Две сестры. Честь рода - Елена Малиновская

– Домар – мой сын. – Лукас помрачнел, но все так же прямо смотрел мне в глаза. – Я не могу оставить его с Райлой. После того, что ты рассказала, – больше не могу. Поэтому он поедет со мной… С нами. Если, конечно, ты готова на это.

«Наверное, это твоя судьба – воспитывать чужих детей, – сочувственно шепнул внутренний голос. – Сначала Анна, которую отныне язык не повернется назвать ребенком. Теперь – Домар. Мальчик, в тени которого живет дракон. Ну, Хлоя, примешь на себя такую ответственность? Или, быть может, лучше поступить так, как хотела изначально: забыть старую жизнь, скинуть с себя груз проблем, сомнений и страхов, как змеи сбрасывают старую кожу, и ринуться вперед – к новым впечатлениям, знакомым. К новой судьбе».

– Домар – хороший мальчик, – медленно произнесла я. – Он наверняка станет честью рода Одли.

– Я уверен в этом. – Глаза Лукаса тепло засветились при имени сына. Затем он чуть скривился словно от боли, но тут же поспешно спрятал свои эмоции за прежней бесстрастной маской. Видимо, у несчастного окончательно затекли ноги из-за неудобной позы.

– Встань! – опомнившись, потребовала я. – Пожалуйста, встань! Я не могу разговаривать с тобой, пока ты стоишь на коленях!

– А я не собираюсь с тобой разговаривать, – заупрямился Лукас, не торопясь выполнять мою просьбу. – Я уже все сказал. Я жду твоего решения. И буду стоять так, пока ты не скажешь, хочешь ли стать моей супругой.

– Но я не знаю. – Я растерянно всплеснула руками. – Лукас, я не могу вот так сразу…

– Мне всегда казалось, что обязательные женские раздумья перед ответом на этот вопрос – одна из разновидностей женского кокетства, – задумчиво проговорил Лукас. – Ведь признайся: в глубине души ты уже приняла решение. Не правда ли?

Я посмотрела в его синие глаза, до краев наполненные печалью. Беда была в том, что он ошибался. Еще утром я была уверена, что наши дороги вот-вот навсегда и неотвратимо разойдутся. Я готова была последовать совету Себастьяна и забыть про старую жизнь, в которой тугим узлом завязалось столько проблем. Однако после откровенного разговора с Лукасом вдруг с удивлением обнаружила, что более не могу рубить сплеча. Если бы он начал обманывать и придумывать невероятные объяснения своим поступкам, пытаясь очевидные вещи извратить до неузнаваемости, то мой вердикт был бы однозначен. Но мне показалось, что он осознал свои ошибки и готов на все, лишь бы я простила его.

– Впрочем, напомню, что я не требую ответа прямо сейчас, – лукаво проговорил Лукас, видимо, почувствовав мою неуверенность и желая сыграть на ней. – Поступим так, как хочешь ты. Уедем вместе из Арильи. Ты беспокоишься за свою репутацию? Что же, помолвка заставит замолчать дурные языки. И ее всегда можно разорвать, если ты вдруг решишь, что я все-таки не заслужил второго шанса.

– Ты не собираешься отступать от своего? – поинтересовалась я, слегка растерявшись от такого напора.

– Нет, Хлоя, – Лукас покачал головой. – Однажды я уже потерял свое счастье. Но теперь я сделаю все, что от меня зависит, лишь бы это не повторилось.

– Я не могу тебе ничего обещать, – попыталась я в последний раз воззвать к его здравому смыслу.

– И не надо. – Лукас весело пожал плечами. – Мне достаточно и того, что ты не отказываешь мне категорически. Следовательно, если я хоть чуть-чуть понимаю женскую психологию, надежда для меня еще остается.

– Помолвка как способ прекратить слухи. – Я с усталой усмешкой потерла лоб, привыкая к этой мысли. Затем искоса глянула на Лукаса: – А тебе не кажется, что для заключения помолвки ты забыл про одну очень важную вещь?

