Ведьма по соседству - Татьяна Серганова

— Потому что влез. Проверить хотел и не рассчитал. Убить тебя оно не смогло бы, но потрепало бы. Ты ведь заметила несовершенство проклятья? Его ошибку. Не влезь я, оно само бы распалось.

Я кивнула.

— Но это из-за того, что была использована не моя кровь, а кровь Роуз. Мы с ней сестры лишь наполовину.

— Кто бы это ни был, но тебя не хотели убить. Ты ключ, ты должна помочь открыть хранилище. В чем смысл убивать тебя? Это всё уничтожит.

Я покачала головой, не соглашаясь с этим утверждением:

— Не всё так драматично. Кто-нибудь другой сможет расшифровать ашарийские надписи. Я не единственный специалист.

— Это может занять годы, если нет отправной точки.

— Шкатулка, — кивнула я. — Но тогда выходит, все эти покушения были лишь для того, чтобы вытащить меня в столицу…

— И на аукцион, где тебе бы в руки попала шкатулка, — продолжил кот. — В последний момент успели.

Проклятье! Как-то не очень приятно осознавать, что всё это время я действовала по чужому приказу, а думала о самостоятельности.

— Кто? — прохрипела я, с трудом дыша.

— Тот, кто имел доступ к хранилищу, кто мог добавить шкатулку в список аукционных товаров и притащил тебя туда.

Я вздрогнула, повернув голову в сторону двери:

— Эртан…

Лютик аж подавился, а глаза стали большими, как две плошки.

— Рой Эртан? — переспросил фамильяр. — Ты что, сдурела?

Ну вот, узнаю своего фамильяра. Кто еще выскажет всю правду в глаза, не боясь отхватить какое-нибудь проклятье? Только любимый домашний питомец.

— Сам подумай, — быстро зашептала я, чувствуя, как внутри всё медленно угасает и отмирает. Не больно, нет, просто… даже не знаю, как это правильно описать. Словно последние крохи доверия и надежды умерли и не осталось больше ничего. — Он так зациклен на желании спасти мать, что пойдет по головам. Подумаешь, ведьма встала на пути и заартачилась, отказываясь действовать по его указке, одна из многих. Можно запугать её, устроить парочку покушений, спасти, представ этаким героем. Кстати, про пять покушений мне рассказал только он.

— Какие пять покушений? — опешил кот, кажется, совсем запутавшись в моих высказываниях.

— Эртан сказал, что на меня за последние полтора месяца пять раз покушались. Но доблестная инквизиция смогла всё предотвратить и спасти глупую меня, — не сводя глаз со стеклянной двери, шептала я и медленно распутывала атакующее заклинание. Живой не дамся, пусть не мечтает. — Но это он сказал, никаких доказательств не было. А если всё совсем не так и это Эртан стоит за всем этим? Он устроил это покушение, договорился с аукционерами и притащил меня сюда!

— Так, подожди, — в кои-то веки мой фамильяр решил проявить благоразумие. — Давай не будем делать скоропалительных выводов, основываясь только на предположениях.

— А мы их не делаем, — оскалилась я. — Просто сейчас возьмём и уйдем отсюда.

Светлое помещение будто даже потемнело, сжалось, и стало так неуютно и неприятно.

— Куда, интересно?

— Ты же сам предлагал податься на север в ковен ведьм.

— Сбежишь и не станешь разбираться? — недоверчиво поинтересовался кот, устраиваясь поудобнее.

— Не хочу, — искренне призналась я.

— А если это не Эртан?

Сердце невольно сжалось, и такая тоска разлилась по телу. Нет, не хочу чувствовать, не хочу думать о нём.

— А кто тогда? — спросила глухо, убирая прядь со лба и из последних сил стараясь быть спокойной и хладнокровной. — Или ты думаешь, что он позволил бы водить себя за нос? Крутой инквизитор?

— Не совсем за нос, но мы же не проверяем близких и до последнего верим родным, — заметил Люцифер глубокомысленно. — Особенно когда семейная связь велика.

В этом что-то есть. И так хотелось поверить, а с другой стороны, я тщательно запрещала себе верить и надеяться.

— Его родители?

— Мать вряд ли, а вот отец мог ускорить процесс, — задумчиво произнесла я и добавила: — Или они сделали это совместно. Семейный подряд.

— А почему просто так к тебе не прийти? Нет, не отвечай, я и так знаю, что бы ты ответила на такой призыв.

Я улыбнулась:

— Послала бы их всех в бездну. Если бы не нападение и твое ранение, я бы даже с места не сдвинулась.

— Значит, они хорошо тебя знают, Ви, — сказал Лютик, задумчиво почесывая за ухом, после чего выдал: — А своего отца ты в расчет не берешь?

Теперь пришла моя очередь оторопело смотреть на него.

— Стоуна?

После вчерашнего его блеянья за столом я как-то не принимала его в расчет. Мне он показался каким-то жалким. Хотя, может, он хотел таким казаться. Кто берёт в начальники королевской охраны слабовольное ничтожество и держит там столько лет? Значит, Стоун не так прост. Но зачем тогда эти игры?

— Он же вхож в инквизицию и аукцион, — продолжил фамильяр. — Кроме того, у него был роман с твоей матерью. Вдруг она и его перетянула на тёмную сторону? И вообще, он сказал тебе, почему не показывался двадцать семь лет, а тут вдруг заинтересовался жизнью ненужной дочери?

— Сказал, что Дебора запретила, — произнесла я.

— Она двадцать лет как мертва, — заметил Люцифер. — Нормального мужика бы это не остановило. Эртана, например. Тебе не кажется всё это слишком подозрительным?

Ведь прав пушистик. Куча подозреваемых, и с каждым доводом их становится всё больше.

— Плюс еще Дилан. Вот зачем ему была нужна шкатулка?

— Думаешь, он знал о том, что ты дочь Деборы? — спросил Лютик.

Я пожала плечами:

— Не знаю. Я никогда не скрывала, но и не афишировала наше родство. И уж точно не гордилась им. Поэтому из всего вышеизложенного следует только одно: мой вариант — самый оптимальный и верный. Давай просто сбежим отсюда? — снова предложила ему.

— А мне хотелось бы узнать, что за этим всем стоит и кто втянул нас в свою игру, — вдруг заметил фамильяр, продемонстрировав мне коготки.

— И что теперь делать? Играть роль наивной дурочки и не показывать своих подозрений? — спросила я у него.

— Если хочешь, то можешь прямо у него спросить.

Я горько усмехнулась:

— О да! Эртан, а ты, случайно, не стоишь за всеми этими покушениями? Так?

— Примерно.

— А он прям так разбежался и сказал правду.

— Ты можешь помочь ему в этом, — вдруг заметил кот, хитро прищурившись.

Я не сразу догадалась, о чем он. Пару секунд смотрела на фамильяра и покачала головой.

— Зелье правды? Оно запрещено.