Легенда вулкана - Денис Ватутин

Мало-помалу ситуация прояснилась: день почти наступил, но небо было обложено серо-голубыми тучами с охристыми полосками, напоминающими перья на почти ощипанной курице. Небо светилось тусклым светом полуперегоревшей ртутной лампочки. Стало прохладнее – это Ирина проснулась и подняла голову с моего плеча.

Я машинально потянул за ремень автомата, затем совершил над собой усилие и, расстегнув ремень над скамьей, встал на ноги. Вертолет уже никуда не летел, из-за плеча Марселя я увидел почти белое небо и охряные, с серо-голубыми пятнами, каменные глыбы недалеко от вертолета. Еще я заметил на фоне камней каких-то всадников, гарцующих на дромадерах вокруг машины.

Я откинул забрало шлема, протер глаза и кивнул Марселю.

– Спасибо за мягкую посадку, – сказал я. – Что за люди вокруг?

– Сказали, что Охотники, – ответил Марсель встревоженно.

– Ясно, – ответил я, хотя ничего ясно мне не было. – Пойду поболтаю.

– Только осторожнее, Дэн, – сказала Ирина.

– Я – сама осторожность, – ответил я сквозь сладкий зевок.

Подойдя к проему десантного люка, я огляделся по сторонам. Мы приземлились на довольно просторной площадке, усеянной огромными ноздреватыми валунами, которая уходила дальше и вниз. По следам стесанных камней, песка и пыли я понял, что здесь проходит тропа, мысленно поставив Марселю «пять» за сообразительность. Посадил он машину ближе к низине и сразу у дороги, это хорошо. На площадке перед вертолетом было человек семь всадников на разношерстных дромадерах и довольно неплохо экипированных: все с автоматическим оружием, явно земного производства, а у одного был даже двенадцатимиллиметровый пулемет. Лица у всех заросшие щетиной, и лица сосредоточенны.

Одну руку я положил на автомат, а второй помахал собравшимся.

– Всем привет! – крикнул я, дав слегка звука на внешние динамики, чтобы услышали все.

Некоторые обернулись в мою сторону, а один из всадников, на крупном мускулистом верблюде, попона которого была сделана из старых бронежилетов, подъехал ко мне поближе. Его верблюд отчаянно жевал губы и, фыркнув, помотал головой.

Всадник был одет в паладинскую броню, но явно паладинами эти ребята не были, уж я-то видел.

– Здорово-здорово! – ответил он, откинув забрало шлема, из-под которого топорщилась рыжая борода и блестели серо-голубые блеклые глаза. – Вы откуда такие красивые прилетели?

– А бабушка говорила, что я похож на гоблина, – ответил я.

Тот ухмыльнулся:

– Ты-то, может, и похож, а вот такая железяка, как у тебя, похожа на военный вертолет. Где взял?

– Где взял, там был последний, – ответил я. – Место там голимое.

– Ну-ну, – кивнул всадник, – в общем, я так понимаю, что ты нам его даришь? Вы нам девайс – мы вам гуд райс!

Я сделал вид, что меня развеселил его бородатый бандитский каламбур.

– Так конечно, – кивнул я. – Я же специально вам его и перегонял, только топливо пожег по пути. Берете?

Вместо ответа всадник тронул поводья и двинулся вдоль геликоптера, внимательно оглядывая его сверху донизу, словно и вправду собрался его купить.

– Броня, конечно, немного побитая снизу… – деловито пробормотал он. – А силовой агрегат в порядке?

Я обернулся к Марселю – тот энергично закивал.

– Силовой агрегат только что с завода. – Я решил подыграть в эту игру «купи-продай». – Пробег километров шестьсот, ну тыща максимум!

– Ага, – задумчиво произнес всадник, – оружие тоже кой-какое снято… Ну ладно, Ка-56 – машина хорошая, это не «Сикорский»…

Он вернулся ко мне:

– Ну а если вы еще от себя чего добавите, никто не будет возражать…

– Во-первых, вам и вертолета вот так, – я провел ребром ладони поперек кадыка, – а во-вторых, я сам – босота похлеще вашего: и так группу мою перехватили, вот догоняю, чтобы отбить.

Он какое-то время мерил меня пронзительным взглядом, а по моей коже бегали легкие мурашки – мы не были в состоянии устроить бой на такой дистанции с таким количеством людей. А что на уме у их старшего, было пока не совсем ясно.

Наконец он заговорил:

– Совсем Охотники чуйку потеряли, если уж туристов отбирают у своих. – Он смачно сплюнул на землю. – Ладно, я понял… Сколько вас?

– Трое, – ответил я.

– Куда пойдете?

– На Горную-Пять: поезд нам нужен.

– А, вы на Шалманку? – Он кивнул. – Тогда с нами пойдете. Шуруп и Хряк, остаетесь у вертушки! А ты, Вано, дуй в лагерь, пусть позовут Росомаху и организуют топливо. Пусть берут борова с канистрами, и к вечеру вертушка должна быть в лагере. Как поняли?

Он говорил властно и просто, я так не умею – пускай меня и слушаются иногда, но мне казалось, только из боязни – не меня даже, а моих странных свойств. Когда я отдаю команды, нет-нет да возникает впечатление, что я прошу, или уговариваю, или угрожаю, – а здесь была здоровая легкость…

– Есть… Да, Калган… – послышались разрозненные реплики.

– А если Паша опять бухой? – спросил один из Охотников.

– А вот «если», Шуруп, не должно быть, – как-то зловеще ухмыльнулся Калган. – Если, Шуруп, тебе яйца варан откусит? Тебе это понравится? Паше, если что, дай в печень, от меня, скажи – к вечеру вертушка должна быть в лагере. Вопросы есть?

– Нет, Калган-корень, все будет…

– Вот и ладно, – процедил он сквозь зубы. – А пилот у вас в наличии? – спросил он, обращаясь ко мне.

– Есть такой, – кивнул я, – но он в комплекте не прилагается – надо его сперва спросить.

– Ну-ну, – вновь скептически пробормотал командир отряда. – Нагловатый ты парень… не местный, наверное?

– Да, – кивнул я, – с Юпитера. Там таких уродов навалом.

– Ясно, – кивнул он, – из новых колонистов… землюк, стало быть… ну ладно… Так что там с пилотом?

– Пилот, – сказал я, косясь на бледное лицо Марселя, – он свалил от плохих ребят, парень неопытный как Охотник, так что… Не знаю, захочет ли он к вам…

– Да ладно тебе, – фыркнул Калган, – у нас неправильно ориентированных нет, никто его не обидит…

– Калган, – перебил я, – меня зовут Странный.

– Ну-ну, – повторил он. – Я и вижу…

– Марсель, – позвал я. – Тут эти достойные джентльмены хотят взять тебя пилотом…

– А… да… да, – пробормотал Марсель, суетливо подбегая к люку.

С одной стороны, мне хотелось избавиться от него, как от лишнего груза, а с другой стороны, я, как ни странно, чувствовал ответственность за человека, который был один из немногих, согласившихся помочь мне, пусть и под дулом автомата… Который вытащил нас из довольно крупных неприятностей. Но вопрос был и в том, насколько ему будет безопаснее с нами, нежели с этими людьми?