Охота на ликвидатора - Сергей Раткевич

— Идите! — прошептал он тварям, указывая на вход. — Уничтожьте все живое, что там есть, и принесите Ключ!

Волна жутких тварей хлынула вниз по ступеням. Эйх Шенред остался ждать.

Стояла темная, безлунная ночь. И где-то далеко глухо выли волки.

* * *

Ночь прошла спокойно. Лишь под утро Эссиль приснился странный сон.

Ей снилось, что они все еще плывут на корабле, что рассвело и капитан явился пожелать им доброго утра. Вот только капитан — не тот седоусый старик, который вчера вечером желал им доброй ночи, а кто-то совсем другой. С изумлением вглядываясь в странно текучие черты, Эссиль вдруг с ужасом поняла — перед ней Нарс Меррик! То есть Эйх Шенред, конечно…

Лживая вежливая улыбка превратилась в злобную усмешку, ледяные глаза полыхнули силой, а рука метнулась быстрей молнии и схватила Ключ.

— Ты умрешь! — прошипел маг. — Вы все умрете!

И вонзил «стрелу мира» Эссиль в горло.

Эссиль дернулась и попыталась закричать, но в горле торчала «стрела мира», проклятый вампирский Ключ, торчала и не давала кричать. Вместо звуков наружу выплескивалась кровь. Она собиралась в здоровенные кровавые шары, которые начинали летать по каюте. А маг смеялся и поворачивал «стрелу» в ране. Откуда-то появился Уннар и бросился на мага, но тот увернулся, вырвал «стрелу» из горла Эссиль и вонзил ее Уннару в живот. И Уннар рассыпался прахом.

— Вот видишь… он никогда не был живым, — сказал маг. — А ты променяла меня на него. Предательница. А он — вампир. Тварь. Ничего. Я тебе покажу, как предавать. Эй, Виллет, Шейди!

Вбежавшие девчонки уставились на мага, явно ожидая приказаний.

— Режьте ее! — велел маг, указывая на Эссиль.

— На кусочки? — спросила Шейди, доставая огромный нож.

— На кусочки, — кивнул Эйх Шенред.

— Девчонки… — прошептала Эссиль.

— В этом мире они — мои ученицы, — улыбнулся маг. — Тебе их не разжалобить. Ты умрешь. Но это случится не сразу. Девочки понимают толк в добротных мучениях.

Виллет улыбнулась Эссиль и вонзила свой нож ей в живот.

Эссиль скорчилась от невероятной боли и, наконец, закричала. Не горлом, но всем телом. И этот крик вышвырнул ее в ночь. Не было каюты, не было Эйха Шенреда, не было жутких девчонок и пепла Уннара под ногами. Ничего не было. Только темнота и ночь. И звезды. Тусклые, далекие, но настоящие. Эссиль висела в пустоте, и пустота полнилась голосами. Это все, что в ней было, — голоса. Глухие, страшные…

«Отдай Ключ… Ты посмела коснуться Ключа… Отдай Ключ, и мы не тронем тебя…»

«Нет, — тотчас вмешался какой-то другой голос. — Любой коснувшийся Ключа умрет».

«Что ты делаешь… Она же не отдаст… Не слушай его, нам нужен только Ключ… Отдай, и мы не тронем тебя…» — вновь взвился первый голос.

«Ты посмела коснуться Ключа — ты умрешь!» — оборвал его второй.

«Замолчи, ты не умеешь обращаться со смертными!»

«Маленькие дурочки тоже касались Ключа! — внезапно мелькнуло в голове Эссиль. — Так что? Они — тоже умрут?!»

«…тоже умрут… — шептали голоса в голове. — …тоже умрут… Все, кто посмел коснуться Ключа… все… все…»

«Молчи, что ты делаешь… Молчи… Мы не станем никого убивать… Просто отдай — и все…»

«Умрут… умрут…»

— Так нет же! — яростно прошептала Эссиль. — Они не умрут. Они — мои. Не отдам, ясно?! Это вы умрете… все.

«Отдай Ключ… отдай Ключ… отдай…»

«Умрут… умрут… смерть… смерть всем…»

Один голос принадлежал Эйху Шенреду, второй… Должно быть это — иерарх, решила Эссиль. Или еще кто-то?

Она тряхнула головой и тьма развеялась.

«Я проснулась», — сама себе сказала Эссиль. И вдруг сообразила, что совершенно голая. Более того, рядом с ней кто-то есть…

«Уннар посмел… А девчонки как же? И Шиана? Они что — все это видели? А я — даже не проснулась?» — Эссиль не успела додумать эту мысль, когда сообразила, что лежит вовсе не на расстеленной на каменном полу подстилке, а на роскошном широком ложе под балдахином. А мужчина рядом — тот, чья рука сейчас покоится на ее бедре, — Орф Ренри. Маг, начальник и любовник в одном лице. Рука Орфа Ренри медленно заскользила по коже.

— Ты должна избавиться от своих спутников, — прошептал он.

— Избавиться? — выдохнула Эссиль.

— Лучше всего будет их убить, — прошептал маг. — Но если это невозможно — хотя бы сбежать от них.

— Почему? — изумилась Эссиль.

— Твой Уннар ненадежен… и он лжет. Ближе к столице он намеревается убить тебя и отнести Ключ совсем в другое место. К тем, кто его на самом деле нанял… А эльфийка — ее брат создал Стаю, о чем тут еще говорить? Будем ждать, пока она тоже что-нибудь создаст?

— Ну, знаешь… Давай тогда на всякий случай вообще всех убьем, вдруг они тоже что-нибудь сотворят?! — возмутилась Эссиль.

— Недурная идея, я подумаю, — откликнулся маг. — А пока — делай, что я говорю. Хотя бы оставь их, если не в состоянии с ними справиться, и продолжай путь одна.

— Одна? А девчонки?

— Ничего не случится с твоими девчонками. Ты, главное, Ключ мне принеси.

— Тебе? А не старшине гильдии охотников?

— Нет. Мне. С нашим уважаемым старшиной я сам разберусь.

— А… его величество, секретная служба?

— Это — мое дело. Твое дело — принести мне Ключ.

Орф Ренри привстал, наклонился к Эссиль, и она увидела, что у него три головы.

«Это сон, — сказала она себе. — Я сплю и вижу весь этот бред!»

— Пошел прочь, — сказала она своему начальнику, отталкивая его в сторону.

Он исчез, а вместо него Эссиль приснился король, его величество Тэйптон.

— Ключ, — сказал король, уставясь на Эссиль безумным взглядом. — Немедленно отдай мне Ключ!

— Э-э-э… сейчас, ваше величество… — Эссиль потянулась к поясу, где должен был висеть Ключ, но его там почему-то не оказалось.

— Ключ! — взревел король страшным голосом и бросился на Эссиль, жуткие зубы лязгнули у самого уха, кривые когти рванули плечо.

Это был не король!

Это была тварь, слепленная Нарсом Мерриком, то есть Эйхом Шенредом! Это был монстр! Эссиль вскинула арбалет и вогнала в голову твари всю обойму.

Монстра отбросило на несколько шагов, с его головы слетела корона. Слетела и, звеня, покатилась по полу.

Она катилась, меняя вокруг себя мир. Из пола вырастали эльфийские гробницы, арки, лестницы, колонны… Взгляд Эссиль уперся в стену с изумительно изображенным на ней бушующим океаном… Очень знакомую стену с очень знакомым океаном.