Законный брак - Делия Росси

«Думай, Кэри! Решай, как поступить. И как можно быстрее».

Хорошо. Я решу. Отсеку эмоции и решу. То, что супруг не был до конца откровенен, развязывает мне руки. Я ведь вовсе не обязана делиться своими настоящими намерениями. Мне необходимо найти алайетов. И я их найду. Осталось только убедить Кейна взять меня с собой.

– Что ж, хорошо, – кивнула мужу, – значит, я отправлюсь вместе с вами на поиски этого загадочного артефакта.

– Исключено, миледи, – покачал головой Кейн.

– Хотите вернуть меня домой?

– При всем желании, в настоящий момент я не смогу этого сделать. Магия часов настроена на определенное время, и пока не пройдет этот отрезок, мы останемся в прошлом.

Вот значит как. Что ж, тем лучше.

– И какое время вы отвели себе для поисков?

– Полгода.

– Сколько?

Да, я знала, что Кейн оплатил комнату на полгода вперед, но услышать это от него оказалось обидно. Даже не ожидала, что меня это так заденет.

– Вы собирались бросить меня на целых полгода и даже не попрощались?!

Я возмущенно уставилась на супруга, а тот едва заметно поморщился и отвел взгляд.

– Подождите, вы что, действительно не собирались возвращаться?

– Кажется, я все написал вам в письме.

– Знаете что? Вы… Вы невыносимы, милорд!

– Да, мне говорили.

– И я…

– Ну хватит, Кэри, – усмехнулся пират. – Раз уж мы с вами в ближайшие полгода обречены коротать время вместе, может быть, проведем его с пользой?

– Хотите сказать, что возьмете меня с собой? – взглянула в блестящую темноту глаз.

– Как же вы настойчивы в своих желаниях! Я подумаю, – уклончиво ответил супруг и протянул руку.

Этот жест выглядел непринужденным, но я видела, как напряженно смотрел на меня Кейн. В его глазах мне опять почудился отблеск того чувства, назвать которое я не решалась даже самой себе. И за ним мне снова виделся тот, прежний Кейн, которого я помнила с детства – спокойный, уравновешенный, обаятельный и добрый.

– Кэри?

Как? Ну вот как Кейн это делает? Он всего лишь произносит мое имя, а я чувствую, как внутри все дрожит и отзывается на звук низкого, чуть хрипловатого голоса жаром.

И что мне делать?

Я из-под ресниц посмотрела на мужа. Казалось, от того, как я себя поведу, будет зависеть очень многое. Едва ли не вся наша последующая жизнь. Кейн словно давал мне выбор – сделать шаг и оказаться в его объятиях и под его защитой, или послушать задетую гордость и отвернуться.

Что ж, я приму свой выбор.

– Я тоже давала клятву, милорд, – вкладывая пальцы в руку супруга, ответила я. – Быть рядом в богатстве и в бедности, да и во всем остальном, что перечислял пастор Роунс. А свои клятвы я привыкла выполнять.

«И неважно, что я при этом чувствую», – добавила про себя.

– Как же мне нравится ваша гибкость, миледи, – резко притянув меня к себе, усмехнулся Кейн. – Вы никогда не сдаетесь.

Он ловко расстегнул застежку моего платья, теплые ладони накрыли грудь, и я вздрогнула от ласкающего касания искусных пальцев.

– Кэри…

Шепот звучит искушающе, а у меня внутри все сжимается, и руки сами взлетают на плечи мужа, стягивают с них дублет, распахивают рубашку и ложатся на смуглую гладкую кожу.

Да, я соскучилась по этому чертову Кейну. Пусть между нами нет доверия, но чего не отнять у пирата, так это его умения всего одним прикосновением разжечь в моем теле пожар. Да и не только в теле. Если бы Кейн дал нам шанс, если бы он испытывал ко мне хоть какие-то чувства, кроме ненависти…

Муж не дал мне додумать эту мысль.

Он поцеловал меня так, что не только эта, но и все другие исчезли, уступив место чистой, незамутненной никакими размышлениями страсти.

– Вот так, Кэри, – в голосе супруга прозвучало едва слышное удовлетворение. – Только мы с тобой, ты и я…

А больше мы не говорили. Единственное, на что я была способна, так это на бессвязные стоны, а Кейн всегда предпочитал словам действия.

И только спустя пару часов, когда все закончилось, я приподнялась на локтях и посмотрела в загадочно мерцающие глаза.

– Когда мы отправимся в горы?

– Мы? Я не сказал, что беру вас с собой.

– Но вы и не сказали нет, – парировала я.

– Кэри, вы хотя бы представляете, что ждет вас за пределами форта? В лесах Ареи нет проторенных дорог, вам придется преодолевать реки и болота и проезжать по нескольку десятков миль в день наравне с мужчинами. Скажите правду, почему вы так рветесь идти со мной? Что заставляет вас упорствовать?

Я не торопилась, раздумывая, как ответить, чтобы и не солгать, и не выдать своих истинных намерений.

– Хотите правду? Что ж, я скажу. Страх, Джеймс. Мною движет страх. Я уже потеряла одного мужа, терять вас… Нет. Не хочу.

– Стоит ли мне считать это признанием в любви?

В голосе Кейна прозвучала едва заметная ирония. И снова, как когда-то, мне показалось, что эта ирония направлена не на меня, а, скорее, на самого себя.

– Правду, Кэри. Вы обещали мне правду.

– Нет, это не любовь, – покачала головой.

– Жаль, – хмыкнул Кейн. – А я уж было посмел надеяться.

– Но ведь и вы меня не любите, так что, думаю, все честно.

– Действительно. Честный брак.

Мне почудилось или в голосе мужа прозвучала горечь?

– Так вы возьмете меня с собой? – отодвинув эмоции, вернулась к прежней теме.

– Я подумаю, – неохотно сказал Кейн. – Сначала я должен навестить одного человека. На это уйдет несколько дней. Вы пока побудете здесь, с Лори. Ну а когда я вернусь, тогда и решим, как нам быть.

Кейн замолчал и закрыл глаза, словно отгородившись от меня за этим молчанием, и я понимала, что, как бы ни пыталась, ответа от него не добьюсь.

В комнате повисла тишина. С каждой минутой она становилась все тягостнее, давила на меня все сильнее, и я не выдержала.

– Можно спросить, милорд?

– Что, Кэри?

– Вы все еще меня ненавидите?

Муж посмотрел на меня, но отвечать не торопился. У меня внутри все сжалось в тугой узел в ожидании его слов. И страшно стало. Если Кейн скажет да…

– Нет. Ненависти во мне нет, – произнес супруг так, будто сожалел об этом. – Доброй ночи, Кэри.

Он нежно провел пальцами по моей щеке, отвернулся и уснул. Ну, или сделал вид, что спит. Пират, что с него взять?

Я неслышно вздохнула и посмотрела в незакрытое окно – Кейн забыл задвинуть ставень, и оттуда ощутимо тянуло сыростью и холодом. Мысли в голове бродили нерадостные. Как понять, кто прав – муж или отшельник? Кейн считает алайетов исчадиями ада, а Роунс – величайшими магами мира. Так где же истина? Как разобраться? И на сердце неспокойно. Слишком много личного слышится за словами мужа, слишком много боли. Но Кейн вряд ли поделится со мной настоящей причиной своей ненависти. Нет у него ко мне доверия. И любви нет. Одна только страсть, утолив которую, он тут же снова закрывается непроницаемой броней из иронии и холодности.