Игра Жнеца - Сергей Леонтьев

– А?

– Я говорю, приятного вам дня, виконт. Заглядывайте ещё.

– Ну да, спасибо, зайду – ответил машинально и направился к двери.

Что он имел в виду? Надо повнимательнее книги рассмотреть, как будет подходящее для этого место и время. Обязательно прям.

Глава 14 Жопа в говне – как стимуляция к открытому диалогу.

«- Вы угрожаете мне? - Знаете... кажется, да»

(х/ф «Рок-волна»)

Около лавки кузнеца до сих пор тёрлись игроки. Некоторые даже уселись прямо на землю, устав от ожидания. Ишь уроды – ждали явно меня. Вот она, обратная сторона медали «успеха», удачи, известности, а также зависти и обид. Не удивился бы, если увидел среди толпы парочку папарацци. И что прикажете делать? Выжидание не вариант, поскольку кое-то уже укладывался подремать.

На измор брать вздумали, курвы. Значит, работаем по системе Станиславского – отыгрываем роль до конца. Сдвинув шляпу ниже, предал походке максимально вальяжный вид и, чеканя тростью каждый шаг, пошёл к лавке. Игрокам хватало мимолётного взгляда в мою сторону, чтобы тут же потерять интерес к этому разодетому «гусю». Работает!

– Эй, кузнец! – крикнул я, начав шумно стучать тростью по прилавку, – Поди сюда!

– Я щас подю кому-то! Я щас так подю, что кое-чью ходюльку в висюльку перекую! – послышался в ответ из глубины мастерской разгневанный голос гнома.

Видимо, не привык к такому обращению, или тут так было не принято, либо кузнецу было класть с высокой колокольни на знать и титулы. Склонялся в третьему варианту. Короче, Штирлиц никогда не был так близок к провалу. Приближался Коруд довольно резво, а сжатый в руке молот, как бы ненавязчиво намекал – перекуйка предстоит, однозначно. Требовалось срочно сглаживать ситуацию, а то некоторые, уже порядком заскучавшие игроки, начинали разворачиваться в ожидании куйки века.

– Заказ для Толбана готов? – спросил я надменно, не выходя из образа.

– Ну?! Доставай свою… какого Толбана? Какой заказ? – гном внезапно остановился и потрясённо уставился на меня.

По мере того, как он всматривался, его изумление приобретало всё более изумлённо-осознанное выражение. Я же, как закоротивший светофор, моргал, кося глазами из стороны в сторону. Благо Коруд оказался сообразительный.

– О! Уже и ждать перестал. Сколько времени-то прошло! Давно готов, проходите, сударь. Нам туда, – гном откинул часть прилавка в сторону и указал рукой в направлении горна.

Осознав, что куйка отменяется, игроки с нескрываемой грустью возвращались к прежнему безделью, утратив всякий интерес. Уф, кажется, получилось.

– Что ещё за цирк, Морр? – спросил кузнец, когда мы достаточно удалились, – Всё дело в этих? – мотнул головой назад, – По вашу душу, что ли?

– Судя по всему, по мою, – согласился я, – Не хотел привлекать внимания.

– Это в этом-то петушином наряде?! – искренне изумился гном.

– Ни чего он не «петушиный»! – по причине профессиональной особенности восприятия этого слова, возмущение вышло достаточно резким, так как стрёмно стало, – Всего одно перо.

– Вам виднее, сколько должно быть перьев у петушиного наряда…

Резко остановившись, уставился на гнома. Что ещё за «намёки» такие? Коруд успел сделать несколько шагов, прежде чем осознал, что идёт один. Развернувшись, поймал мой весьма красноречивый вопрошающий взгляд.

– Да что такого я сказал? Наряд-то, и правда, яркий.

– Коруд, давай не будет трогать пернатых и тем более, приводить моё сравнение с ними? Наряд может и яркий, но не «петушинный».

– Да как скажете, – легко согласился тот и пошёл дальше.

У меня осталось довольно стойкое ощущение откровенного троллинга со стороны НПС по отношению к себе. Неприятный такой осадочек, но стоять и предаваться сомнениям тоже не выход. К этому времени небольшая лужайка у мастерской уже была заставлена разнообразными тюками, ящиками, обвязями. Только сейчас заметил, что Корду облачён в походную одежду. Да, даром время не терял.

– Уже собрался в путь?

– А чего, собственно, тянуть парус, когда берег виден? Кагай, неси доспех!

Детина отошёл от верстака и направился ко мне с улыбкой дебила, держа на вытянутых руках доспех.

– Давайте, сударь, я вас надену!

– Я тебя сейчас сам надену и вращать начну!

– Простите… Помогу одеться! – и без того робкий Кагай покраснел, смутился и был готов провалиться сквозь землю.

– Нет уж, я сам Оденусь. Спасибо, – зла на него за оговорку не возникло, и реакция на формулировку обращения вышла рефлекторной.

Взяв доспех, принялся осматривать его со всех сторон. Особенно придирчиво в местах, где ранее имелись повреждения, но ничего не заметил. Броня словно только из магазина. Работа мастера, не иначе.

– Коруд, стоит признать…

– Вы думаете, это моих рук дело? – усмехнулся гном и с уважением посмотрел на подмастерье.

– Даже так? Не ожидал. Кагай, прими моё искреннее уважение к качеству работы, – в ответ тот покраснел, улыбнулся и опустил голову.

Блин, да он больше на дауна похож, чем на кузнеца. Видимо, что-то подобное отобразилось на лице, поскольку Коруд, без всякой на то причины, сказал:

– Вы не смотрите, какой он снаружи. Это только кажется. На самом деле, Кагай очень сообразительный и хваткий парень, да и силы ему не занимать.

– Не сомневаюсь, – честно ответил я, – Сколько?

– Что сколько?

– За работу, сколько?

– Вы издеваетесь? После того, что сделали для моего народа, мне и ещё плату брать?

– Ну, во-первых, именно так и зарабатывают, а во-вторых, работу делал-то Кагай, – улыбнулся я.

– Хм, а ведь верно. Считай его первый самостоятельный заказ, как кузнеца этой, продуваемой всеми ветрами, дыры. Денег я ему оставил достаточно, так что… сколько посчитаете нужным.

Никогда не любил такие формулировки, честно. Зачастую это походило на игру: «жмот не жмот». Дашь меньше – зажал, дашь больше – деньгами сорит, выпендривается. Людям вообще хрен угодишь, по крайней мере, в моём мире.

Вечно недовольные. Сперва своей жизнью, а затем уже окружающими. Логично же – ведь не может быть виноват кто-то один, надо ещё и крайних поискать. Блин, даже примерно представления не имею, сколько стоит такая работа.

– Вообще, твой доспех не какой-то кусок грубой кожи,