Наемник Зимы - Людмила Астахова

Ириен ощутил, как внутри рождается мутная волна вязкой, тягучей, как мед, боли. Она растекалась по костям и мускулам, просачивалась в мельчайшие капилляры, гулко стучала внутри грудной клетки, она рвалась наружу мучительным стоном. Она означала только одно – что сейчас он будет убивать. Ангера – смазливого и самоуверенного волшебника, рискнувшего нахамить Познавателю, Ноэля – вежливого и вполне симпатичного молодого человека, с которым в иное время и при других обстоятельствах Альс непременно познакомился бы с целью если не подружиться, то хотя бы получить удовольствие от общения с умным, собеседником. Их обоих, ни в чем лично перед ним не виновных, кроме своего предназначения быть волшебниками и присяги, данной старому и хитрому архимагу – Хозяину Сфер. И только потому, что «решение проблемы», о котором так трепетно говорил Ноэль, единственное существующее решение, Ириена не могло устроить ни при каких условиях. После того что сделали с Джасс ятсоуновские жрицы, «проблема» решалась только одним способом – развоплощением.

Видят великие боги, сам по себе Ириен Альс не был таким гордым, чтобы отказаться от возможности подарить Джасс по-настоящему долгую эльфийскую жизнь. Видят светлые небеса, будь Джасс обычной женщиной, он бы на коленях вымаливал у Ар'ары и у Арьятири такую милость. И вершил бы их волю без тени сомнений. А может быть, и нет… Он и сам не знал, что сталось бы, если бы… Потому что выбора у него не было никогда.

Ноэль упустил тот миг, когда Ангер не выдержал напряжения и попытался набросить на эльфа заклятие-сеть. И конечно же человеческому глазу не под силу уловить мгновение, когда стремительно вылетевший из руки Альса узкий стилет заставил Ангера запнуться, вздрогнуть всем телом и повалиться навзничь, как безвольная марионетка с отрезанными ниточками. Молодой чародей даже не усомнился, что его напарник мертв. Резная кость рукояти торчала в груди прямо из того места, где у людей расположено сердце.

– Вижу, ни вы, ни ваши хозяева из Оллаверна так и не поняли, что припереть меня к стенке не получится, – спокойно сказал Альс, бережно извлекая из ножен меч, чтоб приставить его к груди Ноэля. – Познаватель – это, знаете ли, не пустое, хоть и красивое слово.

Есть непреложное правило: хочешь убить – убивай без лишних слов. Обычно Альс сам неизменно придерживался этого правила и, нарушив его, был немедленно покаран.

Ноэля спасло чудо. Чудо звали сэр Кенард Эртэ, и оно, вернее, он ввалился в двери гостиницы в сопровождении могучего раската грома и сверканий молний, восполнив недостаток драматичности, возникший при недавнем появлении Альса.

– Мастер Альс! – прокричал рыцарь, растекаясь счастливой улыбкой. – Наконец-то я вас нашел!

Этого времени вполне хватило магистру Круга Избранных, одному из высших иерархов Облачного Дома Ноэлю Хиссанду, чтобы отворить портал и исчезнуть в ослепительном сиянии Сопряжения.

– Змееныш! Я тебя убью!

Вопль разъяренного эльфа наверняка слышала половина Лаффона. А также поток такой заковыристой брани, что покраснели не только Кенард, хозяин гостиницы – Гитци, не только его жена и трое сыновей, не только кобылы на конюшне, но и недожаренный поросенок, стаканы в кухонном шкафу и бочонок с прокисшим пивом.

– Ириен? – испуганно заскулил Кен. – Ириен, я не знал. Мне сон приснился.

– И ты приволокся следом, чтоб рассказать мне свой сон? – задохнулся от возмущения эльф. – Да в своем ли ты уме, рыцаренок?

Кен всунул нос в приоткрытую дверь, за которой прятался, пока Альс надстраивал «этажи» мата по его адресу, и сразу понял, что если его и будут убивать, то не сейчас. Он молча, вопросительно посмотрел на эльфа: мол, что теперь будем делать?

– Этого закопаем, поедим, выспимся и уберемся отсюда, – сказал Ириен, уже гораздо спокойнее.

Какой смысл бесноваться, если упущенного шанса уже не вернуть?

– Куда уберемся? – не понял Кен.

– Куда глаза глядят, – буркнул эльф.

Сразу видно, у Ириена не имелось ни малейшего желания обсуждать дальнейшие планы.

«Как неловко получилось», – тоскливо подумал рыцарь, помогая завернуть покойника в его широкий плащ. Предварительно Ириен быстро обшарил его одежду, собрав целую горку разных предметов и в том числе кошелек с горсткой полновесного игергардского серебра. Маленькое зеркальце и две медные шпильки – это как бы понятно, а вот предназначение коробочки из тусклого серого металла без всяких признаков замочка, сплетенной из конских волос семилучевой звезды и толстой веревки с кусочками шерсти на концах оставалось для Кена полной загадкой.

– Что это? – спросил Кен, поддаваясь любопытству.

– Глупости, – фыркнул Ириен, не желая ничего пояснять. – Меньше будешь знать, особенно о чародейских штуках, дольше проживешь.

– А это колдун? – подивился Кен.

– Нет, монашка, – съязвил эльф. – Тащи мертвеца через заднюю дверь.

Вполне естественно, что копать яму по дождю пришлось провинившемуся Кенарду. Кто б сомневался. Одно радовало ветландца, эльф его не прогнал.

Ночлег в «Мече», в полусырой постели, под барабанную дробь бесконечного дождя по крыше и угрюмое сопение сэра Кенарда в углу, показался Альсу царской роскошью по сравнению с дорогой от Тэвра. Он устал и продрог, отбил себе всю задницу, до крови стер холку несчастной Оните, и у него не осталось ни единой сухой и чистой вещи. Поэтому проснулся эльф незадолго до полудня, чувствуя, что должен дать своему телу хоть немножечко заслуженного отдыха. И заодно предоставить Кенарду шанс одуматься и вернуться.

– Почему ты следом увязался? – спросил он рыцаря.

Тот, сбиваясь и даже заикаясь, рассказал свой сон, и про морок Гилгит тоже. А главное, про то, что она приказала сделать Кенарду.

История Альсу не понравилась. Он в растерянности почесал подбородок, как это регулярно делал Пард. Привычки у оньгье были чрезвычайно заразные.

– Так ты меня прирезать хочешь или наоборот?

– Честно? Я боюсь, что она возьмет надо мной вверх. Милорд так и сказал, что раз пришла, то и дальше повадится ходить в мои сны. У Тьмы множество лазеек в людскую душу, – признался Кен. – Тьма хитра.

Эльф поморщился:

– Пока сам не пустишь в себя Тьму, она никуда не пролезет.

– Меня барон сам отослал.

«Еще б он этого не сделал, – подумалось Альсу. – Ветландцы все, как один, суеверны, это раз. И ты небось так умолял и в ногах валялся, что барон плюнул, да и отпустил на все четыре стороны. Это два».

– Кен, ты мне совершенно не нужен, – откровенно сказал он. – Ты будешь обузой.

Но Кенард настаивал и не отставал. Он хотел в Игергард, он хотел жить яркой жизнью, он хотел странствий и приключений. Как все люди. Молодые люди. Ведь если бы не такие люди, никогда бы Альс не встретил ни Элливэйда, ни Парда, ни Мэда Малагана. Не получилось бы никакой ланги, и в его жизнь не вошла бы Джасс.