Големы - Sleeping

Пашка облизал пересохшие губы и честно признался: — Тебя боюсь.

— Это очень хорошо, — обрадовалась демоница. — Но перепроверить всё-таки не мешает.

— В смысле перепроверить? — не понял Нахимов. — По логам?

— По логам, по логам, — согласилась Аграт и попросила: — Самаэль…

В два шага приблизившийся к растерявшемуся Паше, лорд бездны двинул того кулаком в солнечное сплетение, отчего программист стал похож на жадно хватающую воздух ртом рыбу.

— Вот теперь верю. И в логах копаться нет нужды, — улыбнулась демоница.

— Ты же мог нарушить герметичность моего комбеза! — ткнул пальцев в Самэля едва отдышавшийся Нахимов.

— Да я осторожно.

— Чёртовы робо! — продолжал возмущаться программист. — Безумные иксины! Взбунтовавшиеся тостеры!

— Тише, тише, милый, — попросила Аграт. — Лучше замолчи сейчас, до того, как наговоришь гадостей, за которые потом самому же будет стыдно. Ты ведь умный мальчик и сам понимаешь, что в подобных вещах нельзя верить на слово. Нам требовалось удостовериться, чтобы быть полностью уверенными.

— Взяли бы сразу железный лом и дали бы по голове, — уже успокаиваясь, но ещё не до конца, посоветовал Пашка.

— Твоя голова нам ещё пригодится, — расплылась в улыбке Аграт. — Кроме того, бить людей тяжёлыми железными палками запрещает встроенная в «железо» примитивная нейросеть. Что-то более тонкое она может не различить как угрозу, но толстой железной палкой по голове — более чем явная иллюстрация понятия «угроза».

— А так бы ударили, да?

— Ну хватит дуться. Один маленький толчок в грудь — подумаешь проблема! Заходи вечером в Королевства, я буду там тебя ждать. Если захочешь, можешь отшлёпать меня по попке хоть ломом, хоть пылающим мечом, хоть ещё чем-нибудь, — игриво предложила демоница.

Паша посмотрел на слушающего их разговор с безмятежным выражением лица Самаэля и уточнил: — А он не будет против?

— Нет, ну если ты по этой части, то можешь отшлёпать пылающим мечом его шерстяную задницу, — пожав плечами предложила Аграт.

* * *

В рабочем кабинете одного из руководителей убежища полно разных мелочей. От милых сердцу частичек прошлой жизни — памятных вещей, детских игрушек и фотографий, где гораздо более молодой Павел Аркадьевич обнимает и прижимает к себе двух девочек лет пяти. Где эти девочки едят мороженное, где они держат в руках каждая по большому красному мячу и так далее. Рабочий стол заполнен отчётам по текущим делам убежища. Написанные от руки докладные записки соседствуют с распечатками. Центр стола занимает выключенный ноутбук. Судя по потёртостям, он здесь не для красоты, а как предмет постоянного использования. Внутри колонии, разумеется, имелась своя локальная сеть.

Кабинет небольшой, даже можно сказать, что тесный, как и большинство помещений в старой части бомбоубежища. Но всё-таки это отдельное помещение, вполне комфортное для одного-двух человек — самого хозяина и возможного посетителя.

Белые стены украшают изображения природы в пастельных тонах. Среди них выбивается недавно повешенный рекламный плакат многопользовательской виртуальной игры «Королевства» с изображённым на нём замком, чьи серебристые башни больше похожи на какой-то удивительный футуристический город и скрестивших мечи эльфийкой и орком на переднем плане. Орк закован в чёрный доспех, только без шлема. Эльфийка в стандартной броне «для девочек», которая непонятно что прикрывает и защищает, но зато однозначно ясно, что она должна выгодно подчёркивать и зрительно выделять.

Как это не удивительно признавать, но повальное погружение в виртуальность оживило колонию. Проходя по непривычно пустым коридорам, встречая только дежурных или занятых делом специалистов, Павел Аркадьевич всё чаще замечал улыбки на лицах людей. Вроде бы мелочь, а всё же прежде такое было большой редкостью, чтобы встретить кого-нибудь, кто просто улыбался бы без особой причины, только от того, что у него хорошее настроение сегодня.

В начале Павел Аркадьевич опасался, что, уйдя в виртуальность, люди не захотят возвращаться и количество времени, проведённое в игре, придётся искусственно ограничивать. Однако соскучившимся по играм жителям колони хотелось не только играть, но ещё и рассказывать друг другу про свой игровой процесс, делиться впечатлениями, спрашивать совета, наконец хвастаться достижениями. Для этого они регулярно выходили из капсул, чтобы пообщаться в реальности. Чуть ли не по два раза в неделю устраивался какой-нибудь праздник. Кто-то учил кого-то как быстрее набрать уровни. Люди собирались в команды для совместной игры, исследовали игровую территорию. На поставленных среди капсул досках рисовались контуры изученной мировой карты, ветки прокачки навыков и так далее. Положительно, погрузившись в игру, население колонии стало на порядок больше общаться между собой чем до этого.

Чего греха таить, Павел Аркадьевич и сам тряхнул стариной — побегал в этих ваших «Королевствах» с луком за спиной, в костюме рейдера. Надо признать — весьма атмосферно.

Символический стук в дверь. Хозяин кабинета взглянул на часы — минута в минуту, как договаривались.

— Входи.

В дверь вошёл робо. Огляделся, кивком поприветствовал хозяина и устроился в единственном кресле для визитёров с другой стороны стола. Всё-таки неудобно что они могут сегодня быть в одном теле, а завтра загрузиться в другое. Никогда не можешь быть точно уверен кто именно из робо сейчас перед тобой.

— Бронислав?

Не вставая, робо развёл руками: — Вы просили прийти для важного разговора и вот я здесь.

Однако Павел Аркадьевич не торопился переходить к сути, решив начать издалека: — Как там ваши новенькие?

— Понемногу осваиваются.

— Честно говоря нам, — имея в виду себя и Михаила Геннадьевича, второго руководителя убежища, высказал Павел Аркадьевич: — Нам не нравиться, что «демонов» стало теперь двое. Как понимаю, никто не может дать гарантию, что в будущем их число ещё больше не увеличится? Разумеется, речь идёт о представителях этой вашей игровой фракции.

— Мне лично это тоже не слишком по нраву, — признал Бронислав. — Но нас было всего пятеро, теперь десять. Любой вопрос мы стараемся решать общим обсуждением. Прямая демократия в действии. Вводить какие-то ограничения, дополнительные деления на игровые фракции или какие-то выдуманные касты — мол это тебе можно, а вот это уже нельзя. Глупо всё это. Глупо, вредно и уж точно не своевременно.

— Демократия может стать колыбелью фашизма… в вашем случае демонизма, — поправился Павел Аркадьевич. — Впрочем, то ваши внутренние дела, сами с ними и разбирайтесь.

— Совершенно верно: это наши внутренние дела, — подтвердил робо.

— Насчёт проекта «возрождение», — наконец перешёл к главному хозяин кабинета. — Мы помозговали и пришли к выводу, что найденное вами оборудование в центре ЭКО-центре как раз то, что и требуется. Нужно будет аккуратно демонтировать его и привезти сюда. Но не раньше, чем закончится строительство внешнего купола. Сам понимаешь, что монтировать искусственную матку в колонии нельзя, эмбрионы вырастут уже заражёнными. Но, учитывая,