Никакой магии - Андрей Уланов

— Так-то лучше. Инспектор, — уже нормальным тоном обратился он ко мне, — вас не затруднит оторвать ладонь от карты? Благодарю. Аллан, скажи пожалуйста: маленькое пятно на юге пустоши, это раздавленный клоп или город?

— Город, — вглядевшись, неохотно пробурчал О#39;Шиннах. — Финон-фэр или как-то так. Никогда о нем не слышал, сэр.

* * *

С высоты Финон-фэр выглядел типичным провинциальным городком. Сверкающая нить узкоколейки, желтая полоса проселочной дороги, переходящая в такую же главную улицу, неровная клякса пруда и зеленое, лишь слегка тронутое осенней желтизной, облако яблоневых садов, из которого, словно обломки кораллового рифа, торчали островерхие красные крыши. Таким пейзажем вряд ли заинтересуется даже художник, рисующий пастораль — слишком уж все обыденно, без «изюминки», а раз так, то к чему добавлять еще одну картину к десяткам, если не сотням подобных.

— Иногда, — вполголоса произнес полковник, — мне хочется бросить все, подать в отставку и купить домик в подобном захолустье, куда новости из большого мира доходят раз в пару недель, а то и вовсе пропадают на полдороге. Дождь, снег и цены на дрова, вот и все, что будоражит умы здешних обывателей.

— И чем бы вы занялись в сонном царстве, сэр? — нарочито почтительно спросил Аллан.

— Огородничеством! — уверенно заявил Кард. — Выращивал бы спаржу и ревень.

Я тем временем развлекалась, исподтишка наблюдая за мичманом Итоном. Меня он игнорировал настолько подчеркнуто, что становилось ясно — злая ведьма из леса походя свалила с постамента бюст одного из самых почитаемых прапрапрадедов. Сейчас же юный мичман, похоже, напитывался презрением и к полковнику. В самом деле, ну какое почтение может вызывать офицер, мечтающий об отставке и последующем ковырянии в земле?! А как же карьера?! Слава?! Гром пушек, наконец!

— Мичман, куда вы правите?!

Вопрос полковника явно застал Итона в самом разгаре мысленной обличающей речи — секунды две он растерянно моргал, пытаясь вернуться к реальности.

— Э-э… на площадь перед ратушей, сэр.

— Садитесь у крайних домов, — для наглядности Кард указал предполагаемое место посадки — револьверным стволом, с удивлением осознала я.

— Как прикажете, сэр.

Он по-прежнему не понимает, осознала я, и револьвер в руках полковника кажется ему пустой рисовкой кабинетного вояки, «отважно» идущего в атаку на мирный городок. Гнилые корни, да как же он стал навигатором, с такой отвратительной наблюдательностью?!

— Скажите, мичман, — странно дрогнувшим голосом начал Аллан, — вас ничего не смущает в открывающейся картине?

— А должно, сэр?

— Маленький провинциальный городишко, — я отвернулась, потому что взгляд лейтенанта О#39;Шиннаха вдруг стал холодно-прозрачным, словно бы вместо деревьев и домов он увидел перед собой ледяную равнину Царства Мертвых, — вдали от цивилизации, где воздушные корабли видят лишь высоко в небе, да и то раз в полгода. Мы прошли низко, легли в дрейф в пределах видимости, затем выслали баркас — а на улицах по-прежнему ни души, ни один мальчишка не бежит навстречу… проклятие, даже собаки не лают! Вас по-прежнему ничего не смущает, мичман?!

— Я… — начал Итон и замолк.

— Рекомендую вам опустить баркас как можно ниже, — тон Аллана был мало похож на дружеский совет. — И пусть матросы проверят капсюли на карабинах.

— Так точно, сэр. Эй, малый ход! Проверить оружие!

По крайней мере, с паровым баркасом Итон управлялся довольно умело — быстро уйдя вниз, он полетел в паре футов над землей, огибая редкие деревья и скребя днищем по зарослям чертополоха. Матросы, прежде лениво глазевшие по сторонам, разом подобрались, защелкали взводимые курки. В считаные мгновения баркас, словно испуганный еж, ощетинился иглами стволов. Наконец заросли кончились, мичман, ловко перекинув руль, развернул суденышко параллельно забору и опустил на траву.

— Двое здесь, — шепотом приказал Кард, — остальные вперед.

— Дэнси, Альб, остаетесь у лодки! — ретранслировал приказ мичман. — Остальные — за мной.

Чуть поколебавшись, я тоже выпрыгнула из баркаса. Идти дальше, в уже явно недобрую неизвестность было страшно — но и встречать эту неизвестность я предпочла бы в обществе полковника — а не с двумя перепуганными матросами. Нет уж, отныне я буду держаться за Карда не хуже репейника… наверное.

Первый труп встретил нас прямо за калиткой.

— Ваш выход, мисс Грин!

— В каком качестве, интересно знать? — прозвучало чуть более сварливо, чем хотелось бы, но, на мой взгляд, здесь и сейчас Кард мог бы и обойтись без своих любимых полунамеков.

— Полицейского инспектора.

Ах вот как! Ну ладно, получайте!

— Тело номер один: человек, мужчина, возраст 35–37 лет, — я говорила нарочито размеренно и четко, будто диктуя рапорт участковому писарю, — рыжеволосый, рост примерно шесть футов. Одет в красную клетчатую рубашку и синие штаны, убит, предположительно, — я на миг задумалась, на жарком солнце один лишь запах не мог быть надежным ориентиром, — два часа назад. Удар нанесен сверху вниз тяжелым клинковым оружием, умело, сильно и быстро.

Очень быстро. Он шагнул навстречу незваным гостям, подняв над головой мотыгу — и рухнул навзничь, даже не успев понять, что уже умер.

Его семье повезло меньше.

— Тело номер два: человек, ребенок, рост примерно пять футов, возраст 10–12 лет, убит картечным выстрелом в спину…

…которая вся представляла собой одно сплошное кровавое пятно.

От калитки донесся сдавленный хрип. Оглянувшись, я увидела, как мичман Итон, зажав рот платком — и побелев лицом под стать полотну — пятится назад вдоль забора. Желудок одного из матросов оказался еще слабее — согнувшись над канавой, тот обильно удобрял крапиву остатками флотского завтрака. Остальные, сбившись в тесную кучку, возбужденно перешептывались — и среди этих шепотков злобно прошелестело: «Вот ведь нелюдь, ей трупы кровавые, что куклы».

— Все? — сухо спросил Кард.

— Нет, — я прошла вперед, к малиновым кустам, из-за которых тянуло все тем же сладковатым запахом и доносилось мушиное жужжание. — Тело номер три: человек, женщина, возраст 20–25 лет, причина смерти, — «нелюдь, говорите?» — и так понятна.

— И кто же сотворил это… это? — мичман еще хватался за платок, но, по крайней мере, нашел в себе силы отцепиться от забора. — Демоны с красной луны?!

— Демоны в сапогах сорок пятого размера, — указала я на грядку перед собой. На свежевзрыхленной земле явно виднелся отпечаток подкованной «с гвоздями» подошвы, явно превосходящей по габаритам веревочные сандалии на ногах мертвеца.

— Похоже, мы опоздали, — Аллан присел рядом с убитой, очертил над телом «святой круг» и, продолжая движение, провел ладонью по ее лицу, закрыв глаза. — Два часа, вы сказали? Обидно, Творец, как же обидно…