Замыкание спирали - Алексей Переяславцев

Аналитик чуть прикрыл глаза. Посторонний мог бы счесть, что посетителя просто разморил сытный и (не будем придираться) вкусный обед. Маг смерти так не подумал.

– А пёстрые чешуйки, случаем, не отыскались?

– Их просто никто не собирал. Они же в море падали. Впрочем, нет: те, что упали на палубу, собрали, конечно. Но пёстрых там не было.

Тёмные, глубоко сидящие глазки Нульфа вдруг раскрылись. Сонного благодушия в них и на медяк не отыскалось бы.

– Насколько помню, вы не придумали каких-либо способов добраться до заваленных пещер?

– Нет таких. Поработали там знатно. А на сегодняшний день все крупные кристаллы земли либо взорвались, либо весьма к тому близки.

– Из вашего отчёта я в целом представляю себе факты. Но этого мало. Скажите, не было ли для вас… неожиданных моментов в этой битве?

– Были. Начать с того, что я не ожидал воздушной атаки. Точнее, полагал её маловероятной. И всё же она произошла. А когда драконы были уже в воздухе, я удивился их малому количеству.

– Пещеры на Реддаре – те, что были, – позволяли разместить всех пятьсот драконов. Ваше мнение: почему вас атаковало меньше двадцати?

– Думаю, все остальные не успели из них выбраться. Или успели, чтобы тут же попасть под действие «Пятна».

– Может быть… В таком случае почему кто-то вообще сумел вылететь?

– Возможно, небольшое количество пещер оказалось лучше защищено складками местности. Никаких других объяснений у меня нет.

– Это все странности?

– Нет. Драконы атаковали водяной магией – почти все, кроме одного огневика. Причину этого назвать тоже не могу.

– Почему вас это удивляет?

– Среди драконов большинство специализируется на магии огня. Скажем, процентов сорок. Ещё процентов пятьдесят пять – водники и воздушники, их доля примерно одна и та же. Явное нарушение пропорций. Вам наверняка известно, что пёстрый мог сделать из обычного дракона универсала. Но тут другой случай. Видимо, в отряде не было или почти не было учеников этого крылатого гения, а то на нас обрушились бы льдом. Между прочим, за счёт самоподдержания формы снаряда это в конечном счёте экономит энергию.

– То есть вам показалось странным такой состав драконов в этой группе и одновременно их недостаточная обученность чужеродной магии?

– Именно. Но это не всё.

– Расскажите.

– Один из драконов маневрировал так, как это я наблюдал у пятнистого: сложив крылья, на огромной скорости. Он-то и оказался самым опасным, хотя также использовал только заклинания воды. Но масти я не разглядел. Могу гарантировать: он учился у пятнистого, пусть даже не прошёл полный курс.

Тонкие губы Нульфа искривила улыбка.

– Этот тоже был убит?

– Последним. Между прочим, от его «Стрелы» погиб Чонсон.

– И вы удивлены, что нашёлся только один такой?

– Угадали.

Академик Нульф взял ложечку и принялся поедать десерт с таким удовольствием и с такой сосредоточенностью, будто твёрдо знал, что на дне блюдца непременно найдётся решение проблемы и можно не спешить с его откапыванием. Пример оказался заразительным: Менгель тоже стал энергично уничтожать свою порцию.

Нульф) заговорил, когда от сладкого ничего не осталось.

– Согласен с вашим мнением, коллега: в составе атаковавшей вас группы пятнистого не было. Из того, что я о нём знаю, делаю вывод: стиль не соответствует. Думаю, доказать его гибель вам не удастся, и не только потому, что ресурсов на соответствующие работы нет.

Менгель слушал внимательнейшим образом. Он даже не кивал, хотя был полностью согласен с выводами.

Аналитик продолжал:

– Повторяю, умозаключение исходит из того портрета, что мне известен. Но не только из него… Официант, ещё порцию желе!

– Вот и я думаю, что пёстрый жив… Официант, мне то же самое!

В ожидании добавочных порций десерта двое академиков продолжали разговор.

– Менгель, вам известно, что за Великим океаном имеется суша?

Ответ прозвучал сухо:

– У меня нет данных на сей счёт.

– А у меня есть. Не важно, откуда эти сведения, но они надёжны. Знаю, что вы подумали: драконы не в состоянии пересечь это пространство. И были бы правы, но ваш пёстрый знакомец научил соплеменников пользоваться кристаллами. Вот с их помощью крылатые смогли бы туда добраться. Думаю, это и произошло. Даже союзники с острова Стархат не в состоянии отследить отряд драконов, если он улетает в пасмурную погоду и ночью. До такой идеи крылатые МОГЛИ додуматься, уж настолько-то пятнистый в тактике разбирается. А та группа, что атаковала ваш корабль, – не более чем отряд прикрытия.

Несколько секунд собеседник переваривал этот вывод. Затем последовал вопрос:

– Вы усматриваете выход?

Нульф открыто усмехнулся.

– Вы сами себя загнали в этот тупик. Между тем умозаключение напрашивалось: если драконы полностью разумны, то с ними можно договориться. Вы об этом ни на секунду не задумались. Тут причина не только в вас лично: у меня сложилось мнение, что в последнее время Первому очень нужна полная победа над крылатыми из политических соображений. И не только ему, но и всем его сторонникам. Отвечаю на ваш вопрос: не усматриваю выхода. Судите сами. Во-первых, требуется доказать, что сколько-то драконов выжило. Может, удастся найти драконьи останки на Реддаре, но уж сосчитать их – задача непосильная. Если допустить, что кто-то из ящеров спасся, то в поисках выживших надо добраться до земель за океаном. Такое плавание само по себе представляет очень непростую задачу. Во-вторых, если вы уж так стремитесь добить драконью расу, то это должна быть хорошо вооружённая экспедиция. А нужных кристаллов сейчас не имеется. Есть и третье соображение: в ближайшее время академии и вам лично станет не до драконов. Появится более неотложная задача. Какая именно – не скажу, эти сведения недостаточно достоверные и уж точно конфиденциальные, но Первый, я уверен, огласит их… полагаю, через месяц, не больше.

Некоторое время за столом царило молчание, прерываемое лишь стуком ложечек о блюдца. Потом Менгель заговорил:

– Дорогой Нульф), вы всё расписали необыкновенно логично. Почему же вы сами не подали голос в защиту драконов?

На этот раз усмешка превратилась в широкую улыбку.