Рысь Господня. Идущие следом - Игорь Негатин

– Ваше сиятельство? – раздался голос де Брега. – Что вы скажете?

– Если мы уже здесь, то, полагаю, надо идти до конца.

– Раз так… – пожал плечами шевалье и подошёл к стене.

Мне казалось, что он не успевал нажимать на камни, как они, послушные велению рук, проваливались в стену, становясь единым целым с гранитной кладкой. Первый… Второй… Третий…

– Господь Всемогущий, – прошептал я. Едва Орландо успел закончить, как раздался сильный подземный толчок и в углу комнаты возник небольшой провал. Он становился всё глубже и глубже, открывая ещё один проход. Послышался шелест и перезвон золотых монет, посыпавшихся вниз, но эти звуки были заглушены таким громким скрежетом, словно это подземелье ожило и пыталось вздохнуть!

Будь я проклят, но мне почудилось, что даже стены дрогнули!

Едва мы подошли к лестнице, как нижний этаж озарился слабым свечением. Послышался шёпот графини. Она, не отрывая взгляда от прохода, возносила молитвы Всевышнему, дабы придал нам сил выдержать сие испытание до конца. Шевалье оглянулся, вздохнул и первым шагнул вниз.

Круглая зала, в которой мы оказались, была гораздо больше предыдущих. Около сорока шагов шириной, а своды потолка поднимались на высоту в два человеческих роста. Камни, из которых были сложены стены, отличались от тех, кои мы видели на верхних этажах. Они были пригнаны друг к другу с изумительной точностью! Клянусь, никогда больше мне не доводилось видеть ничего подобного!

Как бы удивительно это ни прозвучало, но помещение напомнило мне залу для собраний. Вдоль стены было сделано небольшое возвышение, а свет, так нас удививший, исходил из центра, где находилось нечто, похожее на купель – не больше шести шагов в поперечнике, заполненное некой субстанцией, излучающей голубоватый свет.

Орландо де Брег сделал несколько шагов и обернулся к незнакомцам:

– Вы говорили, что именно здесь кроется проход между мирами?

– Да, – кивнул седовласый. – Субстанция, которую видите, и есть Время. Здесь, по капле, накапливаются времена ушедшие, хранящее не только историю прошлых лет, но и судьбы времён грядущих. Именно здесь хранятся самые ужасные тайны и самые прекрасные творения, кои были или будут созданы. Чаша Времени.

– Как чаша Святого Грааля? – неожиданно спросил де Брег.

– Чаша Святого Грааля, – усмехнулся незнакомец, – господа, лишь символ. Если точнее, то один из символов Знания.

– Знания о Мирах Господних?

– Да.

– Если это так… – произнёс Орландо и запнулся. – То и сам…

– Не надо, шевалье. Оставьте ваши предположения при себе. Поверьте, это лишнее.

– Средоточие Божественного дара… – прошептал я.

– Увы, Жак де Тресс… – развёл руками один из кавалеров. – Сие нам неизвестно, но если это попадёт в руки злонамеренных нечестивцев, то может принести множество бед. Как временам грядущим, так и настоящим.

– Этим проходом управляет сам Всевышний! Как он может позволить творить зло?

– Не буду спорить, Жак, но позволю напомнить, что отец Раймонд стремился попасть в это подземелье, а следовательно, сей путь мог послужить и злым силам. Нам известно лишь то, что с помощью силы, дремлющей в этих водах, можно путешествовать между мирами.

– Погодите, – прищурился де Брег. – Если это само Время, то…

– Я говорил вам, шевалье, что мы не в силах изменить ваше прошлое. Мы не знаем, как управлять этим чудом. Полагаю, что предкам Хранителей сие было известно, но их знания умерли вместе с ними.

– Чёрт меня побери… – с понятной мне горечью засмеялся де Брег. – Я надеялся найти нечто большее.

– Разве вы не нашли? – спросил незнакомец и бросил красноречивый взгляд на графиню.

Шевалье не ответил. Он подошёл к купели и преклонил колени, вглядываясь в синеву вод, словно хотел увидеть ответ на давно мучивший его вопрос. Орландо тряхнул головой и протянул руки, как если бы хотел напиться из этого источника.

Вода медленно стекала с его ладоней. Капля за каплей. Иногда она меняла свой цвет, окрашиваясь в цвет крови, а иногда вспыхивала яркими сполохами, словно мой друг держал в руках солнце… Непроглядная тьма, лазурь неба… Вода… Нет – само Время убегало сквозь его пальцы, возвращаясь в купель, таящую в себе эпохи и судьбы. Не знаю, сколько прошло времени, но де Брег вдруг отшатнулся.