Лабиринт отражений - Сергей Лукьяненко

Времени на размышления нет.

— Сюда! — шепчу я, ныряя в чахлый ельник. Опускаю Неудачникана снег, прикладываю палец к губам: — Т-с!

С тропы Вику и Неудачника не видно. Становлюсь, широкорасставив ноги, сдёргиваю ремень. «Варлок» с шелестом разворачивается вогненную плеть.

Вид у меня должен быть достаточно грозный. Голый по поясмужик, с припорошенными снегом плечами. Тело Стрелка я моделировал жилистым икрепким, сразу будет видно, что боец могучий. Да ещё сияющая плеть в руке…любой тролль испугается.

Перестук всё ближе.

Корчу лицо в кровожадной ухмылке и жду.

Из-за скалы показывается маленькая, от силы по грудь мне,фигурка.

Вот так великан с клацающими челюстями!

Лицом и телосложением путник похож на ребёнка. Вот только сгормонами у него что-то не в порядке — голые по колено ноги обросли густойшерстью. Да уж, с такими лапами и босиком на снегу уютно. На груди у путникамаленький барабан, в который он постукивает на ходу палочками.

Хоббит.

Это хорошо.

При виде меня хоббит застывает, как примороженный. Даже однабарабанная палочка валится на снег.

— Гы-гы! — зловеще говорю я.

Хоббит уже не барабанит, зато у него и впрямь начинаютпостукивать челюсти.

— Кто? — вопрошаю я, протягивая к хоббиту «Варлока». Плетьначинает азартно вытягиваться, приходится её отдёрнуть.

— Хардинг, с-сэр! — шепчет хоббит.

— Кто? — уточняю я уже нормальным голосом. Но бедный хоббитвпал в полную панику, он даже не пытается достать маленький кинжал, небрежнозаткнутый за пояс.

— Х-хардинг, добрый сэр. С-сэм родил Фродо, Фродо родилХолфаста, Холфаст родил Хардинга…

— Тебя, что ли?

— Меня, добрый сэр!

— Зря!

— Да, добрый сэр, — покорно соглашается Хардинг.

— Я тебе не сэр! — ору я. — И уж точно — не добрый! Я… —приходит вдохновение, — Конан! Отважный киммериец Конан!

Про Конана хоббит слышал, он начинает часто кивать, неспрашивая, каким образом персонаж Говарда попал в мир Толкиена. Впрочем,ролевики народ увлекающийся, такими мелочами они себя не сковывают. Я мог бы иКощеем Бессмертным назваться, вот только телосложение не позволяет.

— Куда идёшь? — веду я допрос, обходя вокруг хоббита. Тоткрутится, стараясь не сводить с меня взгляда.

— А-армию догоняю.

— Какую ещё армию?

— Эльфийскую. Мы орков с гномами бить идём!

— Зачем?

— А они же плохие!

Мне всё больше и больше кажется, что в теле хоббита сидитребёнок. Взрослый нашёл бы аргументацию посерьёзнее, да и в бой бы кинулся.

— Армию… — задумчиво говорю я. — А! Помню. Была…

В глазах хоббита ужас. Он косится на огненную плеть, уже несомневаясь в печальной судьбе, постигшей эльфийское войско.

— Я слыхал, что вы, хоббиты, сумчатые, — сообщаю я. — А?

Хоббит ошалело мотает головой и прижимает руки к животу.

— Жратва есть?

Отважный Хардинг отдаёт мне заплечный мешок. Я обнаруживаю внём пару лепёшек, фляжку, кусок вяленого мяса и добрею.

— Запасливый ты, хоббит… А это что?

Со дна мешка я извлекаю «Сникерс».

Хоббит немедленно начинает реветь. Да. Точно, ребёнок.

Зубами срываю с шоколадки обёртку, откусываю половину,остаток протягиваю хоббиту. Тот перестаёт плакать.

— Как думаешь, побьёте вы гномов? — вопрошаю я. Нельзя жепросто ограбить, и отпустить. А поговорить?

— Побьём! — кивает хоббит. — Они стрелы из тиса делают, а изтиса стрелы плохие! А ещё они хирдом строятся, а это построение плохое…

У меня нет ни малейшего желания вникать в детали разногласийэльфов и гномов.

— Город далеко?

— Лориен в пяти милях…

Что-то у них тут неладно с географией… Впрочем, ерунда. Ещё быузнать название сервера.

— А кто правит этой страной?

— Светлый эльф Леголас!

Ладно. Информации достаточно.

— Иди, — закидывая хоббитский мешок на плечо, говорю я.

Против грабежа Хардинг не протестует. Более того, робкоспрашивает:

— Можно мне пойти с вами, Конан? Гномов и без меня побьют.

Ещё чего не хватало. Вновь корчу зверскую рожу и шепчу:

— А ты знаешь, что хоббит — это не только ценный мех? Этоещё и тридцать-сорок килограммов вкусного, легко усваиваемого мяса!

Книжки не врут, хоббиты и впрямь умеют быстро бегать. Толькомелькают в снежной пыли мохнатые пятки.

К Вике и Неудачнику я возвращаюсь в наилучшем расположениидуха. Разговор они слышали, пересказывать не требуется.

— Вот еда, — я вручаю Неудачнику мешок. — Сейчас сделаемтебе подстилку и выйдем из глубины. Вернёмся честно, через Лориен, с нормальнымснаряжением. И вытащим тебя отсюда. Согласен?

Неудачник кивает.

— Подождёшь часа три-четыре… — размышляю я. — Ничего?

Впрочем, иного выхода у нас всё равно нет. Полуодетый, подснегопадом, я его пять миль не протащу.

Вдвоём с Викой мы устраиваем под старой елью подстилку изветок, укладываем Неудачника, вручаем мешок с трофеями. Во фляжке — лёгкоеспиртное. На настоящем морозе им греться не стоит, а вот в виртуальности —почему бы и нет?

— Выныриваем? — спрашиваю я Вику. — Встретимся через тричаса… ну, например, у входа на леголасовский сервер.

Она кивает. Миг — и её фигура тает в воздухе.

— Пока, Неудачник, — говорю я.

Глубина-глубина, я не твой…