Здесь драконы не пролетали? - Татьяна Абалова

– Зачем? – оказывается, талиф тоже умеет красиво выгибать бровь.

– Пусть бы вирху вечно сидела у меня на шее, тогда магия ошейника оказалась бы мне не страшна.

– Ошейник раба никогда и ни на кого больше не будет надет, – категорично урезонил меня Эливентор. – Не позволю.

– О, спасибо тебе, добрый юноша.

Блин, ну вот почему меня опять понесло? Я просто не знала, как вести себя рядом с любимым. Куда деть глаза и руки. Чем заткнуть рот.

Дайкори сидел и потешался надо мной. Я метала в него молнии, а он дергал бровью.

– Все? – Эливентор смерил нас обоих серьезным взглядом. – Теперь можно спокойно поговорить? Рассвет близок.

Пристыженные, мы сложили руки на колени и виновато уставились на человека, который должен решить судьбу мира. Ой, я хотела сказать, уставились на демона.

лава 35. Разговор по душам

– Давайте начну я, – Эливентор оглянулся на всхрапнувшего Ферстафа. Тот повозился в кровати и, наконец, накрылся простыней. Я выдохнула с облегчением: теперь не придется отводить глаза, натыкаясь на голую задницу дракона. – Я расскажу, что узнал или видел собственными глазами, а вам уж судить, имею я право сомневаться или лучше слепо доверять словам малознакомой девушки.

Я повела плечами. Если бы было время на истерику, сейчас бы уже неслась по коридорам волосы назад и заламывала руки от горя. Потом забилась бы в темный угол и вовсю выплакалась. Но бежать и выть – это разбудить ползамка, да и времени на «себяжаление» нет. Поэтому я просто опустила глаза и, как истинная блондинка, занялась рассматриванием ногтей. Маникюр, что сегодня сделали «невесте» – отличный способ отвлечься на красоту.

– Я вернулся в Демонову падь, – продолжал как ни в чем не бывало «чужой» Эливентор. – Мне самому не терпелось понять, что из рассказа миффи Шило правда, а что ложь. Слишком много нагромождений и чудесных решений. Тут тебе и неизвестно откуда взявшийся подземный дворец, и разбитые портальные зеркала, тогда как найти одно уже большая удача, и выход, которого в принципе из зазеркалья нет. Ну не верю я, что два человека, попавшие в царство вечной тьмы, чудесным образом выбрались, причем разными путями.

Я от удивления открыла рот. Да, я скрыла, делясь с королевой-матерью, кто лишил памяти ее внука, но в остальном не допустила не только лжи, но и двоякой трактовки своих слов, а потому услышать неприкрытое обвинение было обидно. Но я кивнула, побуждая муфа Эливентора продолжить. Я запретила себе смотреть на недоэльфа влюбленными глазами. Тот, кто не помнит, какие чувства испытывал, в лучшем случае воспримет меня как дуру, в худшем – как неумелую актрису-соблазнительницу.

Как напоминание о том, что со мной могут сотворить «влюбленные» мужчины, потрогала шею, где совсем недавно находились сразу две удавки, и вдруг осознала, что полностью свободна от всех обязательств. Дар Жажды при мне, и захоти я, чтобы Эливентор упал к моим ногам и признался в любви, легко добилась бы повиновения, но обрадует ли меня применение магической силы? Мне нужны истинные чувства и, если не получится их разбудить, разбивать лбом закрытую дверь я не кинусь. Насильно мил не будешь.

Я так сильно сжала кулаки, что оставила на ладонях глубокие лунки от ногтей. Боль отрезвила меня, и я поклялась самой себе, что ни за что не применю дар на пике эмоций, как бы меня ни штормило. Начну действовать лишь тогда, когда альтернативой сделается смерть.

Я посмотрела на мужчин, сидящих рядом: на расслабленного Дайкори, поигрывающего кисточкой от подушки, и напряженного Эливентора. Им я тоже погибнуть не позволю.

– Как я поняла, ты все-таки выяснил, где мои слова расходятся с действительностью?

Я ни разу не солгала, так чего мне бояться? Да, кое-что утаила, но придет время, и самое постыдное, о чем хотелось бы забыть навсегда, тоже вытащу на свет.

– Да. В подземелье мне открылось, что ты не была той, за кого себя выдавала.

– В смысле? – я аж подпрыгнула. Дайкори, почувствовав магический всплеск (а ведь только что утверждала, что буду управлять своим даром!), взял меня за руку.

– Ты с самого начала работала на драконов, поэтому разбила в Демоновой пади зеркала, чтобы важный портальный зал не попал в руки повстанцев. Впрочем, нужно отдать тебе должное, ты с самого первого дня твердила, что любишь своего жениха, правда, умолчала, что он наследник короля драконов.

– Вот это да! – лишь ладонь пустынника, сжавшаяся еще крепче, не позволила мне подняться и понестись по кругу, негодуя и возмущаясь. – И на чем базируется обвинение? Есть свидетели тому, что именно я крушила зал?

– Пух призналась своему мужу, что застала тебя бьющей зеркала, но, увлеченная уничтожением, ты не заметила ее.

– Наглая ложь!

– Она позвала Висэля сразу, как только ты открыла портал и исчезла, – муф Эливентор был непреклонен. Говорил с напором, заставляя меня открывать и закрывать рот в поиске оправданий. - И здесь ты не отвертишься, сказав, что леди Анастасия врет – свечение портала заметили орки, что остались охранять дворец снаружи.

– Вот же гадина! – только и смогла произнести я. Несправедливость душила меня. Я прекрасно знала, кто орудовал топором, и кто потом смылся через портал. Но как доказать? А Пух мастерски выкрутилась! Заметили свечение? Что ж, она тут же придумала новую версию. Теперь не она разбила зеркала, что делали ее фигуру еще уродливее, а «та самая», что не может ответить. И Эливентора толкнула «та самая» и через портал, о котором уже не смолчать, смылась она же.

– Спокойно, Шило, – Дайкори чувствовал нарастающее напряжение, – спокойно.

– Нет, ну правда! – я все еще пыталась встать и бежать, чтобы хоть через физическую активность привести внутреннее состояние в равновесие. Но пустынник, не выпустив руки, настойчиво вернул меня на место. – Сама же Настя колошматила зеркала топором Василия, а свалила на меня. Вася, случаем, не поинтересовался у женушки, почему его топор вдруг перестал переливаться письменами? Куда делась магия любимого артефакта?

– Хорошо, – Эливинтор закинул ногу на ногу, – я могу допустить, что Пух врет насчет зеркал, а что скажешь о моей потери памяти?

– Так вроде ты и до того не все о себе помнил, – буркнула я, но Эли не остановился, продолжил обвинять.

– Разве Настя или кто-нибудь из повстанцев обладает настолько мощным даром, чтобы стереть магу память нескольких дней?

– А зачем бы мне? Да я больше потеряла, чем приобрела!

– Затем, чтобы обезопасить себя. Мало ли, вдруг я успею выбраться, пока связь зеркал не оборвалась? И я успел. Не рассчитала, голубушка?

– Ты не прав…

-  А как только поняла, что не получилось закрыть меня в зазеркалье, быстро присочинила историю о моем великом предназначении. Мол, король он, пусть пойдет и займет свое место в Демоновой пади. Стравить меня с Василием захотела? Ты и в комнату моей матери пробралась только для того, чтобы через магический шар посмотреть, удалась ли твоя затея.