Футарк. Первый атт - Анна Орлова

Во время бдения у постели больной чувства росли и крепли, пока, уже после ее выздоровления, не принесли плоды. Мистер Уэйн, как всякий влюбленный, желал объясниться с предметом своей страсти. Случай этот ему вскоре представился: когда в доме трое детей, один или другой непременно простудится, упадет, рассадив колено, или с ним случится что-нибудь еще. На такие пустяковые вызовы доктор Милтон отправлял своего стажера, а тот и не думал отказываться: это ведь был повод лишний раз увидеть возлюбленную!

— Значит, у этого Арчибальда есть машина, — перебил я кузена.

— Доктор Милтон одолжил ему свой старый рыдван, — пояснил тот. — Он все равно ржавел без дела. Так вот…

В очередной раз явившись по вызову (кажется, младшая дочь леди съела что-то не то), Арчибальд решил рискнуть. Сделал он это со странной для медика поэтичностью, подсунув взволнованной даме записку в стихах, спрятанную в сложенном рецепте микстуры для девочки. Надо сказать, при этом он изрядно рисковал, поскольку на послание могла наткнуться няня или горничная. Однако пылкому юноше повезло — дама его сердца очень беспокоилась о детях, старалась контролировать все лично, и послание достигло адресата.

Должно быть, весна и излечение от тяжелой болезни поспособствовали тому, что дама забыла осмотрительность. Между ними завязалась горячая переписка. Способ сообщения дама где-то вычитала, и он показался ей весьма романтичным, а кроме того — надежным…

— Вроде бы все сходится, — задумчиво сказал я. — Сирил, а имя этой дамы Арчибальд называл?

— Один раз, случайно выскочило, он уже пьяный был в лоскуты, — ответил кузен. — Но я немедленно все забыл, как ты и велел. Я не хочу, чтобы мне оторвали голову два раза. Или там разорвали на части лошадьми.

— Сирил, мне надо удостовериться, что это именно та самая дама! — нахмурился я, мысленно усмехнувшись сходству наших мыслей. Все совпадало, но лишний раз проверить все-таки стоило. — Хватит валять дурака! Ни за что не поверю, будто ты все разом позабыл…

— Ты велел — я забыл, — гордо ответил он.

— Потрясающе. Можно писать роман: «Сирил Кертис и чудеса педагогики»! — саркастически сказал я. — А все-таки?

— Ну… пожалуй, единственное, что я помню, так это то, что ее имя начинается с той же буквы, что и у миссис Вашингтон, — подумав, выдал кузен. — Да и Арчи называл ее госпожой М., и только. И даже не говорил, блондинка она или брюнетка… Говорю же, мне пришлось напоить его до синих чертей, чтобы хоть что-то выведать!

— И на том спасибо, — усмехнулся я, погладив рассеянно свою любимицу Discocactus horstii по имени Сигрид. — Так, значит, теперь они переписываются регулярно?

— Раз или два в неделю, — пожав плечами, подтвердил Сирил.

— Хорошо, — задумчиво проговорил я, размышляя. Теперь мне было известно, кто такой таинственный «А.» и как между ним и леди Блумберри завязалась переписка. Однако что теперь делать с этими сведениями? Положим, я расскажу лорду Блумберри и что потом?

Сирил смотрел на меня выжидательно.

— Ну, что скажешь? — не выдержал он наконец.

— Признаю, ты хорошо поработал! — похвалил я кузена. Пожалуй, один я решать не вправе. Пусть лорд Блумберри сам разбирается со своими семейными отношениями.

— Еще бы! — самодовольно подтвердил Сирил. — Тебе бы Арчи точно ни слова не сказал!

— Разумеется, — подтвердил я, улыбнувшись кузену. — Но я уверен, что ты тянул время нарочно, лишь бы побыть подальше от отчима… Я прав?

— Ничего подобного! — заявил он с таким жаром, что любому стало бы ясно — он лжет. — Ну… если только самую малость…

— Ладно, — вздохнул я. — Договаривались мы на неделю, ты управился раньше, так что можешь остаться еще на пару дней.

Было у меня предчувствие, что Сирил мне еще пригодится…

— Виктор, ты временами бываешь таким… щедрым! — ухмыльнулся он, пружинисто вскочил, потянулся и бодро сообщил: — Тогда я пошел!

Его явно манили удовольствия, коим мой легкомысленный кузен собирался без устали предаваться в ближайшее время.

— Не пропадай насовсем! — окликнул я. — Думаю, для тебя найдется еще кое-какое поручение!

— Хм… ну, если оно будет оплачено так же щедро, то я согласен, — кивнул он и зацепился за опунцию. — Ай-й… Виктор, ну почему именно кактусы?! Почему бы тебе не выращивать узамбарские фиалки, они такие милые, пушистенькие…

— Кактусы тоже бывают пушистыми, — сказал я. — Вот, смотри, Сирил совсем не колючий…

— А?.. — Кузен вытаращил глаза.

— Э-э… — протянул я, ставя Cephalocereus на место. — Ну, видишь ли, я назвал его твоим именем.

Я даже помнил почему: за красоту цветов и их неописуемый… хм… аромат. Правда, Сирилу я об этом говорить не собирался.

— Ну спасибо, — буркнул он и испарился, а я смог поразмыслить.

По правде говоря, выхода из неприятной ситуации я пока не видел. Как вырвать леди Блумберри из плена вредных мечтаний?

Леди Блумберри я знал слишком мало, чтобы с уверенностью судить о ее поведении. Разумеется, окончательное решение было за ее мужем, однако мне уже самому стало интересно, как лорду и леди Блумберри выйти из положения с наименьшими потерями.

Поэтому я заперся в кабинете наедине с бутылкой своего любимого напитка и шахматным столиком со всеми его потайными отделениями…

Хм… а прелюбопытная получалась картина. Не зря ведь говорят, что от любви до ненависти один шаг. Дело за малым — заставить леди Блумберри этот шаг сделать!

Я отправил лорду короткую записку, в которой предлагал ему увидеться назавтра на том же месте и в тот же час, где мы встретились недавно. Оставалось только ждать…

Когда я подъехал к точке рандеву, лорд Блумберри уже был там, на этот раз на прекрасной гнедой кобыле, если не ошибаюсь, арабских кровей. Кобыла мирно паслась, а лорд прохаживался взад-вперед, в нетерпении похлопывая стеком по сапогу.

— Мистер Кин! — развернулся он ко мне, едва заслышав урчание мотора.

— Добрый день, милорд, — сказал я, заглушив двигатель и выбравшись наружу. — Как ваши дела?

— Дела по-прежнему, — хмуро ответил он. — Вот прогуливаю Ласточку. Третий день прогуливаю, застоялась она…

— А миледи?.. — осторожно спросил я.

— Все также, — буркнул он. — Правда, в сад пока больше не ходила. Я приказал Дейзи присматривать за госпожой и докладывать мне, чуть что заметит.

Ну, ясно. Последние несколько дней Сирил поил всех приятелей, и Арчибальду было затруднительно добраться до имения Блумберри. Интересно, как это доктор Милтон не выставил его, увидев поутру после очередной попойки? Или вспомнил юность и пожалел? Но не важно!

— Вам удалось что-нибудь узнать, мистер Кин? — тревожно спросил лорд.

— Да, — ответил я. — Как я и говорил, мой кузен оказался совершенно незаменим в этом деле. Имя воздыхателя — Арчибальд Уэйн, он стажируется у доктора Милтона. Красота вашей супруги поразила беднягу в самое сердце…