Колумбы иных миров - Юлия Федотова

— Ой! А я так не умею, магии не обучена! У меня огонь из пальца не идет! — огорчилась Ильза.

— Да не надо огня! Это я для наглядности! Важно правильно начертить.

— Я потренируюсь, — обещала девушка. — А кто такой Герхард Вэйн?

— Это я.

— Как?! Ты нас обманывал?! Ты говорил, твое имя Балдур Эрринорский!

— Псевдоним! — ответил за колдуна Аолен. — Так я и думал! Все колдуны и многие маги живут под вымышленными именами, а подлинные скрывают.

— Зачем?

— В подлинных именах порой сокрыта большая сила. — Колдун не стал вдаваться в подробности, отделался общей фразой.

— Тогда почему ты открыл его теперь? Скрывал бы и дальше.

— Ну вот еще! Вы мне жизнь спасли, а я стану от вас таиться! Это было бы непорядочно. Но вы должны держать его в тайне и называть меня по-старому! Хорошо?

— Идет! — ответил за всех рыцарь. — Хочешь, поклянемся?

— Не стоит. Достаточно с нас на сегодня клятв.

— А почему ты выбрал именно этот псевдоним? — полюбопытствовала сильфида. До дома Феллема оставалось еще несколько кварталов, оставалось время на болтовню.

— А! Это я в честь бога Бальдра Прекрасного. В здешних краях его имя звучит как Балдур. Мне показалось забавным назваться именно так, при моей-то внешности. — Он указал на свой безобразный безгубый рот.

— Однако странный у вас, колдунов, юмор! — заметил гном саркастически, а потом бестактно брякнул: — Кстати, давно хотел спросить, что за беда у тебя с пастью? Неужели таким родился? Ай! — Это девицы, дружно и больно, с двух сторон ткнули его в бока.

Но Герхард, он же Балдур, вовсе не был обижен. Ответил охотно, но не совсем ясно.

— Разумеется, нет! Родился я нормальным, даже лучше… хотя, это с какой стороны посмотреть. Просто один мой… гм… недоброжелатель попытался превратить меня в жабу. Это все, на что его хватило.

— Бедный! — всплеснула руками добросердечная Ильза. — И ты с тех пор так и живешь искалеченным?! И расколдоваться не можешь?!

Ответ был неожиданным для всех и непонятным для большинства.

— Почему не могу? Могу! Даже расколдовывался однажды, специально к свадьбе сестры, чтобы сделать ей приятное. Но потом вернул все назад.

— Зачем?!

— Видите ли… — Колдун немного смутился. — Как бы это сказать?.. В юности моя внешность настолько не соответствовала образу черного колдуна, так что я сидел без заказов. А в армии стало еще хуже… Догадываетесь, о чем я говорю? Но жабий рот чудесным образом исправил дело! Вот я и решил его оставить.

— Ах, как же я тебя понимаю! — выпалил от души демон-убийца.

— Правда? — Настал черед колдуна удивляться. Дотоле его не понимал никто.

— Честное слово! — заверил Хельги и шепнул доверительно: — Знаешь, у меня тоже большие проблемы с богом Бальдром! Слушай, а ты не мог бы…

Но Меридит была начеку. Она слишком хорошо знала брата по оружию, чтобы не понять, куда ветер дует.

— Даже не вздумайте! Балдур, если ты изуродуешь мне Хельги, я вас обоих убью, так и знайте!

— О, труп! — шепотом воскликнул Эдуард. Он шел впереди всех и чуть не споткнулся о темную бесформенную кучу, оказавшуюся при ближайшем рассмотрении человеческим телом с обгрызенным до неузнаваемости лицом и начисто выеденными внутренностями. Одежда на нем была небогатая, напоминала форменную.

— Похоже, это ночной сторож! Вот его фонарь и колотушка! — Рагнар протянул находку Балдуру.

— Может, оно и к лучшему, что его загрызли? — задумчиво молвил Хельги, разглядывая несчастного. — Иначе нам самим пришлось бы его убить…

— Ты кровожаден, как истинный демон-убийца! — не удержалась от комментариев вредная сильфида. — Мы могли бы ограничиться отводом глаз.

— Демоны тут ни при чем. Это у него от фьордингов. Их воспитание, — возразила сестра по оружию. — А ты, чем глупости болтать, лучше бы подумала, кто пожрал этого. — Она кивнула на тело. — Неужели в Буккене, в наш просвещенный век, прямо по городу разгуливают оборотни?

— Ну что ты! Это не оборотни! Тут поужинал кто-то из выкормышей Феллема, — вступился за честь своего города колдун. — Боюсь, мы безнадежно опоздали!

— Тогда, может, вовсе не пойдем? — предложил Эдуард, с опаской поглядывая на растерзанное тело.

— Пойдем непременно! Вдруг еще не все потеряно?

— Да ты не трусь! — подпихнула его в бок сильфида.

— А ты не путай трусость с разумной осторожностью! — огрызнулся принц с полным на то правом. Он и в самом деле не был трусом.

До чего же это увлекательное занятие — рыться в чужих вещах! Наверное, таково общее свойство порочной натуры смертных (впрочем, Хельги проявлял к делу не меньший интерес, чем остальные). Вдвойне приятно, когда можно оправдать свое поведение благородством цели.

Какого только добра не было в лаборатории покойного Феллема! Колбы, реторты, пробирки, перегонные кубы, флаконы с зельями всех цветов радуги, сундуки с магическими принадлежностями, старинные книги на разных языках и еще множество предметов, назначение которых было понятно одному Балдуру.

На первый взгляд колдовская лаборатория почти не отличалась от обычной магической, знакомой по университету. Немного иные символы на потолке и стенах, более мощная пентаграмма на полу плюс бьющее в глаза богатство обстановки (колдун Феллем любил роскошь) — вот и вся разница. Но тот, кто мог, чувствовал: в каждом углу, в каждом ящике, колбе и бутылке гнездится древняя черная сила. От нее делалось страшно, но все равно — интересно!

— Та-ак! — Балдур оглядывал помещение с видом полководца на поле брани. — А это что у нас? Это у нас аква морта! Целая бутыль! Вот ведь жмот был покойник! Просил его продать всего одну пинту — сказал, что нету!.. Ага… Аква вита! Ну этого добра у нас самих достаточно. Так, здесь всякий сушняк… здесь могильная землица… Охота ему была такую дрянь в доме держать? Лично я ее всегда в сарае хранил. А здесь что? Ох, демон!!! — Он приоткрыл дверцу дубового шкафа, и тут же захлопнул, отпрянув. Пальцы левой руки его непроизвольно черканули в воздухе охранный символ.

— Что там?! — сунулась любопытная сильфида.

— Не подходи! Держитесь подальше, пока я не установлю защиту! Там стафии!

Не стоило ему уточнять!

— Покажи! — потребовала девица. — Всю жизнь мечтала увидеть стафию!

— А что это такое? — Ильза совершенно не разбиралась в колдовстве.

— Тень! — объяснила Энка популярно. — Колдун крадет у своей жертвы тень или снимает с нее мерку и использует по своему усмотрению. А жертва медленно помирает, лишившись жизненных сил, которые выпивает стафия! Интересная штука, скажу я тебе! Не каждый день встретишь!

— Голодные стафии очень опасны! Особенно хранящиеся под давлением! — Балдур потихоньку оттеснил не в меру любознательных девиц от шкафа. — Счастье, что они еще не успели выбраться на свободу.