Черный маг - Леонид Кудрявцев

Напротив толстяка и девушки уже встало несколько человек с автоматами. Владелец ружья пристроился сбоку шеренги, вытащил из кармана листок бумаги и стал по нему зачитывать:

— По законам военного времени, в соответствии с декретом, призванным усилить меры борьбы с внутренним сопротивлением отдельных несознательных личностей, а также для устрашения невыявленных врагов передела собственности…

В этот момент Толгрим вышел из кустов и грозно крикнул:

— А ну прекратить самосуд!

Следовавший за ним Алвис, сообразив, что от него требуется, принял максимально грозный вид.

— Это еще что? — спросил один из красных дьяволов.

На голове у него была папаха с выцветшей ленточкой. Какой она раньше имела цвет, догадаться было невозможно. Толгрим, видимо, решил, что он является главным. И не ошибся.

— Мы из ГРНУ, — заявил охотник.

— Откуда?

— Из ГРНУ. Главного решающего и наблюдающего управления. Ваш мандат.

Командир отряда красных дьяволов поспешно вытащил из кармана мятый клочок бумаги и протянул его Толгриму.

Кинув на него беглый взгляд, охотник вернул мандат владельцу и грозно спросил:

— Стало быть, самосудом занимаемся?

— С чего ты так решил?

— Ну как же, расстреливаете не по закону.

— Все по закону. В соответствии с новым декретом об усилении борьбы. Я вон и приговор, как положено, от имени кровавой тройки зачитывал. Почему не по закону?

— А обыск? — холодно поинтересовался Толгрим. — Обыск вы, как положено, провели?

— Нет.

— Стало быть, это самосуд. А как самосудчиков, вас положено…

— Подвергнуть обсуждению?

— Именно.

Алвис видел, как командир что-то беззвучно пробормотал, вероятно выругался. Толгрим бросил на командира суровый взгляд и, по-хозяйски отстранив в сторону, подошел к толстяку и девушке. Те, похоже, были на грани обморока.

Остановившись возле приговоренных к расстрелу, Толгрим опять же по-хозяйски их осмотрел. Девушку он рассматривал несколько дольше, чем толстяка.

Командир красных дьяволов подошел к нему и, угодливо улыбаясь, сказал:

— Настоящие контрики. Сразу видно.

— Девушка национализирована? — отрывисто спросил Толгрим.

— Нет.

— Ага, значит, ко всему прочему еще и разбазаривание людских ресурсов. Плохо, очень плохо. Боюсь, одного обсуждения будет мало.

Командир побледнел.

— Но мы хотели…

— Я не спрашиваю, чего вы хотели, — Толгрим говорил отрывисто, приказным тоном. — Немедленно садитесь в машины и отправляйтесь на митинг. Вы уже опаздываете. Потом вернетесь и закончите обыск. Арестованные будут доставлены куда надо.

— Слушаюсь! — радостно крикнул командир отряда красных дьяволов. Похоже, ему очень хотелось оказаться от этих суровых представителей странного ГРНУ как можно дальше.

Красные дьяволы поспешно рассаживались по машинам. Тот, у которого было ружье, бросил на Толгрима подозрительный взгляд, но уселся тоже. Взревели моторы. Машины, одна за другой, исчезли в воздухе.

— А теперь что мы будем с ними делать? — спросил Алвис.

— Как — что? — удивился Толгрим. — Доведем до ближайшей гостиницы. Надо поторопиться, пока красные дьяволы не вернулись.

Толстяк побледнел и медленно сполз на мостовую.

— Займись им, — попросил Толгрим. — Нам нужно как можно скорее дать отсюда деру.

«Почему не девушкой? — подумал Алвис. — Она вроде ничего, довольно красивая».

Все же он наклонился над толстяком и похлопал его по щекам, пытаясь привести в чувство. Наконец толстяк открыл глаза, взглянул на Алвиса и пробормотал:

— Где этот, в черном? Нас уже расстреляли?

— Папаша, все нормально, — проговорил Алвис. — Те, кто хотел вас расстрелять, уехали. Но они могут вернуться. Поэтому давай-ка ноги в руки и бегом к ближайшей гостинице.

Он помог толстяку подняться. Девушка, до этого стоявшая почти неподвижно, вдруг шагнула к Толгриму и положила ему руку на плечо.