Девять. Отбор по моим правилам - Екатерина Романова

– Ваше величество, – исполнила положенный реверанс, стараясь не смотреть на Вэйлиана.

– Леди Дархат-Нуар, – ответил он тем же сухим тоном и подхватил мою ладонь, устроив вторую чуть ниже моих лопаток.

Танец давался мне тяжело. Его величество вел так, что не приходилось думать о движениях, но лучше бы я думала о них.

– Значит, сегодня ты улетаешь от меня, – неожиданно произнес император.

Я не хотела смотреть на него, получилось само.

– Значит, вскоре ты женишься на Патриссии.

Он притянул меня ближе, почти коснулся носом моего носа. В грудь ударил мужской жар, я чувствовала тяжелое биение его сердца, и едва не сошла с ума от слабости, охватившей тело. Это наш последний танец. Плевать, что подумают другие. Это последний раз, когда меня согревают его объятия.

– Рейна, – прошептал хриплый голос, и мое сознание выбросило в неизвестность.

Темнота, по шее стекает обжигающее дыхание, мужская ладонь движется по моей спине, замирает на ягодицах и сминает их.

– Рейна… скажи мне «да»…

– Да, – шепчу без раздумий и сомнений.

Мои губы накрывает яростным поцелуем. Меня подхватывают на руки и несут на кровать. В неверном лунном свете я различаю черты императора, хотя и без того знаю, кто ласкает меня, покрывая нетерпеливыми поцелуями шею, разрывая тонкую ткань ночной сорочки, касаясь языком чувствительной кожи живота, заставляя извиваться под обжигающими ласками.

– О чем ты думаешь, Рейна, – прозвучал над ухом плутоватый голос его величества. Реальность ворвалась так остро, что я судорожно вздохнула и вцепилась в его плечи. – О чем-то сожалеешь?

Хриплый шепот коснулся волос у виска.

– Мечтаешь, – ладонь его величества опустилась с лопаток на талию и прижала меня так близко, что между нами не осталось воздуха. – Может, что-то вспомнила?

Его губы коснулись кончика моего уха, и сознание снова выбросило не то в воспоминания, не то в фантомный мир, навеваемый императором.

Мимолетная боль выгнула тело и тут же сменилась радостной дрожью и необычайным ощущением полноты существования. Я прошлась ногтями по спине его величества, наслаждаясь тяжестью мужского тела и своей властью над этим мужчиной. Его ресницы дрожали, а затуманенный взгляд блуждал по моему лицу, словно силясь запомнить каждую мою черту, обласканную лунным сиянием.

– Вэйлиан, – прошептала, касаясь кончиками пальцев его губ. Легкий поцелуй, и император склонился к моему уху.

– Ты моя, Рейна. С этой минуты ничто не изменит нас. Ничто и никто.

Он закусил мочку моего уха, а резкий толчок выбил из головы вялые возражения и несуразные мысли. Его. Только его. Навсегда.

Мир утратил цвета, звуки, время перестало существовать, вселенная сузилась до одного мужчины, его неторопливых ласк, уверенных движений и сильных толчков. Внизу живота завязывался тугой узел, а сердце билось в унисон с его сердцем, давно повязанное паутиной сильнейшей привязанности, которой я боялась дать имя.

Наслаждение взорвалось яростным фейерверком. Я застонала, стискивая Вэйлиана бедрами, подаваясь навстречу, желая слиться с ним воедино, стать одним целым.

– Рейна, – хрипло прошептал император, возвращая меня в реальность. – Перестань думать об этом, иначе я не сдержусь.

Я тяжело сглотнула и подняла на его величество помутненный взгляд. Отголоски наслаждения блуждали по моему телу, ватные ноги едва слушались, сердце сбивалось с ритма, в горле пересохло, будто все случилось со мной только что, наяву. Это была правда? Или очередная иллюзия от императора, как в начале отбора? Желал поиграть, показать, от чего я отказываюсь? Чего лишаюсь, выбирая дракона?

– Отпусти, – попыталась вырваться, но стальные объятия держали крепко.

– Перед тем, как ты улетишь, знай три вещи. Я доверяю тебе.

Твердо. Без сомнений. Ножом в сердце.

– Я дождусь тебя. Постараюсь.

С грустной улыбкой, нежно убирая прядку мне за ухо.

– А третье?

Зачем только спросила.

– Ты разве не знаешь?

Мотнула головой.

– Не догадываешься даже?

– Перестаньте томить.

– Скажу, когда вернешься.

Император поцеловал меня в лоб и ушел, оставив в смятении.

Наверное, полет был захватывающий, я не поняла. Было высоко, красиво, немного холодно, но разум занимали куда более сильные эмоции: воспоминания о горячем дыхании, сильных руках, чувственных прикосновениях и наслаждении, растекающемся по телу мёдом с запахом солёной карамели.

Была ли это иллюзия? Было ли это на самом деле? Чем наполнены события двух ночей, стертые из моей памяти? Меня вело зелье искренности, под ним я могла сотворить все, чего отчаянно желала моя душа…

Дракон Арслана резко дернул длинным гибким телом, и я в последний момент успела схватиться за неудобный роговой нарост, чтобы не свалиться. Это не первый мой полет на драконе, я летала с Фэйросом, но все равно чувствовала себя как корова на льду, вздрагивая каждые несколько минут от резких движений ящера.

Хлопнули кожистые крылья, лязгнули о чешую и с грозным рыком дракон приземлился, спружинив на толстых лапах. Поток магии подхватил меня и опустил на руки уже человеческой сущности Арслана.

Голой человеческой сущности.

Мы приземлились на одной из посадочных площадок замка Повелителя. Хорошо и печально знакомого мне места. Дул пронизывающий ветер, норовил забраться под пиджак, стиснуть ребра своими ледяными пальцами, пробраться ближе к сердцу. Огонь яростно бился в огромных факелах, ревел как ветер, несущийся по трубе. С разных сторон подступили слуги и стража. Арслану на плечи легла меховая мантия и, удобнее меня перехватив, он пошел вперед.

– Я могу сама идти.

Дракон споткнулся о невидимое препятствие и уколол взглядом.

– Твое существование в этом замке может быть разным, Рейна. Счастливым, радостным, свободным. Ты можешь купаться в роскоши и делать все, что тебе вздумается. Но я могу запереть тебя в золотой клетке, окружив лучшими вещами, тряпками и книгами, но лишив свободы. Я – Повелитель Дракнмара, ты – моя избранница. Та, на которую будут направлены взгляды всех драконов. Только попробуй меня опозорить, милая, и ты узнаешь мою темную сторону.

Я и забыла об этом. Тысячи взглядов! И наверняка многие из них узнают во мне Марту. Ту, которая очаровала убитого Фэйроса, а теперь окрутила Повелителя. Нелегко же мне придется.

А с темной стороной Арслана я прекрасно знакома, поэтому улыбнулась, коснулась его щеки и произнесла:

– Если хочешь, можешь отнести меня в покои, но я слишком устала от перелета и хочу отдохнуть в одиночестве.