Инкарцерон - Кэтрин Фишер

— У него знак династии Аваарна на запястье.

— Неужели? Позволь я кое-что расскажу тебе об Узилище. — В его голосе зазвучали жестокие нотки. Шагнув к ней, он остановился перед стулом, глядя на нее сверху вниз. — Инкарцерон — замкнутая система, туда ничего не поступает и ничего оттуда не выходит. Когда Узники умирают, атомы их тел, их кожа, их органы используются вновь и вновь, по кругу, до бесконечности. Когда не хватает органических тканей, в дело идут металл и пластик. В каждом Узнике есть частицы других. Орел на руке у Финна не значит ровным счетом ничего — он мог вообще принадлежать кому-то другому. Как и проблески воспоминаний, которые у него бывают.

То, что говорил отец, было ужасно, Клаудия не хотела слышать этого, но не могла вымолвить ни слова, чтобы остановить его.

— Этот мальчишка — вор и лжец, — безжалостно продолжал он. — Я полагаю, он признался тебе, что принадлежал к шайке головорезов, живших грабежом и разбоем?

— Да, — с вызовом бросила она.

— Надо же, какая честность. А рассказал он тебе, каким образом у него оказался Ключ? Говорил, что владевшая им до него женщина нашла свою смерть на дне пропасти? И это после того, как он обещал ей полную безопасность?

Клаудия молчала.

— Видимо, нет. — Он отступил немного назад. — Пора покончить со всей этой чепухой. Верни мне Ключ, Клаудия. Немедленно.

Она помотала головой.

— Сейчас же, Клаудия.

— У меня его нет, — прошептала она.

— Значит, он у Джареда.

— Джаред ни при чем!

Он схватил ее за руку, притянув к себе. Холодные пальцы сжали запястье словно в тисках.

— Верни мне Ключ или пожалеешь!

Не в силах вырваться из железной хватки, она обожгла отца разъяренным взглядом из-под спутанных волос.

— Ты ничего не сделаешь мне. Я нужна тебе для выполнения твоих планов, и ты знаешь это!

Мгновение они смотрели друг на друга, потом он кивнул и выпустил ее руку. На запястье остался белый след — как от кандалов.

— Ты права, я ничего не могу сделать с тобой, — хрипло произнес он.

Ее глаза торжествующе расширились.

— Но кроме тебя есть этот Финн. А еще есть Джаред.

Не отрывая от него глаз, Клаудия попятилась, вся дрожа. На спине у нее выступил холодный пот, язык словно присох к небу. Повернувшись, она бросилась к выходу, но голос отца настиг ее на пороге, и она услышала то, чего боялась:

— Из Узилища нет дороги назад, Клаудия. Верни мне Ключ.

Она захлопнула дверь. Слуга, проходивший мимо, так и вылупился на нее. Взглянув в зеркало напротив, Клаудия увидела, что было отчего: отражение показывало всклокоченную фурию с красным, перекошенным от гнева и страдания лицом. С трудом подавив ярость, рвавшуюся наружу, она метнулась в свою комнату, закрылась изнутри и бросилась на кровать.

Ударив кулаком подушку, она зарылась в нее лицом и свернулась в комочек, охватив себя руками. Вдруг что-то шелестнуло. Клаудия приподняла голову и увидела пришпиленную к подушке записку от Джареда: «Я обнаружил нечто необычайное. Нужно увидеться». Едва она дочитала до конца, как записка превратилась в пепел. Но у Клаудии не было сил даже улыбнуться.

Финн, крепко держась за ванты, смотрел на открывающийся далеко внизу пейзаж. Там, среди разбросанных повсюду озер с вязкой жидкостью сернисто-желтого цвета, отвратительный запах которой достигал даже сюда, паслись на склонах странного вида животные. Тень от корабля накрыла стадо, и животные, испугавшись, неуклюже бросились врассыпную. Впереди были опять все те же озера, окруженные только низкорослым кустарником, а направо, насколько хватало глаз, простиралась пустыня, терявшаяся в дымке.

Они шли выбранным наобум курсом уже несколько часов. Гильдас провел немало времени за штурвалом, уверенно держа корабль высоко в воздухе, и наконец раздраженно крикнул, чтобы кто-нибудь его сменил. Вторым заступил Финн. Странное было ощущение — управлять колеблемой воздушными течениями и ветрами громадной махиной, которая несет тебя вперед. Вверху, прямо над головой, хлопали паруса, то надуваясь, то опадая вновь. Еще дважды судно проходило через облака — во второй раз температура значительно упала, и когда они наконец вышли из серого марева, словно облеплявшего все кругом, штурвал и борта покрылись ледяными иголками, со звоном опадавшими вниз, на палубу.

Аттия принесла ему попить.

— Воды на корабле сколько угодно, — сообщила она, — а вот еды нет.

— Совсем нет?

— Ни крошки.

— Что же, Блэз не брал с собой провизии? Странно.

— В общем, у нас только кое-какие остатки, которые прихватил с собой Гильдас. — Пока Финн пил, она держала курс, вцепившись маленькими руками в мощные спицы рулевого колеса. — Он рассказал мне о кольце, — добавила она.

Финн вытер губы.

— Ты слишком добр ко мне. Теперь я перед тобой в еще большем долгу.

Снова взяв штурвал в свои руки, он проговорил ворчливо, но в то же время с затаенной гордостью:

— Мы теперь вместе. И я не был уверен, что это сработает.

— И как только Кейро согласился расстаться с ним!

Финн пожал плечами. Она пристально смотрела на него, потом ее глаза устремились вдаль.

— Взгляни только, какая красота! Я всю жизнь провела в узком туннеле, где хибары стояли друг на друге, а тут такой простор!..

— У тебя остался там кто-то из родных? — спросил он.

— Да, братья и сестры. Я была самой младшей в семье.

— А родители?

— Нет. — Она покачала головой. — Сам понимаешь…

Он понимал. Жизнь в Узилище непредсказуема, и мало кто доживал до старости.

— Ты скучаешь по ним?

Она застыла в неподвижности, не убирая рук со штурвала.

— Да. Но… — Она улыбнулась. — В жизни все так странно. Когда я попала в неволю, то решила, что все уже кончено. И вдруг — вот где я оказалась.

Финн кивнул.

— Ты правда думаешь, что тебя спасло кольцо? — спросил он. — Или это сработало рвотное Гильдаса?

— Меня спасло кольцо, — твердо ответила она. — И ты.

У него такой уверенности не было.

Финн улыбнулся, глядя сверху на бездельничающего на палубе Кейро. Когда пришла его очередь, тот, бросив быстрый взгляд на огромное колесо штурвала, отыскал где-то веревку и закрепил его в одном положении, привязав к палубе, а сам преспокойно уселся рядом.

— Врезаться куда-нибудь нам ведь все равно не грозит, — заметил он нахмурившемуся Гильдасу.

— Глупый юнец, — проворчал тот. — По крайней мере, следи в оба.

Они летели над холмами из меди и стеклянными горами, над лесами металлических деревьев. Внизу проплывали закрытые со всех сторон долины с отрезанными от остального мира поселениями, огромные города и даже однажды замок с развевающимися на башнях флажками. Увидев его, Финн вздрогнул, подумав о дворце Клаудии.