Удар судьбы - Андрей Посняков

— Кем-кем?

— Эпискептитом! А, ты ж не знаешь… Эпискепис — это государственное либо частное имущество, отдаваемое в управление частному лицу — ну, вот, к примеру, полузаброшенные рудники. Это не только мне выгодно, но и казне — хоть кто-то их разрабатывать будет.

— Ага, — скептически ухмыльнулся Лешка. — А турок вы не боитесь?

— Да, побаиваемся, сказать по правде, — тряхнув рыжей шевелюрой, честно признался грек. — Но — риск есть риск. Тут уж баш на баш — либо разбогатеем, либо…

— Понятно. Ну, что ж, флаг вам руки, барабан через плечо.

— Чего?

— Ничего. Это поговорка такая.

Владос разлил по кубкам вино и поинтересовался делами приятеля.

— Даже не знаю, что и сказать, — Лешка задумчиво покачал головой. — С одной стороны, вроде бы и ничего — денег авансом выдали на приличную одежку, да и вообще, объяснили, что к чему — не так и трудно, оказывается… Но…

— Что — но?

— Задание дали — не знаю, с какой стороны и подступиться.

Юноша вначале кратко, а потом — по просьбе приятеля — и в подробностях, изложил содержание прошедшего дня. Внимательно выслушав, Владос покачал головой и вдруг улыбнулся:

— Поздравляю, Алексей! Тебе чрезвычайно повезло — не успел поступить на службу, как уже получил важное поручение. Его надо обязательно выполнить, во чтобы то ни стало! Ибо именно это станет первой ступенькой твоей карьеры! Государственный служащий — это ведь не купец, не предприниматель, постоянно рискующий средствами — это глыба! Ведь должность — означает положение, уважение, деньги!

— Да какая у меня там должность! — презрительно отмахнулся Лешка. — Младший помощник старшего писаря.

— Э, не скажи, парень! Все начинается с малого.

— Чего ж ты сам не пошел начинать?

— Видишь ли, Алексей, я слишком люблю свободу и риск…

— А я не люблю?

— Ты — другое дело. Тебе пока деваться некуда. А государственная должность — даже и в малых чинах — верный кусок хлеба. — Владос поднял кубок. — Хочу выпить за удачное начало твоей службы. Надеюсь, у тебя все сложится.

Лешка вздохнул:

— Я тоже надеюсь.

— Ну, не печалься, парень! — выпив вино, расхохотался грек. — Уж, так и быть, с первым делом я тебе помогу!

— Правда?! — Лешка не скрывал радости. — Вот спасибо! А то я уж думал…

Ближайшее из заведений, которые следовало взять в обработку, — приют Галаиды — располагался у ворот Святого Романа. До ворот парни добрались быстро — по улицам, параллельным стене Феодосия, ну а там спросили.

— Галаиды? — откликнулся бородатый зеленщик. — Во-он там, за термами. Треугольная такая крыша, видите?

— Угу, видим, спасибо!

— Петрушку у меня не купите?

— Да нам без надобности.

— А сельдерей? Первый, нового урожая, только что пошел.

— Нет, спасибо.

Поспешно покинув навязчивого торговца, друзья быстро зашагали к приюту — мрачному серому зданию с узенькими бойницами-окнами. Входная дверь была крепко-накрепко заперта.

— Ну? — Лешка оглянулся на грека. — Я же говорил! Как мы тут что узнаем?

— Пока просто присядем, подумаем.

Оба уселись на поваленное ураганом дерево, судя по всему, валявшееся здесь довольно давно — ну, правильно, это ж не главная улица, так, переулочек — чего убирать, надрываться?

— Ну, — Владос хитро взглянул на приятеля. — Давай, рассказывай, что придумал!

— Я?!

— Ты, ты. На корабле у тебя это здорово получалось.

— Хм… — Лешка вдруг улыбнулся. А и в самом деле, чего он волнуется-то? Ну, не получится с заданием — и черт с ним, просто плюнет да уйдет со службы, всего-то делов, устроится вон к Владосу — уж тот, всяко, не откажет.

— Да возьму, возьму, что с тобой делать? — успокоил грек. — Ты давай, о задании думай.

Лешка кивнул:

— Для начала посмотрим, что имеем.

Он внимательно осмотрел похожее на неприступную крепость здание, не поленившись, обошел его со всех сторон и даже попытался заглянуть во двор. Потом, отряхнув тунику, вернулся обратно:

— Итак, имеем: постоянно закрытую дверь — за все время, пока мы здесь сидим, никто не вошел и не вышел, — глухой высокий забор, а за забором — двор, судя по количеству деревьев, довольно обширный. Чтобы что-то узнать о приюте у нас есть три пути. Первый — втереться в доверие к начальству, — но это требует времени, а у нас всего три дня. Впрочем, может и получится.

— Сомневаюсь.

— Второй путь — поговорить с воспитанниками, — а для этого надо либо попасть внутрь, либо дождаться, когда они куда-нибудь выйдут.

— Вот это уже лучше, — одобрительно хмыкнул Владос.

— Путь третий — просмотреть документацию — приходно-расходные книги и прочее.

— Так они ее тебе и покажут!

— Верно, не покажут… Нужно смотреть самим — то есть пробраться в здание, — Лешка задумчиво почесал затылок. — Поэтому пока самый реальный план — второй. По крайней мере для начала.

— Еще можно опросить соседей, — подсказал Владос. — Уж наверняка что-нибудь да расскажут.

— Это верно, — Лешка закивал головой. — Как же я упустил? Ну, что, бросим жребий — кому тут сидеть, а кому по соседям идти. — Он достал из кошеля мелкую медную монетку — обол — подбросил: — Голова или нос? Голова — ты остаешься сидеть.

Выпал «нос», и Владос, оставив приятеля наблюдать за домом, с явной радостью побежал куда-то за угол, похоже — в ближайшую корчму. Ну да, где еще пособирать сплетен, как не там?

Лешка просидел часа два, а то и того больше — в окрестных церквях колокола уже зазвонили к обедне. А из приюта так никто и не выходил! И не приходил никто. Совершенно закрытое заведение! Ну, хоть куда-нибудь выйти должны! За продуктами там или за водой. Хотя продукты можно иметь про запас и покупать раз в неделю на рынке, а вот что касается воды… У них, наверное, во дворе есть колодец… Однако вода в здешних колодцах не вкусная, пригодная лишь для полива, Значит, рядом — акведук или цистерна — а уж из нее проложены трубы… Трубы… Да…

— Акведук? — явившись уже ближе к вечеру, переспросил Владос. — Ну да, во-он он — акведук Валента. Ты на бревнище – то заберись!

Лешка так и сделал, еще раз осмотрев тянувшееся через весь город гигантское сооружение в виде двухъярусных арок.

— Да, — сам над собой посмеялся парень. — Слона-то я и не приметил. Как думаешь, в сие богоугодное заведение вода поступает из акведука?

— Наверное… Если поблизости нет цистерны.

— И течет по трубам?