Утерянная принцесса - Валентина Гордова

Всё стало меньше и выше, люди и демоны потрясенно застыли кто как, кто с занесенной для удара рукой, кто с мечом в чужом теле, кто с поднятой для шага ногой. И тишина стояла оглушительная, казалось, все даже вздохнуть боялись.

А потом я увидела нечто нереальное, невообразимое, неестественное, ненормальное! То, что бывает только в сказках.

Передо мной стоял дракон! Огромный чёрный дракон! С блестящей чешуёй, огромными когтистыми лапами, поднятыми сильными крыльями, похожими на два паруса! С вытянутой мордой с громадными клыками и непроглядно чёрными глазами, взирающими прямо на меня с ужасом и недоверием.

«Дракон!»- мысленно завопила я от охватившего меня страха.

«На себя посмотри!»- отозвался голос Ника в ответ.

Я послушно опустила голову и…

И едва не заорала от ужаса! Нет, я всё же заорала от ужаса! Заорала громко и перепугано, но округу почему-то огласил нечеловеческий громкий рёв!

У меня были лапы! Огромные золотые лапы с длинными острыми и явно сильными когтями, чуть заострёнными! А ещё у меня была чешуя! Самая настоящая, как золотые монетки! И она была на всём моём значительно увеличившемся теле! А ещё у меня были крылья, которые почему-то шевелились! Они шевелились! У меня крылья на спине шевелились! И шипастый хвост, и клыки, и!..

Я задохнулась от переизбытка чувств, не выдержала всего этого и плюхнулась на заднюю точку. Задрожала земля, подпрыгнули люди внизу, замок пошёл трещинами!

— Ы-ы-ы! — завыла я в голос, не сдержав слёз, которые почему-то были невероятно большими и очень горячими, что выяснилось, когда несколько из них упали вниз и там кто-то болезненно закричал!

Я дракон! Я теперь дракон! А-а-а! Сделайте кто-нибудь что-нибудь! У меня лапы, и крылья, и хвост, и я вся золотая, и слезами убиваю! Уберите это! Сделайте что-нибудь!

«Прекрати паниковать!»- велел в голове голос Ника, тоже невероятно потрясенный и глубоко шокированный.

«Я с тобой вообще не разговариваю-у-у!»- взвыла я, откинула свою громадную голову назад и постаралась не плакать.

«Паникой ничего не решишь, — его здравомыслие меня откровенно раздражало, — Нужно успокоиться и хорошо обо всём подумать»

«Вот ты успокаивайся и думай, а я буду паниковать», — решила тут же, громко всхлипнув.

Мне так жалко себя ещё никогда не было.

«Ты можешь помолчать?»- едва ли не взмолился парень с отчётливыми нотками раздражения в голосе.

«Ты можешь мне не указывать?»- спросила я в свою очередь, чувствуя, как начинаю злиться.

«Я бы и не указывал, если бы ты вела себя адекватно»

«Я, по-твоему, веду себя неадекватно?»- возмутилась я такому повороту.

Каким же наглым нужно быть, чтобы такое говорить. Как я вообще могу вести себя разумно, когда у меня не пойми откуда взялись крылья, хвост и ещё куча непонятных мне приспособлений?! Это только Ник у нас великий пофигист, которому плевать на остальных.

«Мне не плевать на остальных, — прорычал он, а дракон напротив меня резко выдохнул густой белый пар, — это ты у нас последние недели ходила и изображала из себя бесчувственную снежную королеву, в то время как я пытался спланировать спасение всей империи. К твоему сведению, у меня это почти получилось, но тут, как обычно, ты всё испортила, взяла и свалилась с балкона!»

«Я не свалилась! Меня оттуда скинули, чтоб ты знал!»

Но на самом деле меня очень сильно зацепили слова о том, что Ник во время своего отсутствия не сидел без дела, а планировал наше всеобщее спасение. И вон, как у него это хорошо получилось: армия и порталы, которых никто не ждал и к которым никто не оказался готов.

«Это ты порталы открыл?»- прямо спросила я.

«Я», — хмуро подтвердил его голос в самой моей голове.

Её, голову, я чуть-чуть повернула, глядя на своего найрики. Он тоже посмотрел на меня своими непроглядно-чёрными глазами, в которых не было больше ярости и ненависти, была лишь грусть.

«Я скучал», — признался он вдруг.

Улыбнувшись, я созналась в ответ:

«Я тоже»

И пропали без следа все те отрицательные чувства, что клубились в моём сердце на протяжении долгих дней, целых недель. Не было больше во мне места для злости и ненависти, не было жгучей ярости и тяжелого гнева.

Это всё неожиданно пропало, будто никогда и не появлялось во мне.

Вместо них осталась легкая, почти невесомая, воздушная радость и желание улыбаться.

«А ещё, — голос Ника значительно потеплел и был теперь чуточку беззаботным, — я неожиданно обнаружил, что мы с тобой теперь связаны»

«В каком смысле?»- но мне не хотелось слышать ответ, мне хотелось просто улыбаться.

«У тебя ничего случайно не возгорало?»

«Было дело», — беззаботно подтвердила я.

Ник мысленно тепло мне улыбнулся, я улыбнулась в ответ.

«И у меня случалось, — сознался он, — а ещё накатывало волнами исходящее от тебя спокойствие»

И тут я вспомнила, как злилась без причины и даже хотела кого-нибудь прибить, а потом ещё удивлялась сама себе. Так значит, это были не мои эмоции, а Ника? Удивительно и странно, но нисколько больше не страшно.

В какой-то момент мне показалось, что всё так и должно быть. Спокойно. Сказочно. Правильно.

«Это твой огонь поджигал всё вокруг меня?»

«Это наш огонь, — исправил меня жених, — в ту ночь наше пламя соединилось воедино, сделав и нас с тобой одним целым. Поэтому я смог открыть портал во Мрак. Поэтому мы с тобой общаемся без браслета. Поэтому наши эмоции столь сильные — они переплетаются и удваиваются»

Всё это было очень интересно и невероятно нам полезно, но я в этот момент подумала о том, что где-то здесь до сих пор находится злой демон, и моя мама, и мой отец, и армия демонов и войска драконов…

«Варя», — вдруг позвал Ник, вырывая меня из панических мыслей о том, что же теперь делать.

«Что?»- отозвалась я и вновь взглянула на него.

И поняла, что тону.

Вот просто тону в его непроглядно чёрных глазах, тону в их клубящейся тьме, в их бездне разнообразных чувств.

«Я люблю тебя», — слова оказались полной для меня неожиданностью и даже вначале резанули слух, на миг оглушив.

Любит. Он любит меня. Он только что сказал, что любит меня! О, Тьма-а… Что делать? Что мне теперь делать? Что сказать ему? Как на это реагировать?!

Но в то время, как мозг испуганно метался из стороны в сторону, сердце всё сделало само.

«Я тоже люблю тебя», — сказало оно так искренне, как только могло.

И поверило в это. Не слушая вопящий голос разума, не слушая холодный голосок страха и неуверенности, не обращая внимания вообще ни на кого вокруг, оно сделало то, что считало нужным.