Регулюм - Василий Головачев

Она не отвечала с минуту, слезы скатывались по ее щекам, но она их не вытирала. Потом, не поднимая глаз, ткнулась лбом в плечо Панова и разрыдалась. Он не мешал ей и не успокаивал, только гладил по волосам и ждал, когда потрясение и пережитое волнение, вызванные страшным открытием, выльются слезами. Он был уверен, что поступил правильно.

* * *

Голод и жажда заставили их обсудить положение и попытаться прикинуть план дальнейших действий.

Хронотранс был захвачен «волками» РА.

Вина за это лежала на Вадиме, на минуту покинувшем рабочую зону «машины времени»: захотелось в туалет. Как только он пристроился к стеночке в дальнем конце бункера, сработала финиш-аппаратура, и в бункере появилась команда ликвидаторов Теодора Юхаммы, жаждущего отыграться за прошлое поражение.

По следам беглецов шел чисба СТАБСа, или чистильщик, как его назвала Диана, то есть тот же ликвидатор, только уровнем повыше. Почему именно он догонял группу Панова, можно было только гадать. Вероятно, руководству СТАБСа не понравилась самодеятельность новоиспеченного абсолютника, и оно решило убрать его во избежание непредсказуемых последствий. Слова Теодора, что Панов потребовался его отцу живым, еще ничего не гарантировали.

– Итак, мы в патовом положении, – подвела итоги совещания Диана. – А точнее – в тупике. Покинуть «хрономогилу» без хронотранса невозможно, пробиться из нее с помощью своих собственных сил тоже невозможно. Во всяком случае, я не смогла. Ваши предложения, герои? Станислав, эйконал тебе ничего не подсказывает?

Стас сумрачно покачал головой. Он уже пытался найти выход из положения, «шевеля» мысленно «сливовой косточкой» эйконала, но ответа на свои вопросы не получил. Вероятно, инба Цальг в такие передряги не попадал и опыта выхода из «хрономогилы» не имел.

– Эх, в баньку бы сходить! – в который раз мечтательно проговорил Вадим, напоминая всем о существовании доступных всем землянам удовольствий, о которых здесь можно было только мечтать. – Люблю попариться, знаете ли… Между прочим, баня снимает нервное напряжение и переутомление, улучшает аппетит и сон и стимулирует регенерацию тканей, в том числе костных. Вот вылезем в свою благословенную реальность, я вас всех обязательно свожу в сауну.

– Аригато, Вадима-сан, – с иронией сказала Диана. – Ты нам очень помог своим советом.

Вадим виновато опустил голову. Он только хотел всех подбодрить, а вышло неудачно.

– Может быть, лучше вернуться домой? – робко проговорила Дарья. – Ну, то есть к нам на Землю? Заявить в милицию, что нас преследуют, рассказать им все…

– Чисба достанет нас везде, – покачала головой Диана. – Никто нас на твоей родине не сможет защитить. Остается один вариант…

– Какой? – в один голос воскликнули все трое.

Диана посмотрела на Стаса, прищурясь.

– Тебе придется увести погоню за собой. Мы останемся тебя ждать.

– Один он не прорвется, – разочарованно махнул здоровой рукой Вадим. – Да и мы тут не выдержим, загнемся от голода и жажды.

– Мы вернемся в мир Даши, поживем у ее друзей в Москве.

– Но Стас не сможет…

– Попытаюсь, – перебил Борича Панов. – В конце концов у меня есть универм и клад в башке с чужим знанием. Я должен прорваться!

Наступила тишина. Все оценивали тон, каким были сказаны последние слова, разглядывали лицо Стаса с решительно сжатыми губами и молчали. Наконец Вадим подошел к нему, сжал локоть, протянул подаренный ему нож.

– Возьми, тебе он нужней.

Дарья тоже приблизилась к Панову, заглядывая в лицо снизу вверх.

– Ты ведь вернешься, правда?

– Вернусь! – железно пообещал Стас, чувствуя исходящее от девушки тепло, и поцеловал ее в губы.

– Браво! – раздался вдруг чей-то гулкий басовитый голос, и на площадку перед хрустальной глыбой стратегала из-за отростка «мха» вышел гигант в «латах», сделал три хлопка в ладони. – Я даже прослезился, право слово. Все-таки вы, люди, иногда можете вызывать добрые чувства. – Говорил пришелец по-русски чисто, с едва уловимым «прибалтийским» акцентом.

Лицо у нежданного гостя было вполне человеческое, разве что слегка иных пропорций, а вот глаз было три, и все они светились зеленоватым светом, источая ощутимое физически безразличие ко всему на свете и легкое пренебрежение.

– Вы можете оставаться, – указал гигант длинным пальцем (руки у него были в чешуйчатых перчатках) на Вадима и Дарью. – Мне нужны эти двое.

– Кто это?! – прошептала Дарья.

– Чисба Хинль, – ответила Диана, о чем-то размышляя. – Правая рука комбы Оллер-Бата. Не так ли, коллега?

Гигант осклабился:

– Вы как всегда правы, агент Ди. Итак, вы идете со мной добровольно или мне придется применить силу?

– Зачем ты натравил на нас «волков» РА?

– Они хорошо сыграли роль загонщиков, только и всего. Мне было легко следить за вами.

– Чей ты все-таки агент? – негромко поинтересовался Вадим.

Диана оглянулась на него, в глазах ее мелькнули грустные и одновременно насмешливо-сочувственные огоньки.

– Я агент СТАБСа, капитан. Но, кроме этого, я еще и человек.

– А он?

– Он атлант. Землянин, но не человек. Атланты попытались около миллиона лет назад взять под контроль Регулюм, но у них ничего не вышло, марсиане подмяли их под себя. Правда, и сами потом канули в небытие, когда на сцене истории появились наши предки, борейцы. Стас, ты принял решение?

– Принял, – лаконично ответил Панов.

– Эй, люди, – забеспокоился чисба, – давайте без фокусов, мне бы не хотелось…

– Универм! – коротко бросила Диана, внезапно исчезая.

В то же мгновение Стас активировал чешуйчатую «шишку» универма и метнул в гиганта мономолик.

Все произошло так быстро, в течение десятых долей секунды, что чисба не отреагировал на атаку должным образом. К тому же он не принял летящий в него нож за реальную угрозу и приготовился лишь отбить разряд универма, а также рассредоточил внимание в поисках Дианы. И проиграл.

Мономолик с треском пробил «латы» атланта, вошел ему в грудь по рукоять. Рядом с ним возникла Диана, ударила по руке с появившимся в ней странным грибовидным наростом, и всплеск невидимой энергии, выпущенной наростом, испарил часть пола и заросль «мха», миновав людей.

Чистильщик СТАБСа отшатнулся, переводя взгляд на свою грудь, и тотчас же бликующая «пленка» полевого сгустка, выпущенная универмом, обволокла его и превратилась в «стеклянистый» кокон. Покачавшись немного, кокон упал с отчетливым стеклянно-металлическим звоном и остался лежать неподвижно.

– А говорил – не мастер по метанию ножей, – проворчал Вадим, ошеломленный результатом короткого боя.

– Это не я, – отозвался Стас, ошеломленный не менее. – Это живет внутри меня…