издали, так что ничем не мог тебе помочь. Но ты сама со всем справилась. Кстати, кто дал тебе нож?

– Я купила его на деньги, полученные от Стар, – солгала я, хотя в этой лжи и была доля правды – не могла же я подставить Янко.

– Разумно, – фыркнул Валекс.

Когда мы добрались до лагеря, Валекс растворился в толпе солдат, а я бросилась к командору дегустировать ужин. Весь поход в лес занял не более полутора часов, но я была настолько измучена, что казалось, будто я отсутствовала несколько дней.

Я сидела у костра, и все мышцы у меня дрожали от перенесенного напряжения. В голове вяло шевелились разрозненные мысли, среди которых, к моему удивлению, было и сожаление о гибели Ранда. Вздымающиеся сполохи пламени обличающе указывали на меня пальцами. «Что это ты вытворяешь? – вопрошали они. – В лесу из-за тебя осталось три трупа. Это так ты собираешься помогать людям? Самоуверенная девица! Отправляйся на юг и предоставь Валексу заботиться о командоре и разбираться с намерениями Брэзелла». Пламя пульсировало и металось, шикая на меня.

Я отвела от него взгляд и уставилась в темноту. Что это? Мне казалось? Или действительно кто-то пытался повлиять на меня? Я постаралась вызвать образ защищающей меня кирпичной стены и немного успокоилась, хотя развеять все опасения мне не удалось.

Исчезновение Ранда было замечено только на следующее утро. Майор Грантен решил, что он сбежал, и выслал небольшую поисковую партию в лес, в то время как остальные продолжили углубляться на территорию Брэзелла.

Остальная часть путешествия прошла без приключений, если не считать того неприятного факта, что, чем больше мы приближались к особняку Брэзелла, тем более отсутствующим становилось выражение лица командора. Он перестал отдавать распоряжения и обращать внимание на происходящее вокруг. Яркий блеск его умных глаз с каждым днем тускнел все больше.

Я же, в отличие от командора, с каждым днем ощущала все большее напряжение. Я была словно в лихорадке, и мои ладони оставляли влажные пятна на палке. То и дело я оглядывалась по сторонам в ожидании засады и ужас витал вокруг, грозя сомкнуть свои лапы на моем горле. Земля проседала и хлюпала под ногами, так что каждый шаг давался с трудом. Напрасно, напрасно я сюда отправилась, повторяла я про себя. Чтобы успокоиться, я то и дело представляла свою кирпичную стену и пыталась сосредоточиться на мысли о необходимости выжить любой ценой.

3а час до прибытия на место мы ощутили в воздухе насыщенный аромат «Криолло». В качестве меры предосторожности я свернула в лес и спрятала под деревом сумку и палку. Завязав волосы в узел, достала свои отмычки и закрепила ими кичку, чтобы она не распадалась.

Достигнув подсобных помещений Брэзелла, мы замедлили шаг, и по рядам стражников пробежал вздох облегчения. Им удалось благополучно доставить командора на место. И теперь они могли спокойно отдыхать до тех пор, пока не настанет время возвращаться.

Я же, в отличие от солдат, испытывала совершенно противоположные чувства. Следуя за командором и его советниками в кабинет Брэзелла, я чувствовала, как у меня сжималось горло, а голова начинала кружиться.

Когда мы вошли, Брэзелл встал из-за стола и расплылся в широкой улыбке. За его спиной маячила фигура Могкана. Оградив себя мысленной защитой, я остановилась у самой двери, тщетно надеясь остаться незаметной. Пока Брэзелл произносил официальное приветствие, я принялась оглядываться по сторонам. В роскошно украшенном кабинете царила тяжелая напряженная атмосфера. Окна были закрыты пурпурным и алыми бархатными шторами, на стенах в черных рамах из орехового дерева красовались картины, изображающие сцены из охотничьей жизни. Огромный эбеновый письменный стол Брэзелла отделял его кожаное кресло с высокой спинкой от двух обитых бархатом сидений, стоявших перед ним.

– Господа, вы, наверное, устали после дороги, – обращаясь к советникам командора, промолвил Брэзелл, когда в его кабинет вошла высокая женщина. – Моя домоправительница покажет вам ваши комнаты.

И женщина сделала жест рукой, приглашая следовать за собой. Когда все повернулись к выходу, я попыталась тоже выскользнуть из кабинета, но Могкан схватил меня за руку.

– Не сейчас, – проскрипел он. – На тебя у нас есть особые виды.

Я кинула встревоженный взгляд на командора, который сидел в кресле. Пурпурный бархат подголовника подчеркивал бледность его лица и хрупкость телосложения. Глаза его были устремлены в пустоту. Он походил на марионетку, которая ждет, когда кукловод дернет ее за ниточки.

– Что теперь? – осведомился Брэзелл.

– Будем устраивать спектакль. Покажи ему завод, как и собирался. – Могкан указал жестом на командора. – Развлекай его советников. А когда все окажутся у нас на крючке, нам и делать ничего не придется.

– А она? – с довольным видом спросил Брэзелл.

Я мысленно продолжила укреплять свою кирпичную стену.

– Элена, ты обучилась новому фокусу, – заметил Могкан. – Красный кирпич – как тривиально. Но…

Я расслышала слабый скрежет перемалываемых камней.

– Я вижу слабые места. Тут и там, – Могкан ткнул пальцем в пространство. – А этот кирпич и вовсе не закреплен.

Известковый раствор начал осыпаться, и в моей воображаемой стене образовались пробоины.

– Когда у меня будет свободное время, я сотру твое оборонительное сооружение в пыль, – пообещал Могкан.

– К чему тратить время? – сказал Брэзелл, обнажая меч. – Мы ее убьем прямо сейчас. – И он с угрожающим видом сделал шаг по направлению ко мне.

Я попятилась.

– Стой! – приказал Могкан. – Она нужна нам для того, чтобы держать Валекса на поводке.

– Но у нас есть командор, – с детской интонацией захныкал Брэзелл.

– Это слишком очевидно. Мы не можем забывать об остальных генералах. Если мы убьем командора здесь, это вызовет подозрения. И ты никогда не станешь его преемником. Валекс это прекрасно понимает, поэтому мы не можем угрожать командору. – Могкан оценивающе посмотрел на меня. – Однако кого будет волновать дегустатор? Никого, кроме Валекса. И если она умрет здесь, генералы согласятся с тем, что в этом нет ничего страшного.

Могкан склонился к командору и начал что-то нашептывать ему на ухо. Командор открыл свой портфель, достал из него фляжку и передал ее Могкану. Это было мое противоядие.