Академия магии - Кэролайн Стивермер

Собаки обезумели, каждая бросилась в погоню за своей лисой и совершенно не обращала внимания на егерей. Егеря с руганью бежали следом, свистели и кричали. Остальных охотников встревожило внезапное появление и столь же внезапное исчезновение лис. Их кони тоже понеслись в разные стороны. Фэрис твердой рукой удерживала на месте своего гнедого и наблюдала за царящим хаосом.

Через несколько минут сад оказался в полном ее распоряжении. От охотников остался только замирающий топот копыт в тумане за ручьем. Фэрис не пришло в голову повернуть коня и последовать за ними.

Внезапно девушка застыла на месте. Здесь было нечто большее, чем лисы. Она смотрела на симметричный сад так же пристально, как охотники раньше осматривали лесную чащу: ей показалось, что план этого сада был именно тем, что возникал в ее снах. Если бы она могла пройти по нему наяву, возможно, избавилась бы от навязчивых сновидений.

Шли минуты. Гнедой вскинул голову, уздечка звякнула. Фэрис успокоил этот тихий звук в царящей здесь полной тишине. Не слышно было ни журчания фонтана, ни плеска ручья. Она послала гнедого шагом по направлению к дому. Кроме медленного, ровного стука его копыт, не слышно было никаких звуков.

Спустившись в сад, Фэрис почувствовала, как туман сомкнулся вокруг нее. Он был холодным, и ей показалось, что в нем ощущается слабый едкий запах, неприятно напоминающий запах земли в лисьей норе. К тому моменту, когда она подъехала к лабиринту, аллея статуй уже почти растворилась в белом мареве. Как исчезли все звуки, кроме стука копыт, так же исчезло из вида все, кроме стен из бирючины.

С высоты седла Фэрис видела свой путь через лабиринт, но весь остальной мир исчез. Гнедой поворачивал и возвращался назад по своим следам, когда того требовал маршрут. В центре лабиринта, где проход расширялся, конь остановился.

Не чувствуя удивления, которое посещало ее во сне, Фэрис узнала девушку, которая, закутавшись в накидку с капюшоном, ждала ее в центре лабиринта. Эта стройная девушка небольшого роста откинула капюшон и насмешливо улыбнулась Фэрис.

— Значит, слухи все-таки оказались правдой. Я думала, это невозможно. Ты приехала искать свою судьбу в Аравиль, — произнесла Менари Паганель.

Фэрис удерживала гнедого на месте. Она не хотела отступать и не могла ехать вперед. Разве только затоптать Менари. Часть ее сознания была занята расчетами, насколько она бы выиграла, если бы сделала это.

— Вижу, тебе по-прежнему нравятся сады, — заметила Фэрис.

Менари пристально смотрела на герцогиню. Слабая морщинка появилась у нее между бровями, словно она подозревала в словах тайный смысл.

— О да, больше всего прочего. Почти. Если ты приехала со светским визитом, то слезай с коня. Мы прогуляемся вместе, я покажу тебе мой сад.

— Нет, благодарю. Я останусь на коне. — Фэрис внимательно посмотрела на Менари и поняла, что та носит парик. Он был прекрасно изготовлен и очень натурален. Фэрис, не искушенная в таких вещах, никогда бы не догадалась о парике, если бы он был сделан под цвет собственных русых волос Менари. Но он имел рыжий оттенок, очень близкий к тону волос самой Фэрис. Она спросила себя, не является ли это завуалированным оскорблением, и поскольку смутно чувствовала себя оскорбленной, то решила, что так оно и есть.

— Это твой сад? Вообще-то я думаю, что он принадлежит твоему отцу. Это ведь Севенфолд, не так ли?

— Да. Отец решил, что я должна им владеть. Он хочет как-то вознаградить меня за то, что отозвал из Парижа. Ведь я прекрасно проводила там время. Устраивала кое-какие дела. Ты не встречала нанятых мною людей? Они должны были нанести тебе визит. Наверное, ты покинула Париж раньше, чем они смогли это сделать.

Усилием воли Фэрис сдержала дрожь в руках. Она хотела сжать кулаки, но опасалась встревожить гнедого.

— Не знаю, встречала я их или нет. Кто они такие?

Невозможно было ошибиться: Менари обрадовалась при виде смущения Фэрис.

— О, я не знаю их имен. Я имела дело с агентством. Все, что им нужно, — это точное описание и много наличных. Я дала им кое-какие полезные приспособления, но, очевидно, они не сумели правильно ими воспользоваться.

Фэрис казалось, что она сидит неподвижно, но гнедой беспокойно переступил с ноги на ногу.

— Нечто вроде конского волоса?

— Это выглядело как конский волос. Так и знала, что мне следует взять все в свои руки. Придется потребовать деньги назад, раз мое поручение не выполнили. — Произнося это, Менари улыбалась Фэрис снизу вверх и особо подчеркнула последние слова.

Фэрис рассмеялась, и гнедой слегка вздрогнул. Менари шире раскрыла глаза, перестав улыбаться.

Наконец Фэрис, отсмеявшись, смогла заговорить.

— Один из твоих наемников больше никогда ничего не сможет выполнить. Знаешь почему? Из-за моего дяди.

Глаза Менари были полны раздражения.

— Над чем ты смеешься? При чем тут твой дядя?

Фэрис покачала головой.

— Ничего. Ничего. — Ей удалось подавить новый приступ смеха.

Маленький лисенок, ярко-рыжий, как дворовый кот, проскользнул сквозь живую изгородь и уселся у ног Менари, весело пыхтя. Она нагнулась и почесала его за ухом. Он уронил несколько жестких шерстинок на подол черной накидки Менари. Фэрис с недоверием смотрела на него. Он выглядел как лисенок.

Менари заметила взгляд Фэрис и презрительно изогнула губы. Потом опустилась на колени и нагнула голову, словно слушала лисенка.

— Все благополучно спрятались в норы, а собаки остались вынюхивать? Отлично. Я знаю один курятник неподалеку отсюда. А, ты о нем слышал? Очень хорошо. Скажи им, что тебя прислала я.

Лисенок убежал, улыбка на его мордочке была почти человеческой. Менари встала.

— А кто тебя сюда прислал, интересно?

— Никто.

— Декан Гринло? — размышляла Менари. — Нет, мы с ней договорились…

— Я сама нашла дорогу.

Казалось, Менари потеряла терпение.

— Ты не могла.

В раздражении Фэрис пожала плечами.

— Если ты настаиваешь.

Менари казалась крайне рассерженной.

— Тогда почему ты здесь?

После нескольких секунд размышления, в течение которых Фэрис решила, что честность не может ей навредить, она ответила:

— Из любопытства.

Как только произнесла это слово, она поняла что совершила ошибку. Глаза Менари широко раскрылись, она отшатнулась, словно ее ударили.

— Тогда пойдем смотреть на львов, если тебе нравится наблюдать за теми, кого заперли. — Она сделала грациозный шаг к гнедому, положила ладонь на его шею и прошипела ему в ухо одно слово.

Конь взвился на дыбы, словно вспугнутый фазан. Фэрис прилагала все усилия, чтобы удержаться в седле, уже не опасаясь затоптать Менари. Но каким-то образом, когда гнедой опустился на все четыре копыта, Менари уже не было на его пути. Ничего, кроме стен лабиринта из бирючины, не препятствовало эффектному прыжку. Фэрис крепко держалась в седле, она твердо решила, что должна выжить, побывав в лабиринте Ле Нотра.