За гранью игры - Валентин Никора

Ярлык «Опыт 4»

В ночь с 24 на 25 августа военный космический авианосец уровня BSG-4 совершил посадку на космодроме Дроорда. Снабженный электронными граветаторами, бетта-распылителями и трансформаторами трансфигурации и дефрагментации кластеров сознания граждан Империи, что само по себе является вопиющим нарушением указа о Безопасности вселенной, корабль плавно опускался на энергетический конвертор, контролируемый шипами всех шестидесяти трех энергетических портов города. Посадочные огни мигали, подобно фейерверку, но в три часа ночи нормальные граждане спят, а не пялятся в небо.

Ночь была холодной и влажной. Звезды изредка выглядывали сквозь чернильные облака. Но ветер гнал эти тучи прочь, вихрил пылью и редкой пожухлой листвой.

Авианосец сел. Из корабля поднялся флайер дипломатического уровня и, не подключаясь к энергетическим дорожным линиям, полетел в центр, к административным корпусам. Это прибыл барон Шеллеш.

Пиррий оторвался от монитора и задумчиво почесал подбородок. И почему в Империи так часто встречаются самоуверенные бароны? Ведь Пиррий – советник, это работа у него такая: не кликать беду, а предупреждать о ее возможном приходе. Вот ведь отговаривал же Пиррий своего повелителя, разворачивал звездные прогнозы, характеристики чувственных данных губернатора фон Шлиссенбурга – не помогло. Барон был непреклонен. И упрям. Гхыр его подери!

Шеллеш вбил себе в голову, что должен лично допросить русского водителя, отслужившего в десантных войсках своей страны всего четыре года назад, а потому все еще находящегося в прекрасной физической форме. Барона интересовала также и скандально известная журналистка. Что делать с Алланой, Шеллеш пока не решил. Промывка мозгов – операция дорогостоящая. А кроме того, имперская Внутренняя Разведка научилась находить и распознавать даже завуалированные следы психологического импульса, посланного к любому конкретному индивиду. Император, попади к нему Аллана после операции, непременно узнал бы, что его любимица подверглась зачистке памяти на территории баронета Веррев. И это было бы такой же уликой, как и пропажа журналистки совсем. Даже если вывезти Аллану в другую часть галактики и провести промывку мозгов в другом планетном поясе, имперские ищейки наверняка уже пронюхали, что Аллана отправлялась именно на Веррев. Ситуация создалась сложная и крайне щекотливая. И барон решил прежде, чем принимать решение, взглянуть на возмутителей порядка своими глазами. Пока исследования не были завершены, бросать вызов императору в любой форме было нелепо. Но и отпускать Аллану нельзя. Возможно, с журналисткой удастся договориться? Хотя бы на время.

Шеллеш поторопился: это было ясно. Советник на месте своего владыки скорее всего тоже не стал бы прислушиваться к чужим рекомендациям, и все же... Упрямство и своеволие еще никого не возносило на имперский престол, правда, если они не были связаны с хитростью и жестокостью. А что собрался предпринять барон? У Пиррия не было четкого ответа. Возможно, будущий узурпатор решил сделать журналистку своим агентом. Смело, конечно, но глупо. И смерть ее тоже ничего не даст. Пусть бы пока суд да дело в Зале Ожидания отдыхала, сил набиралась. Неизвестно еще чем обернутся опыты Арраха. А уже через неделю Сенат уйдет в летний отпуск на сорок два дня. А через восемнадцать суток начнутся военно-полевые учения. То есть дней через двадцать будут созданы идеальные условия для военного переворота. И нельзя сейчас совершать ошибки, и шастать между планетами тоже рискованно: как бы не привлечь к себе внимание ищеек!