Империя Тигвердов. Танго в пустоте - Тереза Тур

Пытаюсь встать — выпить успокаивающую микстуру Ирвина. Не получается, и я куда-то проваливаюсь, куда-то бегу. Бегу, крича и задыхаясь, к порталу ярко-синего цвета. Почти добежала — еще бы чуть-чуть! Но портал все время удаляется… Липкой от пота спиной я чувствую погоню. Знаю, что с каждым ударом сердца они все ближе и ближе. Я почти падаю, стремительно теряя силы… Влетев, наконец, в портал, вдруг оказываюсь в теплых руках Ричарда.

— Ну что же ты… — шепчет он мне на ухо. — Все хорошо. Ты в безопасности. Спи.

…

Проснулась с мыслью — ну и гадость же мне сниться. Хотела повернуться — поняла, что все внутри живота ноет. И страшно хочется пить. Голоса нет — в горле все пересохло.

— Ника, — склонился надо мной Ричард. — Очнулась…

— Пить, — складываю я губы.

— Нельзя, — промакивает их влажной салфеткой Ричард. — Ирвин запретил…

— Что?.. — на «случилось» — у меня уже не хватает сил.

— Покушение. Ранение. Ты в поместье. Дети и родители здесь же.

— Грей? — вспомнила я.

— Погиб. В дверь смущенно постучали.

— Прочь! — рычит принц Тигверд.

Будь я на месте кого бы то ни было за дверью, — не просто удрала бы из дома, но и сменила бы страну проживания. Во избежание, так сказать.

— Милорд, — голос у Джона был очень-очень несчастный. — К вам … пришли.

— Гони всех, — продолжил гневаться хозяин поместья.

Если бы у меня были силы, я бы согласно кивнула.

— Простите, но к вам делегация военных.

— И что им понадобилось?

— Старшие офицеры прибыли по поручению армейских частей. Узнать, живы вы или им поднимать восстание, чтобы отомстить за вашу кончину.

— Они там что — совсем озверели? — вскочил Ричард. Посмотрел на меня.

— Иди, — сложила я губы.

— Ирвина сейчас нет в поместье. Покушение на тебя было не единственным. Маги не стали дожидаться арестов — устроили охоту на тех, кто поддерживает моего отца. Милфорд и Швангау занимаются поимкой мятежников. Удо Либревер сбежал, или его убили — выясняем. Я пришлю к тебе Феликса. У него открылся талант — мальчик будет целителем.

Я вспомнила. Мой сын умудрился в одиночку, чисто на интуиции, остановить мне кровотечение — и поддерживать во мне жизнь до тех пор, пока не пришла помощь. Мне хотелось спросить Ричарда, что он об этом думает, — но говорить было еще слишком тяжело. Ричард коснулся меня губами — и стремительно вышел.

Мое семейство пробралось в полном составе. Отец окинул меня внимательным взглядом, поцеловал — и, пробормотав:

— Надо парню помочь, а то у них тут один сплошной бардак, — отправился догонять Ричарда.

Мама взяла меня за руку — и попыталась улыбнуться. Получилось не очень, но я оценила, растянув пересохшие растрескавшиеся губы в ответном жесте. Рэм и Паша расположились на диванчике. А Феликс стал меня лечить, потихоньку вливая силы — я почувствовала нежное тепло.

— Прошло уже два дня, — тихо говорила мама. — Ирвин не давал тебе прийти в себя. Но ты металась. Я чувствовала, что тебе очень страшно. И только рядом с Ричардом, когда он обнимал тебя и говорил, что все хорошо — ты успокаивалась.

Феликс промокнул мне губы — и приказал:

— Мама, спи. На этот раз сон был без сновидений.

Еще одно пробуждение — рядом Ирвин.

— Как вы, миледи?

— Хорошо, — шелестю я.

— Замечательно. Тогда — давайте попробуем выпить глоток водички.

Я делаю этот самый вожделенный глоток — пытаюсь набрать воды в рот как можно больше.

Ирвин смеется:

— Не жадничайте!

Вода придает силы — и я спрашиваю:

— Ричард… военные?

— Все в порядке, — кивает Ирвин. — Только в столице волнения.

Я вздрогнула.

— Нет-нет. Это не бунт против императора, — поспешил успокоить меня целитель. — Просто редакцию «Имперского вестника» и типографию, что принадлежала этому печатному… органу… все-таки спалили.

— Они? — спросила я.

— Да. Это они напечатали статью о том, что по приказу императора Фредерика был казнен его старший сын, командующий Тигверд. По счастью, военные сначала явились сюда — поговорить с Джоном. Они убедились, что принц Тигверд жив — это их успокоило. Но, к сожалению, узнали также и то, что на вас было покушение. Так что… Спалили все, — Ирвин беспечно махнул рукой.

— Однополчане?

— Они как раз не успели. Ветераны присоединились к военным чуть позже, когда все уже пылало.

— И что теперь будет? — поинтересовалась я. — Император пожурит военных — пожал плечами целитель — Но не больше.

— А маги?

— Арестованы. Идут допросы.

— А Либревер? — Не знаю, миледи. По одной версии главный маг императорского двора, наследник рода самих Либреверов — сбежал. Если это так — скандал будет неслыханный. Ни одно поколение этой уважаемой фамилии были преданы императору и его семье… Позор. Но также говорят, что, возможно, Удо Либревера убили мятежники. Не знаю, не знаю… Но одно могу сказать — очень много пострадавших. А у меня, сами понимаете — много работы.

Он разрешил выпить мне еще глоточек воды. Распорядился, чтобы возле больной не сидели все кучей, велел выдавать мне чайную ложечку воды каждые полчаса, и ушел.

Со мной остался Паша. Потом его сменил Рэм. Мама. Феликс. А когда я открыла глаза в очередной раз — рядом был Ричард.

— Ника, — прошептал он.

— Привет, — тихо ответила я — надо же, голос появился…

— Прости меня…

Я смогла кивнуть — и тут поняла, что… прощаю. Не было изматывающего гнева. Не было тянущей боли в сердце. Не было мерзкой, вкрадчивой злобы в душе. Глупая гордость больше не прорастали по всему моему существу жгучей обидой — разрывая и сжигая остатки здравого смысла… Только радость от того, что мы живы, только счастье от того, что он рядом… А все остальное — оказывается — просто несущественно. Я с улыбкой посмотрела на Ричарда — и поразилась тому, каким бледным стало его лицо…

— Что с тобой? — Ничего, — помертвевшими губами ответил он.

— Плохо? Ирвина? Он лишь отрицательно покачал головой — дождался, пока ко мне пришел Феликс — поклонился — и ушел.

— Что с ним? — спросила я у сына.

— Не знаю, — проводил он настороженным взглядом принца Тигверда. — Может, что-то с расследованием не так.

* * *

Пока лежала и приходила в себя, было время подумать. Я поняла, что жизнь моя и моих близких изменилась — и своим упрямством я просто-напросто подвергаю всех нас опасности. Поняла, что единственный мужчина, с которым хочу состариться — находится рядом со мной. Нравится мне это или нет…