Шуттовские деньги - Роберт Линн Асприн

— Ну а если в парк набьются одни толстяки, тогда что? — парировал Бастер. — Что же нам тогда — все аттракционы закрывать? Думаю, надо сделать запас Минимум на… Что за черт?

Последнее восклицание было вызвано не чертежом, а громким хлопком, за которым последовали испуганные крики. Возле ворот парка клубился дым.

— Прошу прощенья, маэстро, — извинился Бастер. — Надо посмотреть, что там такое.

Он развернулся и бросился к воротам.

Маэстро Зипити вытянул шею и всмотрелся вдаль.

— Креттины! — крикнул он. — Тупиццы! Вы проеззтуете против моих прекраззных творений! Я вазз вззех буду убивать!

А дым меж тем становился все гуще. Издалека донесся вой клаксона. Начинался очередной самый обычный денек.

* * *

На экране головизора происходило следующее: на дальнем плане мужчины и женщины в касках управляли мощными машинами. На фоне неба возвышалась замысловатая металлическая конструкция. На переднем плане стояла Дженни Хиггинс. Она брала интервью у Ле Дака Тэпа.

— Парк «Новый Атлантис» станет символом нашей Свободы, — разглагольствовал Тэп. — Он будет воспевать традиционные для всех ландуранцев понятия самоопределения, свободного предпринимательства и трудолюбия. Он станет прекрасным местом отдыха для любой семьи. — Как бы вы охарактеризовали в этой связи тот парк, возводится под эгидой правительства спросила

— У правительства неправильное представление о том, чего хочет народ, — заявил Тэп и для вящей убедительности выпятил грудь. — Они действуют в соответствии с отжившим лозунгом: «хлеба и зрелищ». Это означает — пустые развлечения. Им нет никакого дела до духа народа Атлантиса. Мы же делаем упор на духовное наследие нашего народа, мы хотим вдохновить наших людей и показать всей галактике нашу неповторимую культуру.

— Насколько нам известно, ваши парки вступили, в некотором роде, в соревнование по возведению самого головокружительного аттракциона, — сказала Дженни. — Что вы могли бы сказать об этом?

— Аттракционы типа «американских горок» в «Новом Атлантисе» — это выдающиеся произведения искусства. Возводимые нами аттракционы несут в себе умения и знания наших инженеров и народных умельцев, а также колоссальный опыт специалистов со всей галактики.

Коммуникатор Шутта зазвонил. Он уменьшил громкость головизора и ответил на звонок.

— Ну, что там, Мамочка?

— Ужасно жалко отвлекать тебя, котик, но тут опять притащились министр Истмэн и полковник Мейз. Жаждешь с ними повидаться?

— Думаю, тянуть не имеет смысла, — вздохнул Шутт. — Впусти их.

Через несколько секунд дверь в кабинет Шутта распахнулась, и ввалились двое представителей местной власти.

— Вот! — брызгая слюной, воскликнул Истмэн и ткнул пальцем в экран. — Что вы об этом скажете?

— Я скажу, что наш парк получает редкостно удачное освещение в выпусках головизионных новостей, — не моргнув глазом, ответил Шутт. — Сюжет повторяют каждые полчаса, его видят на самых престижных планетах этого сектора галактики. Если вследствие этого на Ландур хлынут толпы туристов, ваш парк тоже выиграет.

— Именно такой подлости я и ожидал, — фыркнул Истмэн и снова ткнул пальцем — на сей раз в сторону Шутта. — Ну, а что вы скажете насчет разглашения государственной тайны? Это шпионаж, под каким бы соусом его ни подавали!

Шутт вздернул брови.

— Государственная тайна? Простите, что-то я вас не пойму.

Мейз шагнул к столу Шутта и опершись о крышку, наклонился и зловеще произнес:

— Вы станете отрицать, что проболтались вашей подружке-репортерше про парк «Ландур»?

— Естественно, я стану это отрицать, — спокойно ответил Шутт и невозмутимо откинулся на спинку стула. — Дженни прекрасный репортер. Факты она и сама умеет разыскивать. Думаю, на Ландуре она как раз этим и занималась. О парке «Новый Атлантис» я ей рассказал, этого я скрывать не буду. Освещение в массмедиа — это залог успеха любого предприятия. Для того чтобы Тэп смог вернуть мне ссуду, его парк непременно должны посещать туристы с других планет. А для этого мы, само собой, должны поведать жителям других планет о нашем замечательном парке. А как это можно лучше сделать, как не в интервью?

— Ну да, и параллельно вы залезаете нам в карман, — процедил сквозь зубы Мейз. — Если мы пойдем по вашему пути, нам придется прибегнуть к дополнительным затратам. Если мы оставим вашу деятельность без внимания, вы обойдете нас по части освещения вашего проекта органами массовой информации.

— Поговорить с Дженни — это не стоит не цента, — парировал Шутт. — Если бы вы не отказывались от ее просьб взять у вас интервью…

— Мы связаны правительственными инструкциями, — заявил Истмэн. — Мне грозит тюремное заключение за разглашение государственной тайны. Как минимум, я могу потерять свой нынешний пост.

— На вашем месте я бы всерьез задумался о пересмотре инструкций, — сказал Шутт. — Ведь от этого зависит будущее планеты.

— Это вы поставили нас перед выбором! — вскричал Истмэн. Он побагровел, голос его звучал визгливо. — Учтите, если вы не прекратите своей подрывной деятельности, нам придется прибегнуть к крайним мерам.

— Делайте, что положено, — отозвался Шутт. — А я займусь тем, что считаю наилучшим для всей планеты, а не только для какой-то малой части ее народа. А теперь, джентльмены, есть у вас еще вопросы ко мне?

— Пока нет, — вздернул подбородок полковник Мейз, взял Истмэна под локоть и увлек к двери. — Но будут, это я вам гарантирую.

Есть ряд фраз, которые не по душе любому начальнику, но почти все они могут быть сведены к одной, которая звучит примерно так: «Босс, у нас неприятности». Именно это фразу произнес Окидата, вбежав в столовую отеля «Плаза». Шутт в это время успел съесть только половину порции устриц по-ландурски. Это блюдо Искрима позаимствовал у местных поваров. Устрицы служили излюбленным экспортным товаром, поставляемым на развивающиеся планеты с Земли. На Ландуре они очень успешно прижились.

Шутт взял салфетку, вытер с губ острый соус и сказал: — Мы пережили нежданные инспекции, дымовые шашки, пикеты, отключение электроэнергии. Так что… если только по нам не пущены стратегические ракеты, я уверен, можно подождать, пока я не закончу завтрак. Садись, выпей. Так что за неприятности.

— Правительство… Они начинают строить новый аттракцион, — тяжело дыша, выпалил Окидата и плюхнулся на стул напротив Шутта. — Честно говоря, похоже, они решили наш «Зиппер» переплюнуть.

— Ну что ж, — глубокомысленно изрек Шутт, — Собственно говоря, ты это предсказывал. — Он вздохнул. — Нужно будет посмотреть, что еще есть у маэстро в загашнике.

— Лучше бы у него там нашлось что-нибудь совсем потрясающее, — проворчал Окидата. Подошел официант, Окидата попросил кофе со льдом и продолжал: — Насчет конструкции пока непонятно, но главная вершина на пять метров выше, чем у «Зиппера», и еще они задумали что-то вроде двойной «мертвой петли». Одна — по часовой стрелке, вторая — против. Это, я вам скажу, кое-что.