Кровные узы - Роберт Линн Асприн

— Газы больше не будут беспокоить тебя, Яков, друг мой, но только ты не должен излишествовать в еде и питье. Редис и огурцы — твои врага, Яков. И помни, мы заключили сделку, и помимо этого мешка будет еще Цена, над которой я не властен. Если тебе станет невмоготу, расторгнем сделку.

Яков встал, он изложил свою просьбу и получил положительный ответ, провел по лицу Стрика пальцами и удалился с мешком, теперь уже пустым. Две мускатные дыни оказались превосходным, действительно ценным даром.

* * *

— Плохой запах изо рта, да. Пожалуйста, откройте рот и позвольте мне взглянуть, в чем причина.

Склонившись поближе, чтобы осмотреть рот посетителя, Стрик действительно почувствовал зловоние — предмет жалобы клиента. Отвернув лицо в сторону, он глубоко вдохнул и нагнулся ближе к его рту. Затем выпрямился. Покачав головой, он вышел, чтобы отдать Уинтсу распоряжения. Вернувшись, Стрик остановился подле друга Шафралайна и сурово посмотрел на него.

— Благородный Вольмас, вы должны больше любить богов и себя. Боги дата вам эти зубы. Вы многие годы не чистили их. Так почистите же! А пока — да, спасибо, Уинтсеней. Пока, благородный сударь, возьмите эту чашу. Обратите внимание на пять семечек на дне. Кроме них, в чаше соленая вода. Да, вы должны это выпить. И постарайтесь проглотить все семечки. Эти семена Маласаконуги являются источником моей силы.

Стрик стоя сурово наблюдал, как бедняга пьет соленую воду. Выпив ее всю, тот сморщился и закашлялся. Суровый Стрик протянул руку к чаше. Посмотрел на дно. Одно семечко осталось. Тяжело вздохнув, Стрик отослал чашу, чтобы ее вновь наполнили водой, и затем передал ее изысканно одетому мужчине с огромным животом с еще более строгими наставлениями. Благородный господин выпил. Пятое семечко исчезло.

— Дальше. Дурной запах изо рта, стоивший вам друзей и послуживший причиной отчужденности вашей супруги, не исчез, но будет исчезать постепенно. Я способен творить лишь небольшие белые заклятия, благородный сударь, и иногда нуждаюсь в помощи. Оставьте у себя эту чашу. Используйте ее. Чистите зубы дважды в день после еды. Мойте их с мылом. Да, делать это неприятно; вам уже сообщили, что есть Цена, помимо десяти серебряных монет, как вы утверждаете, ценных для вас. Почистив зубы, налейте в чашу воды, не вина, добавьте добрую порцию соли и полощите. Можно не пить. Поболтав во рту, выплюните ее, и так несколько раз. Запомните все, что я сказал. Это важно. Если через две недели запах изо рта у вас не станет лучше, можете расторгнуть сделку.

После того как Вольмас ушел, Стрик покачал головой. «Шарлатан», — сказал он себе. И все же он сделал добро всем, кто общался с этим глупым боровом, для которого десять сребреников ничего не значили. Чашу он всегда недолюбливал, нашлось применение и для семечек из дынь слепого Якова!

* * *

— Дорогая моя, над вами тяготеет заклятье. Не могу разобрать, чье, и приношу извинения. Вам нужна помощь сил, которые мне не подвластны. Обратитесь к Инасу Йорлу. Вот, возьмите свое золото. Я не заработал его. Если Инас Йорл не поможет или не захочет помочь, возвращайтесь сюда, мы попробуем.

«Дым Пламени», — с яростью и истинной болью подумал он. — Снова отвратительная черная магия. Как мало сделал я за две недели пребывания здесь для этих бедных, жалких людей, живущих в несчастье среди отвратительных колдунов!»

* * *

Богатой даме было сорок восемь лет, и одна седая прядь приходилась у нее примерно на каждые шесть черных. Краски, которыми она пыталась восстановить цвет, только умертвили волосы. Стрик задумался о даме, ее тщеславии и трех золотых кружках с образом нового императора.

— Это естественный процесс, госпожа Амая, Вся трудность в том, что в настоящий момент у вас на голове лишь часть волос поседела. Если бы волосы седели быстрее и побелели бы все, вы вновь стали бы прекрасной и неотразимой.

— О-о!

Она удалилась, и Стрик, подождав час, отослал ей золото назад.

Госпожа Амая возвратилась на следующий день.

— Покажите мне, как будут выглядеть серебряные волосы, — сказала она, опуская на стол большую позвякивающую сумочку из пурпурной ткани, и Стрик выполнил ее просьбу. Он немного «сжульничал». Амая действительно выглядела великолепно с серебряными волосами, но он добавил небольшое заклятье, чтобы и она, и ее тщеславие поверили в это.

— О! О! — воскликнула дама, не отрывая глаз от зеркала и крутя головой. — О, Творец Заклятий! Вы гений! Моему супругу это понравится, и всем моим подругам тоже! Но как я объясню это?

— Что вы почти год подкрашивали их и теперь очень рады, что победили свое тщеславие! Амая радостно рассмеялась.

— Гений! Они преисполнятся стыдом и завистью!

В течение следующих двух недель Стрик получил пять заказов на серебряные волосы, хотя больше никто из женщин, различных по общественному положению, не дал ему пятидесяти сребреников. Не говоря уже о золотой цепи, присланной супругом Амаи «в знак благодарности».

* * *

— Прошел уже месяц, и от клиентов нет отбоя. Расскажи о том, как прошел этот день, — сказала Эзария, солнечная и сияющая, сидя за маленьким столиком напротив Стрика.

Они ужинали в «Золотом О», ее телохранитель и Фракс сидели в противоположном конце зала. Стрик был облачен в свой странный синий «мундир», включающий диск из чистого золота на золотой цепи, висящий на шее

Он опустил глаза к перечнице, которой играл.

— У меня попросили приворотное зелье. Девушка твердо уверена, что парень любит ее, но когда оказывается близко, теряет пылкость и становится отчужденным. Я дал ей то, что она хотела. Флакон подцвеченной воды с каплей вина, ароматизированной ромашкой, и мыло, травами подкрашенное в зеленый цвет. Я попросил девушку ежедневно мыться, используя и то и другое, и тщательно вытирать тело.

Эзария скептически посмотрела на него.

— И это что, приворотное зелье?

— Это то, что ей нужно. От нее воняет. Если её парень не посмотрит на нее и тогда, когда она будет хорошо пахнуть, это сделает кто-нибудь другой: она довольно привлекательна. Так я заработал две медные монеты. Прекрати смеяться. Мое дело — помогать людям. Потом мне пришлось отказать хромому. Я ничего не мог поделать, Пламеня свидетель, мне очень хотелось! Затем вернулся клиент, который уже был у меня. Внешне он выглядел хорошо: я очистил от угрей кожу на лице, но Цена приняла вид ужасного поноса, которого он не смог вынести. Я снял заклятье и вернул два медяка. У него теперь снова угри, но с желудком порядок. — Стрик пожал плечами. — Ему семнадцать. Угри пройдут. Мои прошли.

— Как и большинство моих, — кивнула Эзария. — Получается, что он ты ничего не заработал? Он покачал головой.

— Да нет, что ты. Некая подруга твоей матери очень переживала по поводу жидких волос. Я наложил на нее небольшое заклятье и заставил пообещать мыть волосы, по крайней мере, через день. За это она оставила мне четырнадцать серебряных империалов — старых империалов. Сказала, это ее магическое число.