Миссия. Без вариантов - Надежда Федотова

— Вот так-то! И чего у нас тут? У-у-у, отдыхайте, друзья мои, это надолго.

— Может, тебе помочь? — с готовностью высунулась девочка.

— Стой смирно, — остановил ее Грэй, — а то ты сейчас так поможешь, что ни один специалист потом не разберется. Не мешай ему… Ваше величество, прекратите немедленно! Что вы там пытаетесь нажать?

— Да ничего… так, кнопочку… красненькую. Вот тут, сбоку! Она для чего?

— Для того, чтобы вы ее не трогали! Отойдите от пульта сейчас же. Ей-богу, вы иногда еще хуже Морган.

— А что, такое бывает? — хихикнули из-под днища установки. — Ну надо же…

— Вася!

— Я пошутил, пошутил, зая! Грэй, у тебя случайно отвертки нет?

— Нашел водопроводчика.

— Н-да, коротко и ясно… — Снизу заскрипело, зашуршало, и системщик, отплевываясь, заявил: — Спасение человечества — это, разумеется, дело почетное! Только кто мне, интересно, визит к дантисту оплатит? Чуть без передних зубов не остался… Готово!

— Уже?!

— Ага, сейчас тебе — уже. Дышите ровно, напарник, это я только до главных схем добрался…

Он затих, погрузившись в анализ разноцветных хитросплетений проводков и контактов. Который из них? Нужен всего один, а тут их — сотни! Без браслета плохо, можно было с папки пару подходящих программ закачать… «Ладно, попробуем по аналогии. Как мы там лет пять назад университетскую базу взламывали? Ректор, жук еще тот, догадался сетевую заглушку в схему впаять… И что, спасло его это? Нет! Вот и Председателя не спасет».

— Душно тут, — вздохнул базилевс, которому на самом деле стало просто скучно. — Пойду, воздухом подышу…

— Только тихо, — предупредил наемник. — И далеко не уходите, у двери стойте.

Царь кивнул. Морган покрутила головой в поисках стула и, не найдя его, присела на край узкого подоконника, набросив на плечи Васин пиджак.

— Гиппокрит, наверное, скучает по дому, — сказала она.

— Наверное. А ты? Не скучаешь? — Грэй посмотрел на нее. Девочка подумала, склонила голову набок и улыбнулась виновато:

— Нет. Мне с вами так нравится! И совсем не скучно. А там… даже поговорить не с кем!

— А Голос твой?

— Он, знаешь, неразговорчивый. И ужасно нудный. И еще — его нельзя увидеть, а вы живые. И хорошие…

Он улыбнулся.

— Серенький! — Она нерешительно поводила носком туфельки по полу и спросила: — А меня не отправят обратно?

— Нет.

— Правда? — Карие глаза требовательно смотрели ему в лицо.

— Не отправят. Не бойся, — сказал наемник. «Пусть только попробуют, — подумал он. — Я уже остаться решил… И уж точно не ради прекрасных глаз тринадцатого!»

На минуту в комнате стало тихо.

— Морган?

— Что, серенький?

— Я, собственно… Я хотел сказать… Просто еще неизвестно, чем все это кончится, поэтому, наверное, лучше сейчас…

— Напарник, меньше слов, больше дела!

— А ну закройся! — с досадой цыкнул Грэй. — В каждой бочке затычка. Морган! Я понимаю, тебе всего семнадцать лет, и я тебе в отцы гожусь, но…

— Серенький…

— Не перебивай, пожалуйста. Я и так терпеть не могу все эти объяснения. Ты просто скажи, ты могла бы… — Он замялся, подбирая подходящее слово. — Ты могла бы… Э-э…

Васенька, лежащий под установкой, страдальчески закатил глаза. Чего он резину-то тянет?! Как будто в первый раз замужем… Если б все так в любви объяснялись, полпланеты бы уже вымерло! Системщик сокрушенно покачал головой и снова занялся проводами. «По идее, здесь. В этом месте отличная изоляция… Итак, либо вот этот, синий, либо вон тот, желтенький. Навряд ли — красный, это уже неактуально… Да скажет он ей наконец или нет?! Может, я сейчас не тот контакт разъединю, и конец света наступит!»

— Знаешь, — помолчав, Грэй тяжело вздохнул, — похоже, зря я вообще этот разговор завел.

— Но…

— Ладно, забудь. — Наемник отвернулся, пнул дверь носком ботинка и вышел на крышу, к Гиппокриту.

— Идиотина-а… — простонали из-под установки.

— Вася, ну зачем ты так? — тихо сказала девочка.

— Только не надо вот его защищать! — плевался системщик, сердито ковыряя нижнюю схему. — Начал, язви его в базу, за здравие, а кончил за упокой…

— Просто он, наверное, решил, что ему это не нужно.

— Что не нужно?

— Я.

— Брось, котеночек, ну что ты такое говоришь?! — Вася на минуту оставил в покое контакт (желтенький, все-таки — кажется, это тот самый и есть) и высунул голову наружу. — Да он, дурачина, на тебя не надышится! Только косноязычный же, как папуас из Новой Гвинеи. Вот что, иди-ка сюда, чего скажу.

Девочка спрыгнула с подоконника и, подойдя, опустилась на колени рядом с установкой.

— Значит, слушай внимательно, — быстро зашептал Чайников. — Если тебе действительно нужен этот старый дурак…

— Нужен! — закивала она. — Очень нужен! Очень!

— Тогда придется брать дело в свои руки, а то он до пенсии промолчит, как Зоя Космодемьянская… Сейчас ты его не трогай, только обругает, знаю я его. А как все подуспокоится, выбираешь тихий вечерок, приглашаешь его на прогулку — романтика, то-се… Как почувствуешь, что клиент созрел, — падай ему на грудь и говори, что лучше его никого на свете нет! Он, конечно, опять за самокритику примется, но ты, главное, не пугайся — это природное, цену набивает… Если уж совсем дело глухо — прыгай ему на шею и объясняй свое согласие прямым действием! Против этого он точно не устоит.

— Да? — Она с недоверием наморщила лоб.

— Я тебе как мужчина говорю! — уверенно кивнул системщик. — Все запомнила?

— Ага! — Она счастливо улыбнулась. — Ой, Вася… как я тебя люблю!

— Так и я тебя тоже, зайка, — в ответ улыбнулся системщик.

«Вот так вот, — подумал Грэй, стоя в дверях. — Хорошо, что зайти не успел. Хорошо, что так ей ничего и не сказал. Замечательно бы я выглядел!» Он тихо шагнул назад, чтобы они его не заметили. «Пускай. Сделаем вид, что ничего не было. Тринадцатый выведет из строя механизм, Председателя посадят, Секретаря восстановят, все будут счастливы… А я уйду. Хватит с меня». Он сунул руку в карман и стиснул в кулаке мятый листочек договора. Вернулась многолетняя усталость, только теперь уже смешанная с болью. Ничего, скоро все закончится…

Грэй посмотрел на часы — десять минут четвертого. Кто-то, помнится, обещал провернуть все в очень сжатые сроки? Извините, голубки, придется вас побеспокоить… Наемник потянулся к ручке двери.

— Не двигаться, — прозвучал за его спиной незнакомый голос. — Винтовку на пол, руки за голову, пятьдесят второй. И не дергайся. Вот так.