Сезон королевской охоты - Алекс Орлов

– Арлет! – позвала королева, и на ее зов вернулась помощница.

– Арлет, проводи негоцианта Фрая к выходу. Хотя… покажи ему что-нибудь в галереях, – у нас же много занятных коллекций. Пусть потом рассказывает о них в каких-нибудь дальних странах и тем самым прославляет род Рембургов.

Каспар еще раз поклонился и следом за Арлет вышел из королевских покоев.

– Что же вам показать, негоциант Фрай? – спросила Арлет, когда они оказались в галерее. – Может быть, картины? Или скульптуры?

– Как вам будет угодно, милая барышня.

– «Милая барышня»?! – Девушка захихикала.

– Извините, я не знаю, как к вам следует обращаться.

– Как хотите, так и обращайтесь. Я не барон Форнберг или граф де Блисс, которые хватаются за меч, если кто-то косо посмотрит в их сторону.

Девушка остановилась, и вместе с ней остановился Каспар, они стояли и молча смотрели друг на друга.

– А знаете, негоциант, теперь мне стало совершенно ясно, что вам следует показать.

– Правда? – улыбнулся Каспар. Арлет была прелесть.

– Правда, идемте.

94

Арлет повела Каспара по каким-то явно не парадным лестницам, и вскоре они оказались на этаже с простыми побеленными стенами и полом из сосновых досок.

– Это не похоже на галерею, – заметил Каспар, которому повсюду стали мерещиться засады.

– Вы правы, это не галерея, но может оказаться значительно лучше.

Они подошли к неприметной дверце, Арлет вставила в скважину медный ключик и, повернув, толкнула.

– Смелее, негоциант Фрай, здесь нет засад! – насмешливо произнесла она и первой ступила в полумрак помещения.

Звуки шагов в нем скрывал толстый ковер, а свет проникал в щель между тяжелыми бархатными портьерами. У стены находилось широкое ложе под синим, с золотой вышивкой, шелковым покрывалом.

– Подождите здесь, я сейчас вернусь, а чтобы не скучать, можете выпить сладкой наливки…

Арлет указала куда-то в угол и исчезла за другой дверью. Каспар несмело прошелся по комнате, жалея, что при нем нет меча. Правда, рядом с вазой лежал нож для фруктов, однако он мало чем мог пригодиться.

«Что же она задумала?» – Эта мысль не давала Каспару покоя. Уютная комнатка была идеальным гнездышком для свиданий, но и наилучшим местом для ловушки.

Каспар выглянул между портьер – до земли далеко, наверное, третий этаж, правда, неподалеку виднеется медная крыша, – можно допрыгнуть.

Послышался шорох, Каспар резко обернулся, готовый дать отпор пусть даже с пустыми руками, однако увидел только Арлет. Она подошла к тахте и, сбросив тонкую накидку, осталась нагой.

– Вы ослепительно красивы, Арлет… – только и сумел сказать Каспар.

– Я знаю, – усмехнулась она. – Я же вам говорила, что могу показать что-то получше галереи.

– Да, значительно лучше. – Каспар нервно вздохнул, пытаясь придумать хоть один довод, почему ему не стоит дотрагиваться до этой красоты. Но не нашел.

– Я не понимаю, чем заслужил такое… такую награду…

– Вы тот мужчина, какие мне нравятся, – настоящий храбрец, сильный, смелый. Не скрою, мне делают предложения лучшие кавалеры – я молода и всегда на виду, но это они выбирают меня, а я выбираю – вас.

«Прости, Генриетта, – мысленно произнес Каспар. – Если я сойдусь с этой женщиной, приближенной самой королевы, то получу неоценимый источник полезных герцогу сведений».

– Вам невозможно отказать, Арлет, – сказал Каспар, снимая пояс.

– Слова настоящего мужчины. – Она прошла к окну, невзначай коснувшись Каспара бедром, и плотно задернула портьеры, так что в комнате стало совсем темно.

– Я бы хотел любоваться на вас.

– Не нужно, иногда я бываю стеснительной, – ответила Арлет, занимая место на широком ложе.

«Вот уж не сказал бы», – подумал Каспар, чувствуя, как его охватывает дрожь.

– Арлет, где ты…

– Обращайтесь ко мне на «вы», негоциант, – хрипло заметила девушка.

– Даже здесь? – спросил он, привлекая ее к себе.

– Даже здесь.

Первые минуты их любви были бурными, Каспар оказался на высоте и не обманул ожиданий чувственной и прекрасной Арлет. Она стонала, извивалась змеей, вонзала ему в спину острые коготки, а потом они отдыхали, разгоряченные и уставшие.

После недолгой передышки любовники снова соединились, однако неожиданно Арлет оттолкнула Каспара, сказав:

– Подожди, мне нужно освежиться! – и, соскочив с тахты, убежала.

– С ума сойти, – выдохнул Каспар и перевалился на спину. Арлет оказалась еще более непредсказуемой, чем он думал.

Соскучиться Каспар не успел, Арлет скоро вернулась и, прижавшись к Каспару, стала пылко его целовать.

«Вот как ее разобрало!» – самодовольно подумал Каспар, теперь Арлет казалась ему еще лучше, еще горячее. Он зарылся лицом в ее распущенные волосы и, вдохнув их запах, понял, что это не Арлет.

Каспара затрясло от страсти, такое не могло ему присниться даже в самых смелых снах, ведь это была сама королева.

Они так жаждали друг друга, что их соитие было похоже на смертельную схватку двух хищников. Потом – отдыхали. Надо было продолжать, чтобы поддержать образ настоящего мужчины, однако силы не безграничны, и Каспар был близок к тому, чтобы поднять белый флаг.

«Когда будет трудно», – вспомнил он слова мессира Маноло и, пошарив на ковре у тахты, нащупал свой пояс, а с ним и кошелек, где была спрятана заветная ампула. Лежавшая рядом женщина засмеялась, уткнувшись лицом в подушку, Каспар вспомнил ее синие насмешливые глаза. Он вынул пробку и одним глотком выпил микстуру. Поначалу он почувствовал жжение, которое стало быстро ослабевать и превращаться в приятный мятный холодок. Потом и это ушло, осталось только ощущение силы и уверенности. Что бы он сейчас ни взялся делать – неистово любить королеву или сойтись в неравной схватке с дюжиной задиристых дворян, – во всем его ждал успех.

– Хочешь ко мне? – прошептал Каспар, пытаясь вызвать женщину на разговор, однако та понимала, что голос выдаст ее, и прильнула к нему молча.

И снова они принадлежали друг другу, распаляясь уже от одного факта своего неравенства. С этой женщиной было так хорошо, что Каспар не хотел ее отпускать, но он понимал – сейчас уйдет, и она ушла, выскользнув из его объятий и неслышно притворив за собой дверь.

Вскоре вернулась Арлет, она тяжело дышала, словно только что вышла и вернулась обратно, и Каспару ничего не оставалось, как закончить с ней начатое с королевой, делая вид, что он ничего не понял.

Когда марафон страсти закончился, ему дали умыться ароматной водой, – Арлет протерла его тело влажным нагретым полотенцем, сказав: