Принцесса для психолога - Татьяна Матуш

Шекер торопливо оторвала от листа принесенной ей бумаги узкую полоску. Писать ее не учили, рисовать картинки времени не было. И она сделала то единственное, что могла: быстро исчертила весь клочок значками для вышивания.

Вынуть из клетки ученого, привычного к таким вещам голубя, намотать ему на лапу записку и закрепить шелковой ниткой, открыть окно и бросить птицу в белесое небо Шариера, было делом пары мгновений.

Она успела!

Теперь пусть ночной вор отрабатывает долг своей жизни.  Он же не успел за прошедшие недели разучиться лазить через заборы?

Что-то еще она могла сделать для своего спасения? Ах, да, помолиться. Хорошо. Будем молиться.

Птице с невзрачным оперением, но говорящим именем: "Нейри" - Гонец, потребовалось совсем немного времени, чтобы добраться до пригородов Шариера и, покружив над ничем не примечательным домом с плоской крышей, нырнуть в узорную голубятню.

Его бы и не обнаружили до вечера, но тут вмешался случай. Гонец, не смотря на свои выдающиеся качества и немалую цену, был птицей вздорной и соседей терпеть не мог. Прибыв домой, он, первым делом, поскандалил, выгоняя братьев с лучшего места. Записку обнаружили сразу.

Мальчишка, отряженный хозяйкой смотреть за голубями, сверкая босыми, грязными пятками понесся через сад к дому.

В Белисаре начали строится очень давно, раньше, чем был возведен дворец Священного и главный Храм, раньше, чем поднялся высокий городской вал. Если строго следовать исторической правде - то это Шариер был пригородом Белисара, а не наоборот.

Здесь жила старая аристократия. Семьи, которые уходили корнями в те времена, когда кесарии еще не было. Был вольный город-порт, куда заходили корабли со всего света, был караван-сарай, где товар с морских кораблей переваливали на сухопутных - и был круг на холме, где по праздникам служили Темным Богам.

И жертвы приносили, как же без них. Никчемных и строптивых рабов и преступников, осужденных на казнь, всегда хватало. Такого добра навалом, куда не плюнь.

А потом на кораблях приплыли жрецы в серых хламидах с лицами, закрытыми капюшонами и принесли новую веру.

И все стало гораздо лучше. По крайней мере, жрецы говорили так. Не верить им оснований как будто не было.

- Что это? - с недоумением спросил молодой парень, слишком светлокожий для Шариера, но здесь это не бросалось в глаза. В Белисаре таких было десять на дюжину.  - Какой-то шифр? Птицу я отдал Шекер, она сказала, что не умеет писать и мы договорились, что сам голубь будет знаком, что она во что-то крепко вляпалась и ей нужна моя помощь.

- Вляпалась, - сдвинув темные, широкие брови к переносице, со значением проговорила женщина лет двадцати семи - тридцати, лицом и статью похожая на парня. Для пустынницы такой возраст означал уже почти старость, и выглядели хозяйки шерстяных домов как старухи.

Но хозяйку этого дома время пощадило: ни одной серебряной нити в черных косах и морщинки только у глаз, да еще одна, вертикальная - на переносице. Это означало только одно - сильную кровь оборотней.

- Ну, ты же знаешь, - парень улыбнулся, обаятельно и немного заискивающе, - дворец Священного... Вляпаться там легче легкого. Даже если сам никуда не полезешь - за волосы затащат.

- И зачем тебе вляпываться с ней за компанию?

- Ами... - протянул он. Не подействовала. Даже морщинка между бровями не разгладилась. - Как на счет того, что она хорошая девочка и заслуживает помощи?

Морщинка стала еще глубже.

- Она спасла мне жизнь, на мне долг...

Брови почти сомкнулись на переносице, напоминая крылья диковинной черной птицы.

- Она дочь царя ниомов и может быть нам полезна, - выбросил парень последний козырь.

Женщина все еще молчала, но лицо приобрело задумчивое выражение.

- И что ты от меня хочешь? - наконец, спросила она.

- Совета. Женского совета. Ты ведь тоже женщина и должна понимать, как мыслила Шекер. Что это за шифр и кто может его расколоть? Ами...

Она неуверенно взяла послание, снятое с ноги голубя. Вгляделась, щурясь. Брови удивленно поднялись.

- Что? - поторопил ее парень, - Ты, действительно, понимаешь, что это такое?

- Это вышивка, - неуверенно проговорила Ами. - Не полная. Скорее - фрагмент каймы или чего-то в этом роде... но до чего же странный. Не думаю, что это будет красиво.

- Вышивка? - вытаращился он.

- Ну, да. Здесь обозначена очередность цветов. Камель, алый, зеленый чай, нефритовый... снова нефритовый и опять алый. Снова зеленый чай, алый, опять камель... Какое-то совершенно дикое сочетание. Ни смысла, ни узора.

- Подожди, - вскинул руку парень, - повтори, что ты сказала? Что это за демонские заклинания.

Ами снисходительно улыбнулась.

- Это названия шелковых ниток для вышивки. По цветам. Камель - такой нежно-песочный, светлый, с оттенком серого. Камелопардовый - более насыщенный, с золотом. Зеленый чай, зеленый мох и зеленое море - разные цвета. Хотя и немного похожие, но в узоре ты их не спутаешь.

- Ничего не понимаю, - паренек помотал светлыми вихрами, - она что, хочет ниток для вышивания? Тогда зачем по два раза писать алый и этот, как его... карамель?

- Камель, - рассмеялась Ами, - Ну, может, она думала, что с первого раза ты не поймешь и не запомнишь. Наверное, ты показался ей очень тупым.

- Показать эти нитки ты мне можешь?

- Конечно, - пожала плечами Ами, - но двух цветов у меня нет. Вот эти, - она ткнула пальцем в значки, - Сангрия и Нефрит. Они очень редкие и дорогие, мне не по карману. Такими только царевны и шьют... Но, Дамир, если бы они у меня были, я бы не стала их так чередовать. Это же жуткая безвкусица. Она что, шить шелком не умеет?

- Видела покрывало, которое я принес? - мгновенно ощетинился парень.

Ами снова нахмурилась.

- Это очень хорошая работа, - неуверенно сказала она, - может быть, шила не сама Шекер?

Парень схватился за голову, запустив пальцы в волосы.

- Ничего не понимаю, Ами! Но она же это написала, значит, считала, что я сразу пойму? Значит, это что-то совсем простое. У этих ниток есть какое-то символическое значение? Как у цветов для букетов, или камней?

Женщина удивленно покачала головой:

- Цвета - они и есть цвета. Золотой и серебряный используют только для царских одежд. Белый - траурный, им не шьют, если не хотят позвать смерть. Два цвета, я уже сказала - страшно дорогущие, за них несколько кошелей жемчуга отдают... Но это все. Никаких других значений я не знаю.

- Грифель дай, - скомандовал Дамир. - И перечисляй по очереди. Кстати, как эти ваши схемы читаются?

- Обычно, - не поняла вопроса Ами, - как шьются, так и читаются. Первая строка справа налево, вторая слева направо, третья снова справа налево...