Попаданка ледяного дракона - Любовь Свадьбина

Саран распахивает невидящие глаза. В них мерцают кристаллики льда, во всём его теле: уплотняя, меняя, усиливая. На коже проступает голубоватая, точно топазы, чешуя.

Магия артефакта обнаружила его вторую половину –  не просто подходящую пару избранную, а истинную пару – денею.

Саран оборачивается драконом, разнося цепи, чёрные кандалы и дирижабль в мелкие осколки и щепки.

«Витория!» – взывает он мысленно, но не получает ответа.

Его пронзает луч белого света, выстреливает в небеса.

Родовой артефакт вливает магию в тело Сарана так резко и быстро, что иного дракона это бы убило, но Сарана это окончательно изменяет: его поднимает в воздухе, чешуя покрывается белоснежной бронёй. Когти растут, растут кости и мышцы.

«Витория», – Сарана пронизывает ужасом: он её совсем не чувствует, будто её нет, но бьющаяся в нём магия доказывает обратное: Витория жива. Рядом. Она его истинная пара, его сердце, жизнь, душа – всё.

Распахнув крылья, он выпускает ледяные смерчи. Смотрит, но не видит собравшихся на отбор и нападающих. У него одна цель: найти Виторию, укрыть её своим крылом, чтобы её трансформация, возможная только рядом с ним, завершилась, сотворив из человеческой девушки настоящую драконессу. И тогда никто не сможет их разлучить.

Опустившись на землю, Саран оглашает окрестности чудовищным рыком, призывая свою вторую половину вернуться, прижаться к нему, разделить этот дар Великого дракона, жизнь, чувства…

Но Витория не отзывается.

Зато теперь Саран видит вестников Бездны – врагов, которые могут её отнять, и его охватывает ярость.

***

Вспышка белого света выстреливает в небо, озаряет лес. И меня ударяет, прошивает насквозь, что-то закручивается внутри, кипит. Завалившись на мох, краем глаза среди расплывающихся крон вижу столб сияния.

От Академии доносится рык.

Странное чувство пробивает и Семиглазку, она болезненно вскрикивает – и умолкает.

«Семиглазка!» – накатывает паника, а коса молчит.

Морда с огромными чёрными глазами нависает надо мной.

Меня сотрясают судороги, но я пытаюсь отползти: не хочу к властям, не хочу под арест, не хочу…

– Да стой ты, – шестилапое чудище судорожно меня оглядывает. – Погоди, дурёха!

– Не арестовывай, – шепчу в ужасе. Перед глазами пляшут искры, кажется, что всё вокруг белеет.

– Про закон я пошутил! – бормочет чудище. – Вставай, нам надо уходить. Тебе надо уходить. Срочно. Прямо сейчас… иначе…

Сквозь звон в голове снова прорывается яростно-тоскливый драконий рык. Белые крылья вспыхивают на синеве неба.

Белый дракон – как тот, что забрал Сарана. Наверное, это его отец… если поймает меня – убьёт.

– Проклятье, – шипит белое шестилапое чудовище, ухватывает меня зубами за рубашку и тянет прочь, судорожно машет крыльями, поднимая над корнями, ветками.

Чудовище тащит меня от Академии, и немота в теле, ощущение, что мои кости замораживает и ломает, постепенно отступает.

– Зачем ты это делаешь? – шепчу я. – И что со мной? И кто ты? И…

Силы иссякают. Семиглазка зацепляется за куст, и котоподобное чудовище отпускает меня, чтобы выпутать косу из плена веток.

– Зови меня Повелитель, – заявляет неведомое существо. – Та магия, которой ты ударила по Академии – она мне родная, она вернула мне часть сил, и я надеюсь, ты достаточно благодарна, чтобы напитать меня ещё больше. А с тобой… Тебя, моя дорогая, прокляли драконы. Единственный способ спастись – увеличить дистанцию между вами. Так что давай, шевели лапами, нам надо уходить.