Урожай собрать не просто - Юлия Васильева

Мне оставалось лишь резюмировать:

— Ну вот, теперь ты прошел посвящение перед вступлением в нашу семью. Все однажды укушенные становятся нам друзьями, а дважды — родственниками.

Клаус засмеялся и полушутливо протянул Андрию руку для второго укуса.

— Николетта! Николетта!

Еще секунду назад я полулежала на диване в кабинете отца: на коленях открытая книжка, в руках сочное яблоко, вокруг вожделенная тишина — а теперь замерла в напряженной позе, стараясь ни звуком, ни шорохом не выдать своего местонахождения. Но на этот раз не повезло.

— Николетта, нам не хватает еще одного стола, чтобы усадить гостей! — в комнату ворвались запыхавшиеся Михей и Оська.

Я усилием воли заставила себя не дергаться и спокойно откусила от яблока:

— И что? У меня нет стола, а делать мебель я не умею.

Михей просветлел и пулей вылетел вон. Оська застонал и, укоризненно посмотрев на меня, побежал догонять и останавливать старшего брата.

Я довольно усмехнулась себе под нос: должны же они вкусить все прелести организационной работы.

За шалопаем даже не успела закрыться дверь, как в комнату мрачной тучей ввалился Ерем, он хмуро оглянулся вслед брату и заявил мне:

— Оська не хочет надевать сюртук на твою свадьбу.

— Я не против.

— Я против.

Да, для такого любителя строгости в одежде, как наш юный гений, это трагедия.

— Тогда заставь его.

— Вам не понравится, как я это сделаю, — фраза прозвучала так, будто гений был не только юным, но и злым.

— Ерем, ты же умный, развивай навыки общения, среди них есть такая полезная вещь, как убеждение.

Мальчишка скривился и удалился с таким видом, словно нам всем предстояло об этом пожалеть.

Едва я успела откусить от яблока еще разок, в комнату деликатно просочился Лас. Ну а у него-то что могло случиться, если старший брат практически ни за что не отвечал?

— Николетта, у меня плохие новости. Пришло письмо: отцу придется задержаться в Греладе, и он приедет сюда только в день свадьбы.

— Главное, что приедет.

— Но кто-то должен обсудить с господином Клаусом размер твоего приданого. — Лас уставился на меня ожидающе, словно и впрямь рассчитывал, что я, невеста, стану решать со своим женихом подобные вопросы. В страшном сне не приснится!

— Тогда в отсутствие отца это должен сделать его наследник.

— А может, матушка?

Он безнадежен.

— Чего уж там, поручай сразу Полетте! — не выдержала я.

Лас смутился и вышел. В новорожденной сестре он души не чаял, поэтому мой упрек мог показаться очень суровым.

Не прошло и пяти минут, как дверь снова распахнулась, и на пороге появился Ефим:

— Николетта, завтра приезжает повар, а нам негде его разместить!

— Я ему очень сочувствую.

— Может, ты поговоришь с женихом, чтобы он поселил его к себе в дом?

— Ты тоже умеешь говорить, — ответила я, не отрываясь от книги.

Брат махнул на меня рукой, потом неожиданно замер:

— Тогда я попрошу леди Филиппу, она добрая.

Ага, не то чтобы Клаус злой, просто не такой красивый и женственный, как его сестра.

В день прибытия приглашенного из Земска повара мне не посчастливилось оказаться на фабрике. Мы с леди Филиппой и Клаусом сидели в гостиной, обсуждая перестановки в доме, которые нужно будет провести перед свадьбой, когда вошла экономка и объявила о его приезде. После того как хозяйка попросила провести кулинара к нам, в дверях появился знакомый мне обладатель рыжих шевелюры и усов.

— Добрый день, господа и дамы! — Возникла минутная пауза. — Николетта?

— Вы знакомы? — недоуменно спросил Клаус.

— Нет.

— Да, — ответил повар.

— Немного, — сдалась я.

— Леди Николетте доставило большое удовольствие уволить меня с прошлого места работы.

— Ты заслужил.

Лицо Клауса, наблюдавшего за перепалкой, становилось все мрачнее.

— Сэр Кит, бывший королевский повар, — пояснила я, чтобы не оставлять места двусмысленности.

— Если бы не ты, был бы действующим.

— Если бы не я, остался бы без рекомендательных писем при увольнении.

— Николетта, позволь уточнить, — вмешалась леди Филиппа, видя, что дело принимает странный оборот, — мы должны отказаться от услуг этого господина?

Рыжий тут же повернулся к ней, привычным жестом подкручивая ус:

— А вы, наверное, невеста? Леди, не слушайте ее, я лучший кондитер во всей Греладе. Обещаю, ваш свадебный торт гости будут вспоминать до конца своих дней!

— Кхм-кхм, — я откашлялась и подняла руку, — вообще-то невеста я.

Не знаю, как мои гости, а я точно на всю жизнь запомню, чего мне стоил этот свадебный торт. Поздней ночью с фабрики стали доноситься пьяные выкрики и смех рыжего. Сэр Кит заявил, что у Клауса обязательно должен быть вечер прощания с холостой жизнью, и под этим предлогом стал рассказывать байки из моей дворцовой жизни, изрядно приукрашивая и добавляя новых деталей. Естественно, слушать такое можно было только под очень крепкую наливку. В какой-то момент к их компании присоединились и мои братья. Я уже хотела разогнать этот шабаш, но леди Филиппа отправила меня домой, пообещав, что проследит, чтобы старшие не пили ничего крепче медовухи, а младшие компота. Надо ли говорить, что ночь я провела очень неспокойно, в самых мрачных красках воображая, что может наговорить моему жениху обиженный Кит.

На следующий день Клаус смотрел на меня странно и время от времени загадочно улыбался. А я изо всех сил давила в себе порывы спросить, что конкретно из рассказов рыжего он вспоминает. Лучше пойду на кухню дома общественных собраний, где окопался этот приспешник лешего, и вопреки намеченному плану лично проконтролирую его деятельность.

Как оказалось, планировать любые репрессии было излишне. Со мной отправился Ерем, ответственный за расходы, а в пути еще присоединился и соскучившийся по человеческому обществу полевик Агафон. Когда мы вошли в кухню к рыжему, разыгралась сценка, достойная любого комедийного театра страны. Увидев кролика, повар сказал многозначительное: «О! Сбежал!» — и погнался за ним с тесаком, по своей городской наивности рассчитывая внести полевика в меню. Откуда ему было знать, что месяцы общения с моим семейством для нечисти приравниваются к самой строгой муштре в специальном военном подразделении? Не прошло и минуты, как Агафон нейтрализовал агрессивного кулинара, причем так удачно, что последнего нашли только через полчаса, да и то лишь при активной помощи Ерема, который припер полевика к стенке. Сэр Кит был торжественно извлечен с чердака, но при этом смотрел такими безумными глазами, что брат перед праздником посоветовал мне как можно более подозрительно относиться ко всем угощениям.