Ворожея - Катя Зазовка

Стало быть, это она! Милава глядела на могилку, в коей заместо Восты смирнехонько себе лежала та самая старуха. Мельник что-то бормотал под нос. Хвала богам, что хоть ошарашенное выражение с его лика сошло. А то уж она страшиться начала, что в деревне настоящий юродивый появится. Все стало на свои места. Воста явилась в село по зову Кукобы — мстить. Покуда была молодой девицей, могла наслать недуг только через поцелуй — вот почему на деревне захворали только молодцы. Ну а разве можно сыскать час лучше, чтобы покататься в траве с прекрасной девицей, чем купальская ночь? Алесь первым встретил Восту, да, видать, почуял неладное, иль сама открылась. Вот и порешил убить ее на месте, чтоб до села не допустить. Ну а запамятовал о том, видать, по воле Паляндры. И Кукоба тогда с могилки поднялась, потому что Воста кусок круга нарочно маком не просеяла. Да покуда Вита целовала, сама небось черту от косы ногой и затерла.

Милава принялась шептать и обходить яму. Конечно, полностью заговор прислужницу Паляндры не обезвредит, но до ночи задержит. Теперича, когда она переродилась через свою смерть и вошла в полную силу, надобно было остановить ее во что бы то ни стало. Такая одним плевком целый край извести может. И изведет. Да и начнет наверняка с хаты, в которую не пустили. Ведь не успокоится, покуда всех на деревне не порешит.

Диво, что она днем гуляла. Это ж какая сила в ней заключена! Трудная ночь сегодня выдастся. Придется Милаве все свои умения применить. Они как раз к темноте до конца проявятся. Сумеет ли? Должна! Ну а покуда сидеть некогда. Старуха-то по селу прошлась — бед никак натворила. Ворожея потащила Вита за собой. Гедка скакал подле.

Уже у ближней хаты Милава почуяла, что хвороба, точно покрывалом, накрыла селян. Ворожея без стука да без спросу вошла внутрь. Вся семья находилась в беспамятстве — кто-то лежал прямо на полу, кого-то болезнь сморила прямо за столом. Тела да лики покрывали гнойники да нарывы. Лечить селян пальцами, как ворожея это сделала с Алесем, было нельзя. Иначе заместо того, чтобы полностью войти в свою силу к ночи, она выдохнется и не сможет противостоять Восте. Зато под рукой были верные травки да сборы. А новые знания помогут применить их в нужном сочетании.

Милава велела Виту распалить печь. Но тот вытаращился на занедуженных и не шевелился. Только третий оклик привел его в чувства и заставил приняться за дело. Скоро огромный котел снадобья подоспел. Они напоили хворых и пошли по остальным хатам. Вит каждый раз вздрагивал, встречая соседей — кого на лавке, кого на полу в сенях, а кого прямо на дороге. Особливо было страшно глядеть на детей. Правда, сыскалось и чему порадоваться: хвороба не поспела так изъесть селян, как Алеся. Видать, серебряная монетка здорово обожгла руку старухи: она так разобиделась, что вылила на молодца большую часть гнева. Старосты, кожевенников и дядьки Рафала так и не обнаружили — стало быть, те все ж поспели уйти в соседнее село. Вот и добре.

Управились только к вечеру. Милава не запамятовала прочесть над каждым селянином молитву и шепоток отводящий, чтоб прислужница не сумела разглядеть, что люд на поправку пошел.

Ворожея была уверена, что лишь только ночь коснется земли — Воста явится к мельнице. Милава без сил плюхнулась на лавку в хате Вита. Сумерки уже со всех сторон подступали к деревне. Пора! Щекаря, опоенного сонтравой, перетащили в хлев. Домна и Алесь покуда не проснулись. Виту, Гедке и Цвету Милава велела оставаться в избе, что бы ни случилось, а сама выскочила во двор и принялась читать заговор да молить о помощи у светлых богов. И только-только она закончила, как услыхала за спиной покашливание.

Она обернулась, отражая нападение прислужницы Паляндры. Внутри точно спустилась натянутая пружина — кашлянувший разом со спутниками отлетел саженей на пять:

— А-а-а!

Жесткое приземление отразилось гримасами боли сразу на четырех ликах. Кто-то застонал. Кто-то захрипел.

— Ой, дядька Череда! Простите! Я думала, это Воста, — Милава подбежала к мужикам, полная раскаяния, но дотронуться ни до кого не решалась. Оглядела свои ладони, точно на них могли остаться следы. Она ведала, что бабкина сила имеет невиданную мощь, но чтоб такую…

— Воста? — староста поднялся на ноги, потирая зад. Прихрамывающие кожевенники тем часом поставили на ноги старого мудреца.

— Не час нынче, скорее в хату ступайте. Вит вам все растолкует.

Мужики переглянулись и поспешили в избу мельника. Ворожея дотачала заговор на прорванном участке охранительного круга.

— Неужто мыслишь, что меня это остановит? — проскрипел уже знакомый глас.

Милава обернулась, но никого не обнаружила. Огляделась вокруг, но приметила только огромного филина, косившего на нее блестящим водянистым оком. В неверном свете зажженных факелов, расставленных вокруг хаты и хлева, птица чудилась какой-то чужеродной. Или дело было вовсе не в факелах? И этот цвет очей… Разве бывают у филина такие очи? В нос ударил отвратительный запах. Запах тлена. Милава еле сдержала рвотный позыв. Птица поднялась с земли и полетела прямо на нее. Ворожея не шевелилась. Но когда крыло почти коснулось главы, резко отпрянула.