Цена звёздной пыли - NBRAINH

— Хорошо, — на этот раз, судя по интонации Ника, он был пьян на самом деле. А значит, он уже сделал всё, что запланировал, и собирался пустить дальнейшее развитие событий на самотёк с минимальным вмешательством со своей стороны. — Я собираюсь доложить обо всём сенатору Нерине. Держи меня в курсе.

— Е-есть, Капитан!

Джон Харлайл внезапно почувствовал, как из-под его ног уходит металлический пол мостика. Весь тот разговор между Ричардом и сенатором… Вся эта экспедиция. Неужели всё было подстроено с самого начала? Но как? Откуда сенатор могла узнать о чёрном камне?

Он был пешкой с самого начала игры. Впрочем, он знал это с самого начала, но думал, что игроком был Макдональд. Выходит… Что и он тоже был пешкой? Что тут происходит? В голове Джона роилась тысяча и одна мысль, и столько же догадок. Он смог поверить в загадочные свойства странного куска породы, но поверить в то, что кто-то умудрился обхитрить самого великого торговца? Нет… Это попросту невозможно. Он никогда не стал бы тем, кто есть, если бы какая-то размалёванная девка на блестящем троне могла обвести его вокруг пальца, и засунуть этот самый палец ему в задницу. Да так, чтобы он сам этого не заметил. Или она не в курсе проделок капитана? Тогда с чего он взял, что она станет ему помогать после того, как он загубил столько жизней? Она ведь «Любит всех граждан Республики», как она сама уже не раз упоминала в многочисленных интервью. Что происходит, о разум вселенной?

Джон Уильям Харлайл не мог найти ни одного вменяемого ответа на все эти вопросы. Он перестал понимать. Перестал понимать различие между причиной и следствием. Но одно он понять ещё вполне себе, мог. Один маленький факт на всём этом полотне загадок всё ещё был прозрачным. Если он будет на мостике в тот момент, когда туда зайдёт капитан… Ему никак не избежать боя. Или смерти, в том случае, если старый вояка всё ещё носит при себе парализатор. Вряд ли он даст Джону возможность притвориться мёртвым ещё раз.

* * *

А вот и он… Джон Харлайл отчётливо слышал его шаги за дверью капитанского мостика. Его дыхание, лёгкую хрипоту, и явный шорох штанин, трущихся между собой с каждым новым шагом активно толстеющего, Николаса. Торговый агент молниеносно осмотрел помещение и ещё раз убедился в том, что ему попросту некуда спрятаться. Он уже делал это в самом начале, и результат был идентичным. Нейронные связи в его голове выдавали всё больше напряжения каждую секунду раздумий, но ответ никак не желал приходить к нему. Словно обиженная девочка, не получившая свой цветок на четырнадцатое февраля, его разум отказывался находить выход из положения. Тупик. Смертельный тупик. Ник уже извлёк свой пропуск из засаленных штанин…

— Эрик, мать твою, Найлс! — изрядно выпивший, Николас, громко выругался в динамик рации и пнул дверь пяткой своего ботинка. Он уже преодолел её, не смотря на опустившуюся на верхнюю палубу, непроглядную тьму. — Где свет?

— Я-я уже работаю над этим, капитан Николас, — Второй помощник капитана сделал абсолютно всё, что было в его силах. Джон Харлайл обязательно отблагодарит его по возвращению домой. Чёрт возьми, ещё как отблагодарит!

Он никак не мог спрятаться под панель управления ранее, ведь с точки обзора прямо подле двери — это пространство превосходно осматривается. В этом он убедился ещё на «Призраке», когда вглядывался в каждый кусочек окружения в поисках опасности. Сейчас же, когда капитан достиг панели и в темноте, он вряд ли будет смотреть под столешницу. Нырнувший туда мгновением ранее, агент смог спокойно выдохнуть и оценить новую ситуацию.

— Ну, что там? — капитан нащупал кнопки и нервно нажал все, которые попались под руку. Компьютер не реагировал никак, если не считать шума самого механизма клавиатуры. — Сын дешёвой шлюхи! Ты хочешь, чтобы я просто сидел и ждал?

— Я-я уже всё. Секундочку, — вместе с последним словом Эрика, на капитанском мостике появился свет. Оставалась только малая вероятность того, что капитан внезапно вспомнит про аварийный генератор и озаботится вопросом возможной диверсии… Но он мгновенно позабыл обо всём, когда экран монитора наконец озарил его распухшее от выпивки, лицо, — тёплым белым сиянием. — Вроде всё. Заработало?

— Уж явно получше тебя, чёртов бездельник! — Николас активно забарабанил по клавиатуре, то и дело встряхивая левой ногой. Последняя, к слову, едва не касалась носа, спрятавшегося под панелью, Джона Харлайла.

Что… Делать? Торговый агент не единожды в своей жизни попадал в переделки, граничащие с опасным идиотизмом. Однажды он даже пытался проскользнуть мимо дремлющего часового с привязанной к ноге, мятой консервной банкой. Как эта самая банка там оказалась — не столь важно. Важно другое. В тот далёкий день он умудрился проскочить незамеченным.

В случае же капитана, он не мог позволить себе даже пошевелиться, ведь каждое из этих движений — вполне могло издать звук или даже задеть ноги Ника. Может быть, попробовать опрокинуть кресло? Нет. Вес самого Джона весьма серьёзно уступал отожратой харе престарелого капитана. Будь у него нож, он не раздумывая перерезал бы ему сухожилия, и быстро вывел его из строя. Но ножа у него с собой не было, а порвать ахилловы сухожилия вручную — возможно разве что в глупых историях старых кинолент.

— Докладывайте, капитан, — на экране монитора тем временем появилась хорошо знакомая обоим присутствующим, фигура сенатора Нерине. Она выглядела гораздо более уставшей, чем прежде. Её глаза обрамили мутные, тёмные круги, а некогда изящное, идеальное лицо — явно вытянулось и осунулось под воздействием истощения. Похоже, она находилась не в самых лучших отношениях со сном. — Мне в очередной раз пришлось нырнуть в грязь, чтобы вытащить нужный ключик от хрустальной шкатулки, капитан Кейн. И я надеюсь, что я сделала это не зря. Вы обнаружили выживших? Спасательная операция прошла успешно?

— Не совсем, сенатор.

— Что значит «не совсем»? — сенатор Нерине, казалось, осунулась её больше. Буквально постарела на глазах. Стресс явно высасывал из неё жизненные силы не хуже, чем из всех остальных смертных. Ты можешь сидеть на троне в то время, как остальные сидят на полу и… Ты всё равно умрёшь в точности также, как и другие.

— Торговый Агент «Эстернал», госпожа сенатор, — капитан встал по стойке смирно и приложил ладонь к своей груди в знак искренности своих слов. Как кровяной насос связан с честностью человека, Джон не понимал никогда. В то же время вынужден был делать тоже самое, когда служил Республике, а не своему собственному кошельку. —