Личная кошка Повелителя. - Вероника Лесневская

— Кошечка…

— Я тут Сем, я рядом, — ответила ему ласково.

Он не открыл глаз. Просто вздохнул облегченно и, сжав мою ладонь в своей, вновь погрузился в сон.

Трое суток борьбы за жизнь — и вот Сем пошел на поправку. Я кормила его, ухаживала, меняла бельё. Все это время он был слаб и большую часть спал, восстанавливая силы. Понятное дело, что разговоров я избегала, понимая, что пока рано выяснять отношения. Муж, конечно, пытался извиниться и объясниться, но я останавливала его, призывая к покою. Пришлось пообещать, что когда он окрепнет, то мы обязательно поговорим — и я никуда не денусь, а буду рядом.

Я стояла на палубе возле левого борта и любовалась лазурным морем. Ветерок трепал мои волосы, бросая их в лицо, и я тщетно пыталась их вернуть на место. Вдруг кто-то сзади собрал волосы в хвост и завязал лентой, облегчая мне борьбу с ними. Удивленно обернулась, чтобы увидеть моего помощника. Сем стоял, улыбаясь как мальчишка, довольно щурясь от солнца и ветра.

— Привет, кошечка, — сказал он, ласково заводя выбившуюся прядь за ушко.

— Привет, — выдохнула я радостно, — зачем ты встал, еще рано, — обеспокоенно спросила я, кладя руки на его плечи. Он притянул меня за талию к себе вплотную.

— Я в норме, Элини, не переживай. Торос сказал, что я здоров.

И он прильнул к моим губам в нежном поцелуе, ответила, не задумываясь, обвивая его шею руками и прижимаясь ближе.

— Я так скучал по тебе, девочка моя, — наконец, проговорил Сем, отрываясь от меня, но не выпуская из объятий, — думал, что потерял тебя навсегда. Прости меня за все. Я — самодовольный болван, который думал только о себе. Больше никогда не отпущу тебя, всегда, слышишь, будешь со мной рядом.

Я слушала его бархатный голос и наслаждалась словами, которые так искренне шли от него. Сердце стучало часто-часто, доказывая мне, что давно принадлежит этому мужчине. Да, спрятать сердечко мне не удалось — оно попало в сети повелителя. Позволила себе улыбнуться, пока Сем не видит. Нет, я не отказалась от плана изменить то, что хотела, я просто ждала нужного момента и вот он настал. Я заставила себя отстраниться от повелителя и, надев маску обиды на лицо, проговорила.

— Это всего лишь слова, повелитель. А я больше не верю словам, — и отвернулась от него, ожидая ответа.

— Любимая, что мне сделать, чтобы ты поверила в мои слова? — наконец, услышала заветную фразу.

Я обернулась, сердито глядя в его огненно-желтые глаза.

— Докажи, что дорога тебе, — заявила я, вскидывая гордо подбородок. — На что ты готов ради нас?

Сем втянул воздух в легкие, задерживая дыхание, и откинул рукой волосы назад, выдохнул.

— Говори, что ты хочешь, — спросил он, принимая мои условия сделки.

— Первое и очевидное — это гарем, — заявила я, следя за его реакцией, но он остался спокоен. — Или я, или гарем, — закончила фразу.

Он помолчал немного, обдумывая какие-то детали, и ответил:

— Хорошо, согласен. Я выбираю тебя. Какие еще требования?

Сердце подпрыгнуло в кульбите от радости и восторга. Он выбрал меня! Меня, а не гарем! Значит, любит, желает, хочет быть рядом со мной. Но вида не показала, потому что не все требования озвучила. И вот как раз второе-то было самым сложным, и я боялась, что повелитель вновь взорвется от негодования. Стояла в замешательстве, обдумывая, как сказать.

— Ну, говори же, Элини, не тяни, — подбодрил меня Сем. — Я готов выполнить любое твое желание и подписать бумаги немедленно, если мои слова не внушают тебе доверия.

Это заявление убедило меня в искренности его слов. Я собралась с духом и выдала:

— Отмени рабство в стране и дай права женщинам!

Его глаза округлились в изумлении, видимо, такого шага он не ожидал от меня. Воцарилась тишина, которая буквально давила на нас. Я видела, как тяжело дается ему сдерживать эмоции. Я также понимала, что влезла в дела государства, требуя невозможного, но я не могла упустить такой шанс.

— Это не похоже на желание, это звучит как ультиматум, — наконец, выдал он, сводя недовольно брови.

— Это мое желание, — оспорила я его заявление, распаляясь. — Я хочу, чтобы женщины не страдали, они люди, как и вы, мужчины, и имеют право жить так, как хотят. А рабство вообще ужасная вещь! С ними обращаются, как со скотом. Эти ваши трофеи — просто бред! Как можно оценивать человеческую жизнь в качестве трофея? Я — личность, и я ценю свободу не меньше твоего! И не хочу быть чьим-то трофеем, не хочу быть куклой в руках мужчин.