– Неужели? – Лукас уже улыбался во весь рот, понимая, что я балансирую на самой грани признания своего поражения. – Наверное, ты говоришь про это?

И на его ладони словно по мановению волшебной палочки появилась коробочка, обитая синим бархатом. Я так и не поняла, как он умудрился ее так быстро достать. По крайней мере, я не уловила никакого движения, а Лукас по-прежнему смотрел на меня снизу вверх, не делая ни малейшей попытки встать с колена.

– Опять твои магические шуточки, – недовольно пробормотала я, опасливо уставившись на коробочку, словно та в любой момент могла обернуться ядовитой гадиной.

– Не желаешь ли открыть? – Лукас невинно захлопал ресницами.

Я все еще медлила, прекрасно понимая, что именно увижу в коробочке.

«Решайся, Хлоя, – шепнул внутренний голос. – Если откроешь ее, то придется делать выбор. И не когда-нибудь, а именно сейчас. По большому счету, все эти разговоры о том, что помолвку можно в любой момент разорвать, – притворство чистой воды. Ты это знаешь, и он это знает. Если ты примешь кольцо, то практически наверняка рано или поздно станешь супругой Лукаса, а следовательно, примешь на свои плечи тот груз, который несет на себе маг. Внебрачного сына, попытки стать экзорцистом, дракона, живущего в его тени. Все то непонятное и пугающее, от чего еще утром ты мечтала убежать».

Я медленно взяла в руки коробочку. Провела подушечкой большого пальца по бархатной поверхности, удивившись тому, какой тяжелой она была на вес. Лукас внимательно смотрел на меня, тая в уголках губ торжествующую улыбку.

– Но я не могу так сразу… – беспомощно залепетала я, с ужасом ощущая, как путаются мысли, а заботливо приготовленные доводы тают, словно залежавшийся снег в первый жаркий весенний полдень.

Лукас насмешливо вздернул бровь, показывая, что все еще ждет.

И я не выдержала. Поступила так, как поступают отъявленные трусы. Развернулась и кинулась прочь, не разбирая дороги. Каким-то чудом не споткнулась о порог комнаты, затем заполошно заметалась по прихожей, пытаясь найти свое пальто. Выскочила на крыльцо и только тогда перевела дух. Свежий морозный воздух мигом остудил мой жар, тем более что пальто я не успела застегнуть. А в руке я все так же сжимала проклятую коробочку.

Какое-то мгновение я сомневалась – не стоит ли вернуться и оставить ее Лукасу. Но затем обостренный от волнения слух уловил звук шагов за закрытой дверью, и я сбежала с крыльца, от спешки едва не поломав каблуки. Разумом я понимала, что веду себя по-детски смешно и чрезвычайно глупо, но власть над телом захватили эмоции. Мне было бы до слез стыдно взглянуть в лицо Лукаса после моего неожиданного даже для себя бегства. Наверняка он потешается сейчас, позабавленный всем произошедшим. Я поступила как ребенок, пойманный на месте преступления и пытающийся избежать наказания.

То расстояние, которое разделяло мой дом и мастерскую Лукаса, я преодолела почти бегом, даже не заметив его. Коробочка с кольцом мирно упокоилась в глубинах кармана моего пальто. Я твердо решила оставить ее на столе в своей комнате и приложить записку с просьбой Герде переслать этот подарок обратно Лукасу.

За всеми этими переживаниями я забыла, что мне предстоит еще одно объяснение моих намерений. Гораздо более важное, чем то, которое я только что с треском провалила. Дома меня уже ждала Анна.

Она встретила меня в прихожей. Когда я забежала в дом, хлопая полами незастегнутого пальто, сестра стояла около лестницы, ведущей на второй этаж. Все то время, пока я жадно хватала воздух ртом, пытаясь отдышаться после быстрой ходьбы, Анна спокойно рассматривала меня. Затем негромко обронила: